Смекни!
smekni.com

Философия, ее предмет и функции (стр. 12 из 46)

Подобный подход был характерен для античности. Бэкон резко осуждает такое понимание науки. Наука - средство, а не цель сама по себе; ее миссия в том, чтобы познать причинную связь природных явлении ради использования этих явлении для блага людей. "...Речь идет, - говорил Бэкон, имея в виду назначение науки, - не только о созерцательном благе, но поистине о достоянии и счастье человеческом и о всяческом могуществе и практике. Ибо человек, слуга и истолкователь природы, столько совершает и понимает, сколько охватил в порядке природы делом и размышлением; и свыше этого он не знает и не может. Никакие силы не могут разорвать или раздробить цепь причин; и природа побеждается только подчинением ей. Итак, два человеческих стремления - к знанию и могуществу – поистине совпадают в одном и том же..."

В стремлении обратить взор науки к земле, к познанию природных явлений, которые нам открывают чувства, сказалась как общая духовная атмосфера нарождающегося капитализма, так и, в частности, протестантизм. Именно в протестантизме, начиная с самих его основателей - Мартина Лютера и Жана Кальвина, акцент ставится на невозможность с помощью разума постигнуть то, что относится к сфере божественного, поскольку трансцендентный Бог составляет предмет веры, а не знания. Лютер был резким критиком схоластики, которая, по его мнению, пыталась с помощью разума дать рациональное обоснование истин откровения, доступных только вере. Разведение веры и знания, характерное для протестантизма в целом, привело к сознательному стремлению ограничить сферу применения разума миром "земных вещей". Под этим понималось прежде всего практически ориентированное познание природы.

Отсюда уважение к любому труду - как крестьянскому, так и ремесленному, как к деятельности предпринимателя, так и к деятельности землекопа. Отсюда же вытекает и признание особой ценности всех технических и научных изобретений и усовершенствований, которые способствуют облегчению труда и стимулируют материальный прогресс. Особенно ярко все это видно именно у Бэкона. Он ориентирует науку на поиск своих открытий не в книгах, а в поле, в мастерской, у кузнечных горнов. Знание, не приносящее практических плодов, Бэкон считает ненужной роскошью.

12. Рационализм Р. Декарта. «Рассуждение о методе»

Учение о методе» (рационалистический метод). В основе лежит сомнение. 1. Первичная истина должна быть очевидной. То, что ты сомневаешься - очевидно это в тебе. Дерево науки: корни - метафизика, ствол - физика, ветви - конкретно плодоносные науки (механика, медицина, этика). Наука - некоторая система, где все неразрывно связано. 2. Анализ (индукция). Во всех случаях надо сводить все сложное к простому (это аналитическая процедура). 3. Принцип последовательности. Необходимо идти от простог к сложному, не пытаться понять весь объект во всем его многообразии. 4. Энумерация (систематизация).

Первичные истины постигаются с помощью интуиции. 1. Рациональная интуиция (основана на эмпирических понятиях). 2. Иррациональная интуиция (озарение, благодать от бога). Декарт говорит об интелелктуальной интуиции (истина познается с помощью ума). Пример: треугольник - фигура, ограниченная тремя линиями. Математические истины (шар имеет однИсходной точкой рассуждений Декарта является «сомнение во всём». Скептицизм был всегда выдающейся чертой французского ума, равно как и стремление к математической точности знаний. В эпоху Возрождения французы Монтень и Шаррон талантливо пересадили во французскую литературу скептицизм греческой школы Пиррона. Математические науки процветали во Франции в XVII столетии.

Скептицизм и поиски идеальной математической точности — два различных выражения одной и той же черты человеческого ума: напряженного стремления достигнуть абсолютно достоверной и логически непоколебимой истины. Им совершенно противоположны:

с одной стороны — эмпиризм, довольствующийся истиной приблизительной и относительной,

с другой — мистицизм, находящий особое упоение в непосредственном сверхчувственном, надрациональном знании.

