регистрация / вход

Крайняя необходимость и условия ее правомерности

Понятие, условия правомерности крайней необходимости, ее основания. Действительность опасности – это ее реальность, объективность. Ответственность за превышение пределов крайней необходимости. Различия между необходимой обороной и крайней необходимостью.

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Юридический факультет

Кафедра уголовного права

Крайняя необходимость и условия ее правомерности

Курсовая работа по уголовному праву

Работу выполнил:

Научный руководитель:

г. Набережные Челны


ПЛАН

Введение

Глава 1. Понятия и признаки крайней необходимости

Глава 2. Условия правомерности причинения вреда при крайней необходимости

2.1 Ответственность за превышение пределов крайней необходимости обороной

Глава 3. Различия между крайней необходимостью и необходимой обороной

Заключение

Список используемой литературы


ВВЕДЕНИЕ

Вопрос, касающийся «крайней необходимости», является одним из самых актуальных, так как возникают большие трудности с квалификацией преступления. При крайней необходимости очень трудно понять, находилось ли лицо в момент совершения деяния в состоянии «крайней необходимости», насколько данное деяние соответствует признакам «крайней необходимости» и условия правомерности его применения. При крайней необходимости обязательно причиняется вред либо лицу, либо охраняемым законом общественным отношениям, ведь при крайней необходимости из двух зол выбирается меньшее. Но и при жертве меньшего блага оно остается злом.

Действия, связанные с устранением опасности охраняемым уголовным законом общественным отношениям, правомочны совершать все без исключения граждане. Для определенной категории лиц, например, для работников милиции, работников пожарной охраны, спасательных служб и др. выполнение действий по устранению опасности является правовой обязанностью, невыполнение которой влечет правовую ответственность.

Поскольку действия, связанные с устранением грозящей опасности, состоят в причинении вреда другим охраняемым законом общественным интересам (отношениям), они, как и необходимая оборона, имеют основания и признаки. Чтобы понять сущность понятия «крайней необходимости» и в широком, и в узком толковании, необходимо поставить конкретную цель и задачи.

На основании вышеизложенного можно установить и конкретную цель – научиться и в теоретическом, и на основе судебной практики понимать ту тонкую грань, которая отделяет крайнюю необходимость и ее превышение.

Из поставленной цели уже можно выявить конкретные задачи, посредством которых будет достигнута цель:

1) детальное изучение всех необходимых условий правомерности причинения вреда;

2) анализ судебной практики;

3) понять различия между крайней необходимостью и необходимой обороной;

4) изучить ответственность при превышении условий крайней необходимости;

Для сравнительной характеристики наличности опасности можно рассматривать их с точки зрения ученых. Так, по мнению С. А. Домахина «состояние крайней необходимости возникает тогда, когда определенным охраняемым правом интересам угрожает опасность нарушения». По мнению Баулина представляется, что это состояние, равно, как и состояние необходимой обороны, вызывается двумя основаниями, взятыми в единстве: 1) опасностью, угрожающей правоохраняемым личным или коллективным интересам (правовое основание); 2) неустранимость этой опасности иными средствами, кроме совершения действия, подпадающего под признаки деяния, предусмотренного уголовным законом (фактическое основание). Следовательно, по их мнению, возникновения одной лишь опасности еще недостаточно для оправдания причинения вреда ссылкой на крайнюю необходимость.


1. Понятие и признаки крайней необходимости

Согласно статье 39 УК РФ «не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена другими средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости».

Состояние крайней необходимости характеризуется столкновением двух интересов, из которых один – менее значительный – приносится в жертву другому – более важному. Субъективное право на крайнюю необходимость обусловлено тем, что интересы лица (других лиц, общества или государства) охраняются законом. Поэтому законодательство предоставляет возможность в случае опасности для одних интересов пренебречь иными, менее значительными интересами. В этом случае причинение вреда лишено общественной опасности и уголовной противоправности, а в ряде случаев носит общественно полезный характер. Но при этом защита неправоохраняемых интересов в ущерб правоохраняемым исключается.

Крайняя необходимость исключает преступность деяния при наличии ряда признаков.

Первый признак выражается в причинении вреда охраняемым законом интересам. Вред в состоянии крайней необходимости, как правило, причиняется лицам, не связанным с созданием угрозы. Но он может быть причинен и тому, кто создал опасность, например в случаях, когда при тушении в дому пожара, возникшего в результате умышленных или неосторожных действий его владельца, становится необходимым в целях предупреждения распространения огня на соседние домостроения разобрать крыши надворных построек виновного. Аналогичное положение создается и в случаях возникновения опасности сельскому хозяйству, безопасности движения и другим интересам домашними и дикими животными, оказавшимися в соответствующей обстановке по вине лиц, владеющих ими на праве личной собственности.

Владельцы льва, принимавшего участие в съемке кинофильма «Приключения итальянцев в России», ненадежно закрыли его в клетке, в связи с чем он свободно вышел в сад. Там он схватил мужчину и стал с ним «играть». Вызванный на место происшествия милиционер застрелил льва, причинив его хозяевам крупный имущественный ущерб. Работник милиции действовал в условиях крайней необходимости.

При крайней необходимости вред может быть причинен не только жизни, здоровью и частной собственности граждан, но и природе, общественному порядку, безопасности движения, сельскому хозяйству. Например, при тушении лесных пожаров путем создания встречного потока огня или лесоповала либо при тушении пожаров посевов хлеба путем перепахивания их части.

Второй признак непреступности действий по устранению опасности составляет своевременность, т.е. совершение соответствующих действий в промежутке времени с момента возникновения угрозы до ее прекращения.

Третий признак непреступности действий по устранению опасности состоит в требовании, чтобы угроза общественным отношениям не могла быть устранена иначе, как путем причинения вреда другим правоохраняемым интересам. Именно это обстоятельство делает оправданным причинение вреда иным благам. Если устранение опасности возможно без причинения такого вреда, то состояние крайней необходимости исключается.

