Смекни!
smekni.com

Ядерные исследования в странах Латинской Америки (стр. 3 из 15)

На самом деле, цели КЯЭК не могли быть реализованы в то время, как минимум, по трем причинам. Во-первых, в стране, которая была столь далека от прогресса в экономике, не мог увеличиться спрос на энергию. А экономическая ситуация лишь ухудшалась. Электрификация страны охватила только половину населения, общая мощность имеющихся электростанций не превышала 400 МВт. Не возросли бы потребности даже сахарной промышленности, не говоря уже об отсталом сельскохозяйственном производстве. Во-вторых, отсутствовала экономическая и научная инфраструктура необходимая для развития программы ядерной энергетики. Не было объединенной национальной электроэнергетической системы с линиями высокой мощности, не было промышленного потенциала для внедрения передовых технологий, не было научных учреждений и квалифицированного персонала для решения таких задач. В-третьих, развитие ядерной энергетики или создание условий для такого развития отнюдь не являлись национальными приоритетами Кубы[2].

1.4 Мексика

Интерес Мексики к ядерной энергии возник в далеком 1960 году. Первые конкретные шаги были сделаны в 1966 году, когда началась первичная разработка мест для строительства АЭС под эгидой CFE и Национальной Комиссии по Ядерной Энергии. К концу 60х правительство пришло к выводу, что АЭС могут играть значительную роль в Мексике. В 1969 году CFE объявила конкурс на строительство 600-мощного ядерного реактора и разослала приглашения на участие в тендере нескольким производителям. Проекты были получены в начале 1970 года, а конечное решение о строительстве было принято в середине 1972 года. В 1976 началось строительство двух блоков АЭС Lagunaverde по 654МВт каждый. Первый блок был готов к 1990 году, а второй к 1995 году.

Предварительные исследования, целью которых был поиск подходящего места для строительства АЭС, CNEN и CFE начали в 1966 году, А в 1969 CFE объявила тендер на строительство первой АЭС с мощностью 600 МВт.

Национальная Комиссия по Ядерной Энергетики(Comisión NacionaldeEnergiaNuclear (CNEN)) была образована в 1956 году с целью подготовки почвы для внедрения ядерной энергетики и ядерных установок в стране. CNEN осуществляла всю ядерную деятельность в стране (разработка урановых месторождений, ядерные исследования и ядерный контроль) кроме выработки электроэнергии ядерным путем (это было под полной ответственностью CFE) и утилизации радиоизотопов. Со временем CNEN была трансформирована в Национальный Институт Ядерной Энергетики (InstitutoNacionaldeEnergiaNuclear (INEN)).

В 1979 INEN была заменена тремя организациями: Национальный Институт ядерных исследований (InstitutoNacionaldeInvestigacionesNucleares (ININ)), отвечающий за все виды исследований, Мексиканский Уран (URAMEX), отвечающий за поиск руды и производство урана и Национальная Комиссия по Ядерной Безопасности и Защите (ComisionNacionaldeSeguridadNuclearySalvaguardia (CNSNS)), отвечающая за безопасность и ядерный контроль. В 1985 году URAMEX была ликвидирована, а все её функции перешли Министерству Энергетики страны

В феврале 2007 года CNEN подписала контракт с испанскими компаниями IberdrolaEnineering и Alstom на поставку новых турбин и генераторов на LagunaVerde стоимостью в 605 млн долларов США. На АЭС были модифицированы турбина и конденсатор и заменены электрический генератор, пароперегреватель и экономайзер[3]. Это позволило увеличить мощность на 20% - примерно на 285МВт. С одобрения CNSNS реакторы были постепенно модернизированы в период с 2008-2010гг.


Глава 2. Зона, свободная от ядерного оружия, в Латинской Америке (договор Тлателолко)

Еще в 1958г. Коста-Рика предложила всем латиноамериканским государствам «не производить ядерное оружие и не приобретать его у держав, которые его производят»; сходные инициативы выдвигались Чили в 1959-1960 гг., однако они не получили развития в документах Организации американских государств.

4 ноября 1961 г. ГА ООН приняла резолюцию 652 (XVI), призывавшую рассматривать Африку как ЗСЯО. В сентябре 1962 г. представитель Бразилии в Женевском комитете по разоружению Альфонсо Аринос де Мело Франко предложил, чтобы резолюция была распространена и на Латинскую Америку. В следующем месяце события резко подхлестнул Карибский кризис. Боливия, Чили и Эквадор поддержали бразильскую инициативу, а 29 апреля 1963 г. эти страны и Мексика выступили с Совместной декларацией, провозгласив свое желание подписать многостороннее региональное соглашение с обязательством «не производить, не принимать, не хранить и не испытывать ядерное оружие или ядерные пусковые устройства».