Ничего общего ни с эмпиризмом, ни с мистицизмом Декарт не имел. Если он искал высшего абсолютного принципа знания в непосредственном самосознании человека, то речь шла не о каком-либо мистическом откровении неведомой основы вещей, а о ясном, аналитическом раскрытии самой общей, логически неопровержимой истины. Её открытие являлось для Декарта условием преодоления сомнений, с которыми боролся его ум.

Сомнения эти и выход из них он окончательно формулирует в «Началах философии» следующим образом:

Так как мы рождаемся детьми и составляем разные суждения о вещах прежде, чем достигнем полного употребления своего разума, то многие предрассудки отклоняют нас от познания истины; избавиться от них мы, по-видимому, можем не иначе, как постаравшись раз в жизни усомниться во всем том, в чём найдем хотя бы малейшее подозрение недостоверности…. Если мы станем отвергать все то, в чём каким бы то ни было образом можем сомневаться, и даже будем считать все это ложным, то хотя мы легко предположим, что нет никакого Бога, никакого неба, никаких тел и что у нас самих нет ни рук, ни ног, ни вообще тела, однако же не предположим также и того, что мы сами, думающие об этом, не существуем: ибо нелепо признавать то, что мыслит, в то самое время, когда оно мыслит, не существующим. Вследствие чего это познание: я мыслю, следовательно существую, — есть первое и вернейшее из всех познаний, встречающееся каждому, кто философствует в порядке. И это — лучший путь для познания природы души и её различия от тела; ибо, исследуя, что же такое мы, предполагающие ложным все, что от нас отлично, мы увидим совершенно ясно, что к нашей природе не принадлежит ни протяжение, ни форма, ни перемещение, ничто подобное, но одно мышление, которое вследствие того и познаётся первее и вернее всяких вещественных предметов, ибо его мы уже знаем, а во всем другом ещё сомневаемся.

Таким образом, найден был Декартом первый твёрдый пункт для построения его миросозерцания — не требующая никакого дальнейшего доказательства основная истина нашего ума. От этой истины уже можно, по мнению Декарта, пойти далее к построению новых истин.

Прежде всего, разбирая смысл положения «cogito, ergo sum», Декарт устанавливает критерий достоверности. Почему известное положение ума безусловно достоверно? Никакого другого критерия, кроме психологического, внутреннего критерия ясности и раздельности представления, мы не имеем. В нашем бытии как мыслящего существа убеждает нас не опыт, а лишь отчётливое разложение непосредственного факта самосознания на два одинаково неизбежных и ясных представления, или идеи, — мышления и бытия. Против силлогизма как источника новых знаний Декарт вооружается почти так же энергично, как ранее Бэкон, считая его не орудием открытия новых фактов, а лишь средством изложения истин уже известных, добытых другими путями. Соединение упомянутых идей в сознании есть, таким образом, не умозаключение, а синтез, есть акт творчества, так же как усмотрение величины суммы углов треугольника в геометрии. Декарт первый намекнул на значение вопроса, игравшего затем главную роль у Канта, — именно вопроса о значении априорных синтетических суждений.у поверхность).

Рассуждение о методе, чтобы верно направлять свой разум и отыскивать истину в науках» (фр. Discours de la méthode pour bien conduire sa raison, et chercher la verité dans les sciences) — философский трактат, опубликованный Рене Декартом в 1637 году в Лейдене.

В одном томе с этой работой в качестве приложений к ней были опубликованы «Диоптрика», «Метеоры» и «Геометрия», которые были призваны продемонстрировать идею метода на примере конкретных наук.

Трактат состоит из шести частей:

Соображения, касающиеся наук.

Основные правила метода.

Несколько правил морали, извлеченных из этого метода.

Доводы, доказывающие существование Бога и бессмертие Души, или основания метафизики.

Порядок физических вопросов.

Что необходимо, чтобы продвинуться вперед в исследовании природы.

Рассуждение о методе известно как источник знаменитой фразы Je pense, donc je suis — «Я мыслю, следовательно я существую» (в латинском варианте: cogito ergo sum).