Водитель автомобиля С., предотвращая наезд на внезапно выбежавшего на дорогу подростка, сделал крутой поворот вправо, выехал на тротуар и сбил проходившего гражданина, причинив ему тяжкое телесное повреждение. Суд не нашел в данном случае состояния крайней необходимости, так как у С. Была возможность избежать наезда путем поворота на левую, в то время свободную часть дороги.

Четвертый признак непреступности действий по устранению угроза заключается в том, чтобы причиненный вред был по размеру меньшим, чем предотвращенный. Это условие вытекает из того фактического положения, что общественно целесообразными могут быть лишь такие действия в состоянии крайней необходимости, в результате которых посредством причинения меньшего вреда предотвращается вред более тяжкий. Решение вопроса о несоответствии предотвращенного и причиненного вреда не представляет трудности, когда они касаются одних и тех же общественных отношений. Сложнее обстоит дело, когда предотвращенный вред был, например, физическим, а причиненный – имущественным или иным. Но и в таких случаях их сравнение вполне возможно. Исходной базой для суждения о масштабе несоответствия вреда причиненного и предотвращенного может служить ценность, общественная значимость интереса, которому угрожала опасность, и интереса нарушенного, т.е. тот же критерий, который лежит в основе разграничения преступлений разных групп и оценки их общественной опасности.

Пятый признак непреступности действий в состоянии крайней необходимости состоит в требовании, чтобы они не превышали ее пределов.

Превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред, равный или более значительный, чем предотвращенный (ч. 2 ст. 39 УК). Из определения превышения пределов крайней необходимости вытекают следующие признаки:

а) причиненный вред должен быть больше предотвращенного;

б) причиненный вред может быть равным предотвращенному;

в) обстоятельства предотвращения вреда явно, т.е. заведомо для всех, не соответствовали угрожавшей опасности, например в случае, если причинение вреда не было единственным способом устранения опасности.

Примером превышения пределов крайней необходимости может служить следующий случай. Водитель грузовой автомашины Л. На улице стал объезжать стоявший автобус и выехал на левую часть дороги, преградив этим путь встречной автомашине, управляемой М. Во избежание столкновения М. повернул руль вправо, выскочил на обочину, где сбил двух граждан, один из которых на месте умер. При рассмотрении дела в суде было установлено, что Л. Объезжал автобус на небольшой скорости, а И. имел возможность путем торможения снизить скорость автомобиля, смягчить удар при столкновении, не допустить причинения тяжкого вреда потерпевшим. Возникшие последствия суд признал более тяжкими, чем те, которые могли бы наступить при столкновении автомашин. На этом основании суд отклонил ссылку М. на состояние крайней необходимости. Следует иметь в виду, что превышение пределов крайней необходимости влечет ответственность только в случаях умышленного причинения вреда. При этом оно на основании ст. 61 УК считается обстоятельством, смягчающим ответственность.

При решении вопроса о наличии вины следует иметь в виду, что в ряде случаев, и особенно когда соответствующие события развиваются быстро и в сложной обстановке, например, при транспортных происшествиях, лицо, превысившее меры крайней необходимости вследствие скоротечности событий и непроизвольности нарушения внимания, не всегда в состоянии избрать правильное решение. В таких случаях можно говорить о неосторожном превышении крайней необходимости, которое не влечет ответственности лица.

Можно также рассмотреть как признаки крайней необходимости и ее состав:

Субъект крайней необходимости. В ст. 39 УК отсутствуют какие-либо указания относительно субъекта рассматриваемых действий. Поэтому им является общий субъект права, т.е. лицо вменяемое и достигшее по общему правилу 16, а в отдельных случаях – 14 лет. Положения ст. 37 УК не распространяются на лиц, которые в силу своей юридической обязанности или служебного долга должны бороться с угрожающей опасностью. Субъектом крайней необходимости может быть как одно лицо, так и группа лиц.

Объектом действий субъекта при крайней необходимости являются те правоохраняемые интересы государства, общества или личности, которым причиняется вред в целях устранения грозящей опасности. Так, при повреждении или уничтожении чужого имущества объектом действия вступает собственность; при нанесении телесных повреждений или лишении свободы – соответственно здоровье и личная свобода гражданина и т.д. В науке распространено мнение, что вред при крайней необходимости может быть причинен лишь интересам «третьих лиц», т.е. организациям, учреждениям, отдельным гражданам, которые не вызывали опасность и обычно на связаны с созданием этой опасности. Типичным примером является дело, когда водитель колхоза, оставив на дороге бидоны с молоком, отвозит пострадавших от аварии лиц в больницу, а в это время молоко похищается неизвестными. Ущерб в таком случае причиняется колхозу, который никаким образом не причастен к возникновению самой опасности. Представляется, что подобное понимание объекта действий при крайней необходимости отражает наиболее распространенные случаи, так сказать, «перенесения» или «перевода» вреда с одного интереса на другой, но все же не охватывает всех возможных ситуаций.

Объективная сторона крайней необходимости характеризуется следующими элементами: 1) совершением действия, подпадающего под признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законом; 2) определенным вредом, причиненным объектам уголовно-правовой охраны; 3) причинной связью между действием и указанным вредом.

Субъективная сторона характеризуется интеллектуальным и волевым моментом, когда субъект адекватно отражает в своем сознании объективные процессы, связанные с совершением действий и их основаниями, предвидит результат своего поведения и желает его наступления.

Но нельзя не учитывать эмоционального состояния данного лица, его психофизиологические возможности воспрепятствованию опасности и оценке обстановки. Часто в связи с этим допускаются фактические ошибки, наиболее распространенными из которых являются:

а) в наличии и оценке характера опасности;

б) в наличии обстоятельств, оправдывающих причинение вреда;

в) в своевременности совершения действий;

г) в размерах и значимости причиняемого вреда.