Договор о запрещении ядерного оружия в Латинской Америке (именуемый также Договором Тлателолко, по месту подписания в районе столицы Мексики, где расположен мексиканский МИД) был открыт для подписания 14 февраля 1967 г., более чем за год до ДНЯО. Сложная процедура его вступления в силу «для всего региона» (ст. 28) требует подписания и ратификации Договора семи государствами региона, подписания и ратификации Дополнительных протоколов I и II рядом внерегиональных держав (последняя из них — Франция — представила инструмент ратификации Дополнительного протокола I в 1992 г.), а также заключения с МАГАТЭ дву- или многосторонних соглашений о гарантиях. Выполнение всех этих условий оказалось непростой задачей, которая до конца не решена.

Предвидя эти трудности, разработчики Договора внесли в его текст статью 28.2, которая позволяет ратифицировавшим Договор государствам ввести его в действие «для себя» посредством специальной декларации (waiver). Уже к 25 апреля 1969г. 11 государств региона сделали соответствующую декларацию, и на основе статьи 28.3 правительство-депозитарий (мексиканское) созвало совещание этих стран для создания ОПАНАЛ. К концу 1980-х гг. Договор действовал для 23 государств региона. К 1999 г. уже 32 страны воспользовались правом специальной декларации и ввели его в действие, включая Аргентину, Бразилию и Чили (1994). Все 33 государства Латинской Америки подписали Договор. Этому способствовало внесение в Договор Тлателолко поправок. Первая (3 июля 1990) добавила в название документа слова «и Карибском регионе» (andtheCaribbean), что облегчило присоединение англо-говорящих государств Карибского бассейна.

Согласно второй поправке (10 мая 1991), отменен параграф 2 статьи 25, благодаря чему Белиз и Гайана стали участниками Договора. Изначально статья 25.2 гласила: «Генеральная конференция не принимает никакого решения относительно принятия в число членов политического объединения, часть или вся территория которого была еще до даты открытия настоящего Договора для подписания предметом спора или тяжбы между внеконтинентальным государством и одним или более латиноамериканскими государствами, до тех пор, пока этот спор не будет решен мирными средствами»[4]. Новая формулировка этого параграфа допускает участие в Договоре всех независимых государств, расположенных в зоне его применения по статье 4 и статье 28.1, которые были членами ООН по состоянию на 10 декабря 1985 г., и неавтономных (зависимых от иностранных государств) территорий, как только они обретут независимость.

Хотя статья 13 Договора не оговаривала «полномасштабности» контроля МАГАТЭ, по уже заключенным соглашениям о гарантиях (по типу INFCIRC/153) введен контроль над всеми ЯМ в государствах-участниках. Система международных гарантий дополнена процедурами отчетов и специальных отчетов, обменом информацией. 26 августа 1992 г. на специальной сессии Генеральной конференции ОПАНАЛ, созданного в соответствии со статьями 7-11 Договора, была одобрена третья поправка к документу. Изменения коснутся статей 14-16 и 19-20, положения которых будут, в частности, предусматривать усиление роли МАГАТЭ в регионе, оставляя за этим Агентством исключительное право на проведение специальных инспекций. Первоначальный текст Договора предоставлял право на специальные инспекции и МАГАТЭ, и ОПАНАЛ (ст. 16). Эта поправка, предложенная Аргентиной, Бразилией, Мексикой и Чили, вступит в действие (как и две предшествующих поправки) после выполнения требований статьи 28. Первая поправка к 1 сентября 2000 г. была в силе для 20 стран (еще 8 государств лишь подписали ее), вторая поправка — для 16 (еще 10 стран ее подписали), третья поправка — для 18 (еще 8 государств ее подписали). Таким образом, Договор Тлателолко со всеми поправками вступил в действие для 16 государств, включая Аргентину, Бразилию, Венесуэлу, Мексику и Чили[5].

Куба, заявившая о поддержке ЗСЯО еще в 1962 г. и подписавшая договор 25 марта 1995 г. (три поправки к нему — 5 декабря 1995 г.), не ратифицировала этот документ в связи с положением во взаимоотношениях с США. 12 марта 1996 г. в США был принят закон «О кубинской свободе и демократической солидарности» (известный также как Закон Хелмса-Бертона), вызвавший особое недовольство на Кубе. Новый закон усилил американские санкции против кубинского правительства, в частности эмбарго на торговлю и финансовые операции с Кубой, которое до этого основывалось лишь на президентской прокламации (со времен администрации Кеннеди). Завершение строительства АЭС в Хурагуа (чего, кстати, так и не произошло, по экономическим причинам) рассматривалось в законе фактически как угроза национальной безопасности США, несмотря на то, что вся ядерная деятельность на Кубе охвачена гарантиями МАГАТЭ, причем 15 октября 1999 г. представителями Кубы и Агентства был подписан Дополнительный протокол (в рамках «Программы 93+2»), усиливающий систему гарантий[6].