Смекни!
smekni.com

Существует ли абсолютная рента? (стр. 3 из 4)

Сказанным объясняется та осторожность, с которой Рикардо определил ренту: плата «за пользование первоначальными и неразрушимыми силами почвы». Тем самым из ренты, уплачиваемой по контракту, исключается какой бы то ни было платеж процента на капитал, инвестированный землевладельцем в форме зданий, дренажных сооружений, оград и так далее, равно как и доход от разработки леса или добычи какого-либо минерального сырья на арендованной земле. Остается чистая рента за «землю», рассматриваемую как целина и нетронутое сырьевое богатство; это неистощимый и невоспроизводимый ресурс, всегда ограниченный в размерах, полностью специализированный на производстве одной культуры и однородный по качеству, не считая некоторых различий в плодородии и местоположении. Следовательно, у ренты есть два источника. Если земля однородна, ограниченность ее количества порождает «ренту редкости». В данном случае рента - это разница между продуктом всего примененного «капитала-и-труда» и продуктом последнего вложения в качестве предела интенсивного использования. Когда же земли различаются по качеству, ограниченная площадь определенного качества является источником «дифференциальной ренты». Рикардо думал, что в современной ему Европе есть большой запас земель, не дающих ренты, но с точки зрения его теории ничего не изменилось бы, если бы это было не так. Рента уже не была бы чисто дифференциальной, но осталась бы «рента редкости».

Интересна позиция Адама Смита. Я уже цитировала этого экономиста ранее, но на его определении ренты стоит остановиться чуть подробнее.

Смит о ренте говорил как о дифференцированной надбавке, которая задана уравнением цены: «Высокая или низкая заработная плата или прибыль на капитал является причиной высокой или низкой цены продукта; больший или меньший размер ренты является результатом последней». Более того, эта надбавка зависит от различий как в плодородии земли, так и в ситуации. (Подход этот заставляет опять-таки вспомнить более позднюю теорию ренты Рикардо.) Смит рассматривал ренту как фактор, определяющий цену, а не определяемый ценой, потому как земля, не дающая рентного дохода, изымается из сельскохозяйственного оборота. На заключительных же страницах декларируется безо всякого обоснования мысль о том, что экономический прогресс приводит к повышению денежных рент, действительных рент и доли рентных платежей в национальном доходе.

Поразительно, как в учении не широко известного экономиста Тюнена все исследование сводится к определению ренты, которая максимизируется в результате конкурентной борьбы между фермерами за приобретение подходящего участка земли. Цена на такую продукцию, как зерно, в центральном городе определяется суммарными издержками производства и транспортировки зерна для самых отдаленных фермерских хозяйств, продукт которых требуется для удовлетворения спроса на зерно в городе, который Тюнен принимает за данную величину. Так как зерно должно продаваться по одной и той же цене независимо от того, где оно произведено, и так как зерно, произведенное в хозяйствах, расположенных рядом с городом, требует низких транспортных издержек, земельная рента будет равна величине, полученной от экономии на транспортных издержках в фермерских хозяйствах, расположенных в наиболее благоприятных местах. Таким образом, рента будет максимальной в первом концентрическом кольце; она будет падать по мере удаления земельного участка от центрального города, достигнув нуля в самом последнем кольце на границах изолированного государства. В действительности же, как замечает Тюнен, различия в плодородности почв, которые никак не связаны с размещением участка, будут источником земельной ренты так же, как и различия в близости к центральному городу. Таким образом, не зная в то время трудов Рикардо и начиная свой анализ с посылок, противоположных его теории ренты, Тюнен пришел к тем же выводам, что и Рикардо, но сделал это проще и элегантнее.

Однако экономист, который так глубоко, как Тюнен, размышлял о проблемах использования интенсивных методов возделывания земель не мог не заметить, что земельная рента может иметь место даже в тех условиях, когда земельные участки расположены на одинаковом расстоянии от центра и одинаково плодородны, потому что последовательные вложения капитала и труда в развитие и усовершенствование определенного земельного участка не обеспечивают постоянного прироста сельскохозяйственной продукции. Соответствующий прирост урожая на каждый акр данного участка земли поступает в распоряжение землевладельца в форме ренты, так же как и разница между урожаями, полученными с участков разной плодородности. Таким образом, Тюнен мог бы добавить, что феномен ренты, «рента по местоположению», будь то «дифференциальная рента» или «рента, полученная ввиду редкости продукта», выполняет определенную общественную функцию: она ограничивает использование таких редких факторов производства, как земля, причем границей является уровень использования, при котором ценность их предельного продукта оказывается одинаковой при любом способе его использования, вследствие чего равные дополнительные вложения в лучше расположенный, более плодородный или лучше возделываемый участок земли будет обеспечивать равный прирост урожая, а получение равных объемов продукции потребует равных издержек производства.