Ответственность за причинение вреда по ошибке зависит от их вида, была ли она извинительной или нет.

Виновность в совершении преступления достаточно сложно устанавливается по делам данной категории, поскольку это обстоятельство напрямую зависит от способности субъекта правильно оценить происходящее и, что не менее важно, определить соотношение характера и величины защищаемого и нарушаемого интересов. Значение имеют и субъективные возможности лица, действовавшего в конкретной экстремальной обстановке.

В этой связи необходимо учитывать физические и психические особенности, обусловленные целым рядом факторов, включая образовательный уровень, возрастную, половую, демографическую принадлежность, медицинские показатели и др. При возникновении малейшего сомнения в полноценности восприятия лицом имевшей место ситуации или способности адекватного поведения необходимо проведение таких следственных действий, как освидетельствование, экспертиза. Получая устные показания от несовершеннолетнего, не следует пренебрегать помощью педагога, психолога. Обязательно должен быть принят во внимание характер обстановки, в которой развивались события – метеорологические условия, время суток, освещенность, наличие шумов, присутствие посторонних лиц, которые могут как способствовать, так и препятствовать правильному восприятию действительности.

Мотив действий при крайней необходимости в законе не определен, однако его установление имеет важное значение, поскольку позволяет оценить в совокупности с другими обстоятельствами правомерность поступка в целом. Кроме того, установление действительных мотивов поведения важно для определения целей поступка, которые являются обязательным признаком крайней необходимости.

Мотив действий субъекта во многом определяется характером грозящей опасности и обстановкой по ее устранению. Так, опасность, угрожающая жизни потерпевшего в аварии, может вызвать у очевидца чувство сострадания, в результате чего он завладеет чужим автомобилем в целях доставления раненого к врачу. В случае пожара, грозящего уничтожить дом, мотивом действий лица, повреждающего другое имущество с целью локализации пожара, может быть стремление оказать помощь, желание отличиться, заслужить похвалу или вознаграждение и др. Известно, что в психологии к мотивам в широком смысле относят потребности и инстинкты, влечения и эмоции, установки и идеалы и т.п. Поэтому мотивами крайней необходимости могут быть жалость, сострадание, боязнь, страх, альтруизм, сознание гражданского и общественного долга и др.

Мотивы чаще всего имеют вид смягчающих или отягчающих обстоятельств, но могут влиять и на квалификацию (например, отсутствие корыстного мотива при изъятии чужого имущества исключает признак хищения).

Обстоятельства, отягчающие или смягчающие ответственность и иные обстоятельства, характеризующие личность, учитываются только при преступном деянии[1] .


2. Условия правомерности крайней необходимости и ее основания

Права человека на жизнь, свободу и личную неприкосновенность – это естественные права каждого человека.

Основанием является непосредственная угроза личности, правам данного или иных лиц, законным интересам общества или государства. Угроза – это опасность для жизни, здоровья и т.д. Непосредственная угроза – это опасность без разрыва во времени, следующая за каким-то событием. Угроза личности предполагает опасность человеку. Права человека изложены в гл. 2 Конституции РФ (на жизнь – ст. 20, свободу и личную неприкосновенность – ст. 22, на частную собственность – ст. 35). Законные интересы общества и государства, охраняемые уголовным законом, перечислены в гл. 19, 22, 24, 26, 27 УК и др.Источниками угрозы могут быть самые разнообразные события и явления. В их числе следует назвать стихийные и общественные бедствия: землетрясение, наводнение, взрывы, ураганы, штормы, засухи и т.д[2] .

При тушении пожара, возникшего на одном из предприятий, упавшая балка придавила пожарнику руку. Попытка быстро освободить ее оказалась безуспешной. Поскольку потолочное перекрытие стало обрушиваться, что создало опасность для всех находившихся в помещении пожарников, командир отделения Щ. отдал приказ пожарнику С. отрубить руку пострадавшего и таким образом освободить его. Приказ был выполнен, и жизнь последнего была спасена. Действия Щ. и С. были продиктованы состоянием крайней необходимости, вызванным стихийным бедствием. При пожарах на полях приходится опахивать горящие участки и так локализировать стихию. И здесь уничтожение посевов вызывается крайней необходимостью.

Источником опасности, создающим состояние крайней необходимости, могут быть агрессивные действия домашних и диких животных, потрава ими посевов.

В Подмосковье медведи занесены в Красную книгу. Их отстрел запрещении и влечет ответственность по ст. 258 УК. Но вот один медведь повадился ходить на пасеку и разрушать ульи. На запугивающие действия не реагировал. И тогда его пришлось застрелить. Правоохранительные органы признали убийство медведя подпадающим под признаки крайней необходимости.

Источником опасности могут быть также физиологические (голод, жажда) или биологические (болезнь) процессы.

Ш. угнал кооперативную машину для доставки раненого гражданина в больницу, чем спас его жизнь. Возбужденное дело суд прекратил, так как действия Ш. диктовались крайней необходимостью.

Состояние крайней необходимости могут, кроме того, создать общественно опасные действия людей.

На улице гражданин Ф. подвергся разбойному нападению. Его прижали к витрине универмага и стали обыскивать. Зная, что на стеклах витрины установлены контакты сигнализации, Ф. ударил ногой по стеклу и разбил его, причинив значительный вред магазину. Нападающие поняли, что сработала сигнализация и скоро прибудет наряд вневедомственной охраны. Они тут же бросились бежать. Действия Ф. содержат признаки преступления, предусмотренного ст. 167 УК. Однако он находился в состоянии крайней необходимости, в связи с чем дело в отношении него прекращено.