"Аннотация

Если рассуждение это покажется слишком длинным для прочтения за один раз, то его можно разделить на шесть частей. В первой окажутся различные соображения относительно наук; во второй – основные правила метода, найденного автором; в третьей – некоторые из правил морали, извлеченных автором из этого метода; в четвертой – доводы, с помощью коих он доказывает существование Бога и человеческой души, которые составляют основание его метафизики; в пятой можно будет найти последовательность вопросов физики, какие он рассмотрел, и, в частности, объяснение движения сердца и рассмотрение некоторых других трудных вопросов, относящихся к медицине, а также различие, существующее между нашей душой и душой животных; и в последней – указание на то, что, по мнению автора, необходимо для того, чтобы продвинуться в исследовании природы дальше, чем это удалось ему, а также объяснение соображений, побудивших его писать."

«РАССУЖДЕНИЕ О МЕТОДЕ для хорошего направления разума и отыскания истины в науках» («Discours de la methode, pour bien conduire sa raison et chercher la verite dans les sciences», Leyden, 1637), одно из осн. соч. Декарта, содержит сжатое изложение принципов его философии, состоит из 6 частей. В 1-й части, определив разум как «... способность правильно судить и отличать истинное от ложного...» (Избр. произв., М., 1950, с. 260), Декарт утверждал, что эта способность в равной мере присуща всем людям (в отличие от животных, которые её лишены). Тот факт, что некоторые люди достигают больших успехов в познании, объясняется их умением руководить собств. разумом. Поэтому центр. проблемой науки и философии Декарту, как и Ф. Бэкону, представлялась проблема метода, служащего для руководства ума и успешного продвижения в познании природных закономерностей. Декарт невысоко оценивал формальную логику, считая её пригодной для объяснения известных истин, а не для открытия новых. Из всех совр. наук, которые казались Декарту запутанным, противоречивым набором сведений, он выделял лишь математику «... по причине достоверности и очевидности её доводов» (там же, с. 264). Математич. приёмы исследования Декарт попытался распространить на всё достоверное знание: принцип очевидности, «ясности и отчётливости» в суждениях и представлениях о предметах он выделял в качестве первого правила науч. метода, изложенного во 2-й части «Р. о м.». Второе правило предписывает расчленять встречающиеся затруднения на частные проблемы; третье — соблюдать порядок в мышлении, переходя от вещей менее сложных к более трудным, от доказанного к недоказанному; четвёртое — тщательно обозревать поле исследования и порядок его продвижения, чтобы избежать упущений и выпадений логич. звеньев. Науч. методу Декарт придавал универс. значение, полагая, что с его помощью могут быть познаны все закономерности природы, в которой явления механически взаимосвязаны и одно вытекает из другого. В 3-й части соч. Декарт изложил моральные правила, которые, с его т. зр., органически связаны с правилами методич. освоения природы: умеренность и законопослушность, следование общепринятым образцам поведения, твёрдость в реализации принятых решений. Порядок общества представлялся ему естественно сложившимся устройством, подобным порядку природы, поэтому он предписывал «... менять скорее свои желания, чем порядок мира...» (там же, с. 277). В нравств. философии он занимал рационалистич. позицию: «достаточно правильно судить, чтобы хорошо поступать» (там же, с. 279). В 4-й части изложены основы метафизики; поставив под сомнение показания чувств и содержание мышления, Декарт признал единственно очевидной истину о том, что если «я мыслю, я существую» («cogito, ergo sum»), объявив её первым принципом философии. Из этого положения он делал выводы о нематериальности души, её субстанциальности, независимости от тела, бессмертии; доказывал бытие бога. В 5-й части Декарт начертал схему последоват. постижения природных явлений — «великой книги мира»,— при этом правила механики пред-ставлялись ему универс. «правилами природы» (там же, с. 299). Здесь же он указал отличит. черты человеч. интеллекта — пользование словами и вообще знаками, универсальность человеч. разума. В 6-й части говорится о практич. направленности новой науч. методологии, высшая польза которой состоит в том, чтобы «...сделаться хозяевами и господами природы» (там же, с. 305).