Не удивительно, что каждый общепризнанный экономист выдвигает свою гипотезу ренты. Каждый предлагает свою теорию ее образования, источник и название (определенный тип). В своих трудах Маршалл, например, отмечает, что отличительные труды английского землевладения сказались на открытие Рикардо «глубочайшей и самой важной разграничительной линии в экономической теории»: «различие между квазирентой, которая не входит, и прибылью, которая прямо включается в нормальную цену предложения продукта для периодов средней продолжительности».

Чтобы понять смысл изречения Рикардо необходимо разобраться в сущности различия ренты и квазиренты.

Знаменитое различие между процентом с нового капитала и квазирентой с капитала, безвозвратно затраченного (при этом земельная рента считается просто «ведущим представителем широкого класса») развивается в книге V, главе 9 трудов Маршалла. Выдающаяся роль земельной ренты в развитии теории ренты - историческая случайность, рента - платеж за любой невоспроизведенный ресурс. Маршалл предупреждает, что « в известном смысле все виды ренты являются рентами, обусловленными редкостью, и все виды ренты являются дифференциальными рентами». Квазиренту же Маршалл определяет как валовый доход временно специализированных агентов производства минус издержки возмещения. «Нецелесообразно твердить, что земельная рента не входит в цену продуктов земли, но еще того хуже утверждать, что она сюда входит», как считает Маршалл. Он завершает обсуждение ренты анализом стоимости городских участков земли и приводит простую теорему экономической теории размещения и производства, одну из «множества причудливых, но и поучительных проблем, которые здесь сразу же возникают».

Все рассмотренные выше воззрения экономистов на теорию ренты едины в убеждении существования неких особенных форм земельной ренты. Но идеи ее образования, источника, распределения и рентных отношений вообще по сути своей имеют одинаковое начало. Именно поэтому я считаю нужным вновь вернуться к «Капиталу» Маркса и его теории ренты.

Исследованиям Маркса я посвящаю значительный объем своей работы, поскольку он, как никто другой, тщательно, очень подробно и глубоко анализировал вопрос ренты. Теория ренты Маркса - это сама гениальная простота. Во-первых, имеется «дифференциальная рента», вытекающая, как и у Рикардо, из различий в плодородии и местоположении земельных участков различной категории. Если цена производства у отдельно взятого капиталиста ниже средней цены производства продукта - Маркс приводит здесь пример фабрики, использующей преимущества двигательной силы естественного водопада,- то он получит избыточный продукт, который по величине будет выше средней нормы, если предположить спрос достаточно высоким, чтобы этот капиталист смог выйти со своим товаром на рынок. Конкуренция за пользование водопадом позволит его владельцу назначать арендную плату, выравнивая таким образом норму прибыли, получаемую капиталистами. Пусть норма прибыли определяется уравнением r=(s-e)/(c+v), а «норма ренты» как e`=e/(c+v). Тогда r=[s/(q+1)]-e`. Различие в величине s, вытекающие из различий в местном уровне плодородия земли, будут компенсироваться различиями величин e`, так что r останется одинаковой для всех отраслей экономики.

Во-вторых, может иметь место «абсолютная рента» - нечто, отсутствующее в теориях других экономистов,- в силу того обстоятельства, что сельское хозяйство имеет дело с капиталом, органическое строение которого ниже общественно средней величины. В результате «ценность сельскохозяйственной продукции превышает ее «цену производства». В нормальном случае поток капитала привел бы к понижению нормы прибыли в сельском хозяйстве до среднего показателя, но так как существует частная собственность на землю, землевладелец имеет возможность навесить на арендатора дополнительный рентный платеж, эквивалентный сверхприбыли, получаемой в земледелии. Маркс тщательно избегает утверждений, что органическое строение капитала в сельском хозяйстве действительно ниже среднего показателя,- это, говорит он, «вопрос, который решить может только статистика». Если же это не так, тогда абсолютная рента отпадает и вся рента остается дифференциальной.

Марксова теория абсолютной ренты не имеет никакой силы вне рамок его теории прибавочной ценности и вытекающей отсюда необходимости превращения ценности в цену. Стоит отметить вывод о том, что абсолютная рента, по мнению Маркса, отрицательна, если аграрный сектор характеризуется большей капиталоемкостью по сравнению с другими отраслями экономики, как это было на самом деле в США и Великобритании после 1930 года. Что касается неожиданных противоречий, то к этому можно отнести непонимание Марксом теории Рикардо, согласно которой должны существовать возделываемые земли, за которые рента не взимается. Иными словами, он не понимал, что существует предельный уровень интенсивного, как и экстенсивного земледелия; это серьезное непонимание, если вспомнить, что введенное Рикардо понятие предельной интенсивности стало началом всей последующей маржиналистской мысли.