Говоря об общественно опасном поведении людей как источнике создания опасности, следует отметить, что в правовом отношении оно должно состоять только в уголовно наказуемом деянии. Если опасность создана административным проступком, то ее устранение не может оцениваться по правилам ст. 39, так как в этом случае причиненный вред, ответственность за который предусмотрена уголовным законодательством, всегда будет больше предотвращенного. Однако если в состоянии крайней необходимости совершен административный проступок, то в соответствии со ст. 18 КоАП он не влечет административной ответственности.

Угроза, создающая состояние крайней необходимости, может возникнуть для жизни, здоровья, собственности, интересов безопасности движения, сельского хозяйства, животного мира и т.п.

Летом на пастбище одного из хозяйств Тверской области медведь задрал двух коров. Когда он задрал еще одну корову, по распоряжению директора совхоза медведь был выслежен и убит. Позже уголовное дело на охотника и директора совхоза было обоснованно прекращено, так как они действовали в состоянии крайней необходимости при устранении опасности сельскому хозяйству.

С внешней стороны общественно опасное деяние может выражать как в действии, так и в бездействии, например, при невыполнении лицом мер предосторожности при обращении с огнем, повлекших возникновение пожара.

Преступление как источник опасности, создающий состояние крайней необходимости, может быть умышленным и неосторожным, например поджог строения, возникший в результате небрежного обращения с самовоспламеняющимися веществами.

Из определения крайней необходимости видно, что ее состояние определяется двумя аспектами: угрожающей опасностью и невозможностью устранить эту опасность иначе, как путем причинения вреда. Отсюда условия правомерности крайней необходимости подразделяются на две группы: относящиеся к опасности и относящиеся к действиям субъекта.

1. Условия первой группы связаны с источником возникновения опасности, ее наличностью и действительностью, а также тем, что она не могла быть устранена иными способами.

Фактические основания крайней необходимости, определяемые источниками угрожающей опасности, чрезвычайно разнообразны. Они могут быть связаны с:

· действиями людей, в том числе противоправными (преступными);

· жизнедеятельностью человека, теми или процессами, включая производственные;

· источниками повышенной опасности, например, машинами и механизмами, оружием, боевыми припасами, взрывчатыми, отравляющими, радиоактивными веществами;

· стихийными силами природы, поведением животных и др.

Наличность – это признак, характеризующий непосредственную и неизбежную, уже возникшую и еще не прекратившуюся угрозу каким-либо правоохраняемым интересам. Как вероятная, возможная при стечении определенных обстоятельств, так и устраненная или миновавшая опасность не создают состояние крайней необходимости.

Действительность опасности – это ее реальность, объективность. Действия в состоянии мнимой, то есть воображаемой угрозы, существующей лишь в сознании субъекта должны квалифицироваться как фактическая ошибка. При этом вступают в действие правила определения неосторожного (небрежного) поведения. Если лицо должно было и могла правильно оценить обстановку, но действовало не адекватно ей, якобы в состоянии крайней необходимости, то оно подлежит ответственности за неосторожное преступление. Если же по обстоятельствам дела с учетом физических и психических особенностей личности вся обстановка происшедшего свидетельствовала о возникшей угрозе, хотя фактически ее и не было, лицо считается действовавшим по правилам крайней необходимости.

2. Условия правомерности, относящиеся к защите, сводятся к таким факторам, как своевременность, невозможность устранения опасности без причинения вреда, меньший размер вреда и причинение его третьим лицам.

Своевременность действий напрямую связана с наличностью опасности. Защита должна начаться не раньше, чем появилась угроза правоохраняемым интересам, и прекратиться не позднее, чем опасность исчезла. При этом не имеет значения, миновала опасность в силу объективных причин, устранена самим лицом или кем-либо другим. Вред, причиненный до и после, выход за рамки состояния крайней необходимости, и защита в зависимости от этого считается преждевременной либо запоздалой, что лишает ее правомерности.

Вряд ли имеет смысл перечислять все способы защититься от нежелательных последствий. Лицо должно прежде всего предусмотреть возможность скрыться от угрожающей опасности (убежать, спрятаться, перейти в укрытие, влезть на дерево и т.д. и т.п.), обратиться за помощью к кому бы то ни было, устранить опасность любыми доступными средствами, но без причинения вреда чужим правоохраняемым интересам. И только когда все это невозможно, закон допускает совершение внешне противоправных действий. При этом по смыслу закона из всех возможных вариантов причинения вреда предпочтение должно быть отдано меньшему из них.

Явления как источники охватывают собой стихийные сила природы (наводнения, обвалы, оползни, ливни и т.п.), нападения животных и др. Опасность причинения вреда может порождаться различными процессами:

технологическими, производственными, патологическими (например, тяжкое ранение потерпевшего);

физиологическими, происходящими в организме человека (голод, холод) и др.

Источником опасности является и деятельность (преступная или непреступная) человека. Так, преступное посягательство часто выражается в психическом (реже физическом) принуждении совершить уголовно противоправное деяние под угрозой убийства, нанесения вреда здоровью. При этом вред причиненный должен быть меньше, чем вред предотвращенный.

После употребления спиртного неоднократно судимый К. предложил Ш., инвалиду II группы, пойти к С. якобы для того, чтобы купить у нее вина, имея в действительности намерение совершить преступление. Когда С. отказала им в продаже вина, К. достал нож и замахнулся на нее. Ш., увидев это, испугался и выбежал из дома. В его отсутствие К. убил С., после чего под угрозой ножа заставил Ш. возвратиться в дом, найти деньги потерпевшей и вытереть следы, оставленные на месте преступления.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР указала, что действия Ш., выразившиеся в краже денег и сокрытии следов убийства, не являются преступными, ибо совершены в состоянии крайней необходимости. Ш. для устранения опасности, угрожавшей его жизни, вынужден был согласиться с преступными требованиями К. эта опасность в тот момент не могла быть устранена другими средствами, так как Ш. уступал К. в силе и последний, кроме того, был вооружен. Выполнив требования К., Ш. своими действиями нанес обществу менее существенный вред, чем последствия, которые наступили бы в случае реализации угрозы.

