Смекни!
smekni.com

Начальное народное образование во второй половине XIX - начале XX века (сравнительный анализ церковно-приходской и земской школы) (стр. 15 из 19)

Вместе с тем, активное развитие церковно-приходского образования увеличило потребность в учителях. За 5 лет после издания «Положения» количество школ увеличилось с 4 000 до 17715. При таком росте проблема нехватки педагогических кадров встала особенно остро. Высказывались мнения, что обязанности священника настолько многосложны и ответственны, что поручать ему еще и школьное учительство просто невозможно, тем более, что долг его в духовном, а не в мирском образовании прихожан. Привлечение же диаконов и причетников к учительству вредно сказывалось на успехах в обучении учащихся, т. к. в большинстве своем они имели низкий образовательный уровень.

Таким образом, новые условия развития церковно-приходского образования поставили перед высшей духовной администрацией задачу создания условий для обеспечения церковной школы особым, достаточно образованным и педагогически подготовленным контингентом преподавателей. Обер-прокурор Св. Синода К. П. Победоносцев акцентируя данное направление образовательной политики в своей книге «Учение и учитель» отмечал, что мало «пользы в том, что школ настроим мы всюду множество, а учителя не воспитаем…» [21, с. 130].

В целях реализации данной задачи в 1886 году при духовных семинариях были учреждены «образцовые» начальные училища, служившие для практической подготовки воспитанников семинарии к будущей деятельности в званиях законоучителей и учителей церковно-приходских школ. Училища эти создавались по типу церковно-приходских школ и служили для них образом в каждой епархии. Тем не менее, из-за низкой оплаты выпускники духовных семинарий неохотно шли на учительские места в церковные школы. Они зачастую, рассматривали учительскую обязанность как временную, переходную для занятия должности приходского священника, что вызывало серьезные нарекания и со стороны земства и местного учебного начальства, и со стороны епархиального училищного совета.

Выход из данной ситуации епархиальные власти видели в привлечении к школьному обучению девочек. Для чего еще в 1869 году стали создаваться средние школы духовного ведомства для девочек – епархиальные училища. Будущим учительницам преподавали Закон Божий, русский язык и словесность, церковно-славянский язык, арифметику и геометрию, географию, отечественную и всеобщею историю. Кроме того, в курс обучения входили специализированные предметы: педагогика, содержащая основные правила первоначального обучения; методы обучения чтению, письму, черчению, счету и Закону Божьему; рукоделие и хозяйство; практические занятия в начальной школе. Как оказалось, воспитанницы епархиальных училищ были более пригодны к педагогической деятельности в силу их самоотверженности, терпения, привычкам к порядку и опрятности. К 1908 году подобные училища были открыты во всех епархиях.

Однако бытовые условия жизни русского народа, который смотрел на просвещение с точки зрения своих материальных и практических интересов, не позволяли женщинам в полной мере посещать школу. Тем не менее, несмотря на невысокий процент посещаемости девочками школ, деятели духовного ведомства, практически единственные в это время, принимали существенные мероприятия в области просвещения женского населения страны, чем оказывали важную услугу делу народного образования.

Кроме духовных семинарий и женских епархиальных училищ, дававших около четверти учителей и учительниц церковной школы, существовали специально созданные для нее педагогические учебные заведения: второклассные церковно-приходские школы и церковно-учительские школы. Второклассные церковно-приходские школы, одной из задач которых являлась подготовка учителей для школ грамоты из крестьян, окончивших церковно-приходскую школу, давали элементарную педагогическую подготовку путем сообщения сведений по дидактике и методике. Заработок учителя школы грамоты составлял всего 120 рублей в год при огромной затрате труда, поэтому эти школы были неприглядны для крестьян по своим специальным задачам. Однако, они являлись весьма удобными в общеобразовательной сфере. Из числа выпускников только 34% профессионально занимались педагогической деятельностью. Остальные же состояли на службе разного рода, продолжали свое образование, некоторые возвращались к ведению хозяйства. Тем самым второклассные школы не только решали задачу подготовки учительского контингента. Они предоставляли сельскому населению возможность приобрести знания более высокого уровня.