Опасность, как правовое основание крайней необходимости должна угрожать определенным интересам (ценностям), которые выступают здесь в качестве объектов этой опасности. Закон по существу не ограничивает круг названных интересов, они тождественны интересам при необходимой обороне. К их числу относятся прежде всего интересы конкретного лица, в также других граждан, подвергшихся опасности (например, их жизнь, здоровье, телесная неприкосновенность, честь, достоинство, личная свобода, половая свобода женщины, имущественные, жилищные, политические и иные законные права и интересы личности). Правоохраняемыми общественными интересами, которым грозит опасность, могут быть нормальная деятельность предприятий, учреждений и организаций, безопасность движения на железнодорожном, водном, воздушном, городском и ином транспорте, общественная безопасность, общественный порядок и др. Наконец, объектом опасности могут выступать интересы государства: внешняя безопасность, обороноспособность, порядок управления, интересы правосудия, сохранность военной тайны, государственного имущества и др.[3]

Опасность, далее, характеризуется тем, что она должна быть существующей, т.е. наличной. Если опасность еще не возникла и угроза правоохраняемым интересам отсутствует либо, напротив, уже реализовалась в причиненном вреде, то она перестает быть правовым основанием крайней необходимости. Начальный момент возникновения опасности связывается не только с тем, что угроза причинения вреда реально стала воплощаться (например, пожар уже вспыхнул, наводнение затапливает селение, самолет терпит аварию и т.д.), но и с тем, что возникла сама угроза причинения вреда (например, существует угроза затопления, пожара, аварии, смерти и т.п.). В зависимости от источника опасности непосредственность угрозы может характеризоваться в одних случаях, как возможность причинения вреда тотчас же, тут же, немедленно, а в других – спустя какое-то время. Правовое основание имеет место в течение всего времени существования опасности (например, грозящий обвалом дом создает постоянную опасность для жизни находящихся в нем людей; систематические издевательства и надругательства над человеком создают постоянную угрозу его жизни, здоровью, чести или достоинству и т.п.). Вместе с тем, прекращение угрозы причинения вреда свидетельствует об отсутствии правового основания крайней необходимости (например, пожар уничтожил имущество или погашен, паводок спал, оползень прекратился, авария предотвращена и т.п.). Таким образом, правовое основание существует с момента возникновения, в течение всего времени реализации опасности и до момента прекращения ее угрозы. Иногда субъект может ошибочно считать, что опасность существует, а в действительности она отсутствует. В таких случаях его действия должны оцениваться по правилам мнимой крайней необходимости.

2.1 . Ответственность за превышение пределов крайней необходимости

Условия правомерности крайней необходимости принято разделять на две группы, первая из которых характеризует опасность, при наличии которой совершаются действия, причинившие вред охраняемым уголовным законом интересам. Такая опасность может быть в случае, если, например, пожар или снегопад уже начались, больной в данный момент нуждается в срочной медицинской помощи, забравшиеся в горы альпинисты уже теперь крайне истощены от голода и т.п. Состояние правомерной крайней необходимости было признано в действиях М., который во избежание лобового столкновения двух автомашин применил резкое торможение, от чего передней частью его машины был сбит пешеход[4] .

Понятие превышения пределов крайней необходимости дается впервые, оно сформулировано в ч. 2 комментируемой статьи. С объективной стороны такое превышение имеет место в случае, если фактическое причинение вреда явно не соответствует характеру и степени угрожавшей опасности, а также обстоятельствам, при которых эта опасность устранялась. Например, разрушение соседнего дома при угрозе пожара, который так и не начался. По новому УК превышением является причинение не только большего, но и равного вреда по сравнению с вредом предотвращенным. Этим указанием закон решил проблему, до сих пор считавшуюся спорной: как квалифицировать спасение своей жизни или своего здоровья за счет жизни или здоровья другого лица. Комментируемая статья отвечает однозначно: в этом случае налицо превышение пределов крайней необходимости.

С субъективной стороны превышение пределов крайней необходимости будет только при наличии умышленной вины, когда лицо осознает, что своими действиями причиняет вред, явно не соответствующий характеру и степени грозящей опасности, и желает либо сознательно допускает причинение такого вреда.

Если действия лица отвечают всем перечисленным выше условиям, то причиненный ими вред не является преступлением. Если же лицо допустило превышение пределов крайней необходимости и причинило имущественный ущерб, вред здоровью или иной вред, равный или более значительный, чем предотвращенный, то такие действия признаются преступлением. Однако состояние крайней необходимости, при котором был причинен такой вред, является смягчающим обстоятельством (п. «ж» ч. 1 ст. 61 УК)[5] .


3. Различия между необходимой обороной и крайней

необходимостью

Крайняя необходимость имеет ряд сходных моментов с необходимой обороной. Их сближает социальная значимость, цели соответствующих действий и их основания. Вместе с тем они и существенно отличаются друг от друга.

Источником опасности при необходимой обороне являются общественно опасные действия человека. При крайней необходимости таким источником могут быть не только человеческие действия, но и разрушительные силы природы, нападения животных и т.п.

При необходимой обороне вред причиняется посягающему. При крайней необходимости – лицу, не связанному с созданием опасности личности, его правам, государственным и общественным интересам.

Необходимая оборона не является преступной, если причиненный вред меньше, равен или даже больше предотвращенного. При крайней необходимости причиненный вред должен быть всегда меньше, чем предотвращенный.

Необходимая оборона допускается и тогда, когда обороняющийся имел возможность защитить государственные, общественные и личные интересы, не прибегая к причинению вреда посягающему. Состояние крайней необходимости исключается, если устранение опасности было возможно без причинения вреда третьим лицам.