Церковно-учительские школы занимались более основательной педагогической подготовкой будущих учителей одноклассных и двухклассных церковно-приходских школ. В них обучались три года лица, освоившие курс второклассной школы и выдержавшие приемный конкурсный экзамен. В программу преподавания входили предметы второклассной школы, но с расширенным спектром знаний.

Важным мероприятием в целях улучшения обеспечения церковно-приходских школ учительскими кадрами стало Высочайшее Повеление от 26 ноября 1888 года. Оно предоставляло право проводить испытания и выдавать свидетельства на звание учителей и учительниц данного типа школ правлениям духовных семинарий и училищ, а также советам епархиальных училищ. Были составлены «Правила для производства испытаний по духовному ведомству на звания учителя или учительницы одноклассной церковно-приходской школы». Они относились к лицам, которые желали работать в низших школах духовного ведомства, но не имели достаточного образовательного ценза.

К 1906 году в двухклассных церковно-приходских школах работало 92,4 % профессионально подготовленных учителей, а в одноклассных школах – 82, 8 %, не считая правоспособных учителей из членов причта. Не имеющие полных педагогических прав работники состояли по преимуществу учительскими помощниками. Правда, некоторые лица, путем продолжительной службы под руководством священника сумели приобрести значительный опыт и умение вести учительское дело.

Появление категории специально подготовленных учителей для церковно-приходской школы привело к существенному изменению деятельности священнослужителей в области школьного образования. Встав во главе школы, священник руководил христианским воспитанием детей, следил за общим ходом образовательного процесса и обучал Закону Божьему. Преподавание остальных предметов полностью возлагалось на учителя, который всецело являлся помощником заведующего.

К учителю церковно-приходской школы предъявлялись требования не только профессионального, но и морального плана. Учителя должны были быть не высоко ученые, но хорошо знающие то, чему они должны были учить, скромные, непритязательные, а главное – воспитанные на строго-религиозных началах; люди твердых убеждений, которые бы любили Церковь, хранили ее уставы, чтили ее пастырей. Кроме того, они должны были довольствоваться скромными условиями жизни, любить сельскую жизнь и трудиться не только за страх, но и за совесть. Таких учителей рекомендовалось готовить из среды самого народа, отбирая обладающих склонностью к учительству. Ведь учитель, порой помимо своей воли и желания, служит для детей образцом, примером и, пожалуй, верхом совершенства. Педагог, как отмечал К. П. Победоносцев, образуется не знанием, а соприкосновением с образом жизни, бытом своих учеников [34, с. 367].

Важным средством обогащения педагогического опыта учителей и учительниц церковных школ были курсы и учительские съезды наподобие краткосрочных, где окружные наблюдатели, опытные учителя и педагоги знакомили курсистов с новейшими методами и приемами обучения, давали советы о наилучшей постановке школьного дела.

Профессиональный уровень учителей церковно-приходских школ занимал достойное место в педагогическом опыте России. К 1914 году количество специально подготовленных педагогов, работающих в двухклассных церковно-приходских школах, составило 98,7 %, в одноклассных – 96 %. В дальнейшем начнется отток профессионалов в народные училища Министерства народного просвещения. Связано это будет с недостатком средств, поступавших церковно-приходским школам и введением сети всеобщего обучения.

Статистические данные, содержащиеся в отчетах по духовному ведомству [См.: 33], свидетельствуют о крайне низком материальном положении учителей церковно-приходской школы. Многие из учителей в церковных школах трудились вообще бесплатно. Это были, по преимуществу, учителя из членов причта или начинающие службу учительские помощники. Они не получали определенного жалования, а могли рассчитывать только на единовременные пособия и награды из остатков средств, поступавших в адрес церковно-приходской школы. Из тех же, кто получал постоянное жалованье, лишь у 26 % учителей оно было удовлетворительное, 29 % зарабатывали чуть выше 20 рублей в месяц, и эту сумму уже нельзя назвать достойной оплатой труда. Остальные же 45 % получали крайне низкое вознаграждение. При этом жалование учителей и законоучителей могло не меняться годами, а в сумму жалованья обычно входило и квартирное пособие. Кроме того, учителям, подчас, приходилось материально поддерживать своих учеников. Педагогическая деятельность в церковно-приходских школах тесным образом сочеталась с деятельностью по обустройству и оснащению школьного здания всем необходимым для проведения учебного процесса.