Но чтобы суметь различить крайнюю необходимость и необходимую оборону нужно рассмотреть примеры необходимой обороны из судебной практики.

По приговору Советского районного суда г. Астрахани от 9 января 2002 г. Колякин осужден по ч. 1 ст. 108 и ч. 1 ст. 114 УК РФ.

Он признан виновным в убийстве Дахмардаева и умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Тенишеву, совершенных при превышении пределов необходимой обороны при следующих обстоятельствах.

16 марта 2001 г. около 23 час. на ул. Адмирала Нахимова в г. Астрахани Тенишев и Дахмардаев находились в состоянии алкогольного опьянения. Замети проходившего мимо незнакомого Колякина, Дахмардаев предложил Тенишеву его ограбить. Тенишев и Дахмардаев зашли вслед за Колякиным в подъезд дома. Колякин присел на корточки в тамбуре и закурил. Дахмардаев подошел к нему и попытался снять с его руки кольцо и часы. Оказавшего сопротивление Колякина он стал бить руками и ногами по лицу. Видя, что между Колякиным и Дахмардаевым происходит драка, Тенишев замахнулся на Колякина кулаком. Тогда Колякин, пресекая преступные действия нападающих и осознавая, что явно превышает пределы необходимой обороны и его оборонительные действия не соответствуют действиям нападающих, имевшимся у него в куртке складным ножом умышленно нанес удары Дахмардаеву в живот, чем причинил ему ножевое ранение брюшной полости, повлекшее его смерть, а Тенишеву – в голову и в живот, в результате чего причинил ему ножевое ранение паховой области, соответствующее тяжкому вреду здоровью.

Судебная коллегия по уголовным делам Астраханского областного суда приговор оставила без изменения.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных решений и прекращении дела за отсутствием в действиях Колякина состава преступления.

Президиум Астраханского областного суда 16 октября 2002 г. протест удовлетворил, указав следующее.

В обоснование своего решения о виновности Колякина в убийстве Дахмардаева и умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Тенишеву, совершенных при превышении пределов необходимой обороны, суд сослался на показания осужденного Колякина, потерпевшего Тенишева, законного представителя потерпевшего Тенишева, представителя потерпевшего Дахмардаева, свидетеля Колякиной, данные протоколов осмотра места происшествия, следственного эксперимента, выемки вещей, заключения экспертов, рапорты сотрудников милиции.

Однако анализ этих доказательств не дает основания прийти к выводу о наличии в действиях Колякина уголовно наказуемого деяния.

Частью 1 ст. 108 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны. В ч. 1 ст. 114 УК РФ речь идет об уголовной ответственности за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

Однако, как свидетельствую материалы дела, в действиях Колякина отсутствуют данные составы преступлений.

Как показал Колякин в судебном заседании, 16 марта 2001 г. около 23 час. в подъезде его дома два парня сбили его с ног, пытались сорвать с его руки перстень и часы и продолжали избивать руками и ногами по телу и лицу. Он с целью самозащиты вытащил из кармана складной нож и стал им отмахиваться, опираясь другой рукой о пол. Специально удары ножом он не наносил, но в ходе самообороны, когда размахивал ножом, почувствовал, что задевает их. После этого парни убежали.

Потерпевший Тенишев в судебном заседании показал, что они с Дахмардаевым на улице увидели Колякина, и Дахмардаев предложил ограбить последнего, в частности, снять с него кроссовки. Он, Тенишев, зашел в подъезд, где в тамбуре сидел Колякин, прошел вперед, и услышав шум и вскрик Дахмардаева, с целью защитить друга, замахнулся на Колякина кулаком, после чего почувствовал удары в пах, в голову и убежал.

Кок пояснила свидетель Колякина, она обнаружила своего мужа внизу в тамбуре подъезда лежащим на полу. Вместе с соседкой они подняли его и привели домой. Там она увидела в руке мужа нож. Он рассказал, что на него в подъезде напали ребята, стали избивать, хотели ограбить, защищаясь, он отмахивался ножом.

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертов, смерть Дахмардаева наступила от острой кровопотери вследствие проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки справа с повреждением тонкого кишечника и подвздошной вены; у Тенишева обнаружено повреждение – проникающая в брюшную полость колото-резаная рана левой паховой области, – признанное как повлекшее тяжкий вред здоровью.

У Колякина, по заключению судебно-медицинского эксперта, имелись повреждения: кровоподтек левого глаза и кровоизлияние в слизистую губ, которые причинены твердым тупым предметом с ограниченной поверхностью.

Как видно из протокола следственного эксперимента, осужденный воспроизвел события, происшедшие 16 марта 2001 г. По мнению специалиста, участвовавшего в следственном действии, телесные повреждения, обнаруженные у потерпевших, могли образоваться при действиях, указанных Колякиным, т.е. при размахивании ножом, сидя на полу.

Суд в приговоре указал, что Колякин действовал в состоянии необходимой обороны, но превысил ее пределы. На него напали двое. Колякин, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, не имел возможности встать на ноги, нападавшие стояли над ним. Поскольку соотношение сил нападавших и оборонявшегося было неравным, Колякин применил нож, осознавая, что в его руках находится именно нож, а не какой-либо иной предмет, у потерпевших никаких предметов не имелось. Установлено, что Дахмардаев хотед похитить имущество, принадлежавшее Колякину. Факт нанесения Колякину телесных повреждений подтверждается заключением эксперта, показаниями жены осужденного. Как считал суд, в данной ситуации Колякин, имея цель пресечь преступные действия нападающих, не используя возможности избрать иной, менее опасный способ защиты и, осознавая, что его действия явно не соответствуют действиям нападавших, умышленно причинил тяжкий вред здоровью Тенишева и смерть Дахмардаеву.

Такой вывод суда исходя из обстановки, в которой происходили указанные действия, ошибочен.

В соответствии со ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, т.е. при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица. Это право принадлежит им независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

Кроме того, по смыслу закона, решая вопрос о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны, следует учитывать не только соответствие или несоответствие средств защиты и нападения, но и характер опасности, угрожавшей оборонявшемуся, его силы и возможности по отражению посягательства, а также все иные обстоятельства, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и защищавшегося. При совершении посягательства группой лиц обороняющийся вправе применить к любому из нападавших такие меры защиты, которые определяются опасностью и характером действий всей группы.

Усмотрев в действиях Колякина превышение пределов необходимой обороны, суд не дал оценки характеру опасности, угрожавшей Колякину, интенсивности нападения и, кроме того, обстановке, при которой оно было совершено.

Вывод суда о превышении Колякиным пределов необходимой обороны противоречит имеющимся по делу доказательствам.

Исходя из изложенного следует признать, что действия Колякина соответствовали характеру и степени общественной опасности посягательства, так как его жизни и здоровью угрожала реальная опасность со стороны Дахмардаева и Тенишева. Следовательно, нельзя признать обоснованным осуждение Колякина за убийство Дахмардаева и умышленной причинение тяжкого вреда здоровью Тенишеву при превышении пределов необходимой обороны, а потому дело в отношении него подлежит прекращению за отсутствием в его действиях состава преступления[6] .

По приговору Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 25 января 2002 г. Кештова, ранее несудимая, осуждена по ч. 1 ст. 105 УК РФ к шести годам лишения свободы.

Она признана виновной в убийстве, т.е. в умышленном причинении смерти Гороеву.

Как указано в приговоре, 20 августа 2001 г. к Кештовой пришел ее сожитель Гороев в состоянии алкогольного опьянения и начал ссору, перешедшую в драку. При этом Кештова с целью умышленного причинения смерти Гороеву из личной неприязни, возникшей в ходе ссоры и драки, нанесла ему множественные удары кухонным ножом и причинила тяжкие телесные повреждения, от которых он в этот же день скончался в больнице.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики оставила приговор без изменения.

Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики отклонил протест прокурора Кабардино-Балкарской Республики, в котором ставился вопрос о переквалификации действий Кештовой на ч. 1 ст. 108 УК РФ и о применении к ней амнистии.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила аналогичный протест заместителя Генерального прокурора РФ без удовлетворения.

Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном представлении поставил вопрос о пересмотре судебных решений в отношении Кештовой, переквалификации ее действий на ч. 1 ст. 108 УК РФ и освобождении ее от наказания на основании подп. «а» п. 2 постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 30 ноября 2001 г. «Об объявлении амнистии в отношении несовершеннолетних и женщин». Как указывалось в надзорном представлении, Гороев совершил общественно опасное посягательство, направленное против здоровья осужденной. Гороев – мужчина плотного телосложения, имел перед Кештовой подавляющее превосходство в физической силе. Объективный анализ доказательств, положенных в основу приговора, по мнению автора протеста, свидетельствует о том, что Кештова, обладая правом на активную защиту от нападавшего, прибегла к ней способом, явно не соответствовавшим характеру посягательства.

Президиум Верховного Суда РФ 12 марта 2003 г. отменил приговор, кассационное определение и последующие судебные решения в отношении Кештовой, а уголовное дело прекратил за отсутствием в ее деянии состава преступления, указав следующее.

Из показаний Кештовой на предварительном следствии усматривается, что днем 20 августа 2001 г. она находилась дома и примеряла одежду, которую собиралась купить. Забежавший в квартиру ее малолетний сын сообщил, что идет Гороев, с которым она проживала четыре месяца. Зайдя в комнату, он начал ее оскорблять, сказал, что эту одежду она носить не будет. В ответ на возражения Гороев, взяв на кухне нож, стал резать ее шляпу и плащ. Когда она сказала, что за испорченную одежду придется ему заплатить, Гороев разозлился и с ножом в руке направился к ней. Чтобы избежать нанесения ударов в лицо, она легла на кровать и пыталась обороняться ногами. Однако Гороев сел на нее, приставил нож к горлу, угрожая зарезать, а затем стал бить рукой по лицу. Она крикнула сыну, чтобы он позвал на помощь людей. Оставив нож на кровати, Гороев ушел в коридор. Взяв нож, она вышла на балкон и позвала людей на помощь, затем побежала на кухню с целью спрятать все ножи и вилки. В это время сын закричал, что Гороев снова идет к ней. Зайдя на кухню, он снова стал оскорблять ее, сына и ее мать, угрожал изнасиловать ее сына, и опять начал ее избивать. Находясь спиной к Гороеву и защищаясь, она нанесла ему удары ножом. Гороев сразу ушел. С балкона она видела, что он с незнакомым мужчиной сел в такси и уехал. Затем она замыла следу крови на лестничной площадке, на кухне, вымыла нож. Спустя некоторое время приехали сотрудники милиции.

Кештова дала и в судебном заседании показания такого же содержания.

Показания Кештовой подтвердил допрошенный в качестве свидетеля Дзугуров А. (сын Кештовой) – очевидец происшествия.

Свидетель Карданов пояснил, что 20 августа 2001 г. он встретил своего знакомого Гороева и тот предложил ему съездить к знакомой девушке. Когда они приехали к ее дому на такси, Гороев, увидев мальчика, спросил, в квартире ли его мать, затем он и мальчик вошли в подъезд дома. Минут через 10 на балкон выбежала девушка (Кештова) и стала кричать. Поднявшись на второй этаж, он (Карданов) увидел Гороева в окровавленной одежде на лестничной площадке. Он помог ему спуститься вниз, на такси довез его до больницы, где тот спустя некоторое время скончался.

Свидетель Хашев, шофер такси, дал показания аналогичного содержания.

Показания Кештовой, Дзугурова, Карданова, Хашева соответствуют показаниям других свидетелей – Маремшовой, Андриенко и данным, содержащимся в протоколе осмотра места происшествия, проведенного с участием Кештовой, протоколах выемки и осмотра одежды потерпевшего и ножа, в заключениях судебно-медицинского и других экспертов. Они обоснованно положены в основу приговора.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта смерть Гороева наступила от проникающих колото-резаных ранений левой подмышечной впадины, левой поясничной области с обильной кровопотерей, с повреждением сердца, левого легкого, поперечно-ободочной кишки. Учитывая различную локализацию телесных повреждений, по мнению эксперта, взаиморасположение Гороева и Кештовой могло изменяться во время борьбы.

У Кештовой были обнаружены многочисленные кровоподтеки на голове, груди, руках и ногах, ссадины, ушибы мягких тканей головы, нижней челюсти, поясницы, что подтверждает ее показания об избиении ее Гороевым.

По словам соседей Кештовой, Гороев постоянноустраивал скандалы, избивал ее, оскорблял ее родственников.

Выводы суда о том, что скандал между Кештовой и Гороевым перерос в драку и они обоюдно наносили друг другу удары, не соответствуют фактическим обстоятельствам.

Исследованные по делу доказательства позволяют прийти к выводу, что Кештова действовала в состоянии необходимой обороны.

Согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, т.е. при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Как усматривается из материалов уголовного дела, потерпевший Гороев, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, придя к Кештовой, устроил ссору, стал оскорблять ее, избил, угрожал ножом, приставляя его к горлу. Когда она стала звать на помощь, Гороев оставил ее, однако через некоторое время стал снова оскорблять ее и мать, избивать и угрожать изнасилованием малолетнего сына.

Из изложенного видно, что Гороев совершил общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни Кештовой. В процессе продолжающегося посягательства она оборонялась оказавшимся у нее в руке ножом, нанесла ему (Гороеву) телесные повреждения, повлекшие впоследствии смерть. При этом действия ее были правомерными.

Содержащиеся в надзорном представлении доводы о том, что Кештова могла предотвратить наступление тяжких для себя последствий другими способами и в ее действиях усматривается состав преступления – убийства, совершенного при превышении пределов необходимой обороны, не соответствуют закону.

С учетом изложенного приговор Нальчикского городского суда, определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики, постановление президиума Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики и определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ в отношении Кештовой отменены и дело прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ[7] .


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В ходе проведения научно-исследовательской работы на тему «Крайняя необходимость» были освещены следующие вопросы:

1. Касающиеся понятия и признаков крайней необходимости. При рассмотрении вопроса в плане крайней необходимости как понятия законодатель четко его определил в ст. 39 УК РФ. Что же касается признаков, характеризующих крайнюю необходимость, они исходят из самого существа понятия крайней необходимости, поэтому следует выделить пять основных признаков, характеризующих институт крайней необходимости. Первый признак выражается в причинении вреда охраняемым законом интересам. Второй признак непреступности действий по устранению опасности составляет своевременность. Третий признак непреступности действий по устранению опасности состоит в требовании, чтобы угроза общественным отношениям не могла быть устранена иначе, как путем причинения вреда другим правоохраняемым интересам. Четвертый признак непреступности действий по устранению угрозы заключается в том, чтобы причиненный вред был по размеру меньшим, чем предотвращенный.

2. Касающиеся условий правомерности причинения вреда и ответственность за превышение пределов крайней необходимости. В этом вопросе необходимо отметить условия правомерности причинения вреда, ведь при отсутствии хотя бы одного из этих условий наступает ответственность. Эти условия следующие:

- должна быть угроза законным правам и интересам (жизни, здоровью, собственности и т.д.);

- должен быть источник угрозы: эпидемия, болезнь, стихийные бедствия;

- наличность угрозы;

- реальность;

- невозможность избежать угрозы без причинения вреда;

- вред причиняется не тем, кто создал угрозу, а третьим лицам;

- вред причиненный должен быть менее вреда предотвращенного;

- не должно быть превышения пределов крайней необходимости.

При превышении пределов крайней необходимости наступает ответственность в виде смягчающего обстоятельства, изложенного в п. ж ст. 61 УК РФ с оговоркой, что ответственность наступает лишь за умышленные преступления.

3. Касающиеся рассмотрения различий между крайней необходимостью и необходимой обороной. Необходимо различать крайнюю необходимость от необходимости для того, чтобы правильно квалифицировать преступление. Несмотря на то, что между ними много общего, существует и ряд различий, таких как:

Необходимая оборона Крайняя необходимость
1. Источник – посягающий 1. Грозящая опасность
2. Вред должен причиняться посягающему 2. Третьим лицам
3. Величина вреда не оговорена 3. Вред должен быть обязательно
4. – 4. Невозможность устранить безвредными способами

Но для дачи заключения по вопросу, касающемуся крайней необходимости нужно задать вопросы, а достигнута ли та цель и те задачи, поставленные в самом начале научно-исследовательской работы.

Безусловно, цель достигнута, но не в том объеме, в каком хотелось бы. Ведь для этого необходимо обладать определенными профессиональными навыками и практикой в данной области. Что касается поставленных задач, то они разрешены в полном объеме, так как данные задачи рассматривались каждая в своей отдельной главе и тем самым были разрешены поставленные задачи в целом.


СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

I. Нормативные акты:

1. Конституция Российской Федерации от 12.11.93г.//Российская газета. – 1993, - 25 декабря.

2. УК РФ от 13.06.1996г. в ред. ФЗ то 27.05.1998. №77. – ФЗ ; от 25.06.98 г. №92 – ФЗ ; от 9.02.99г. №24 – ФЗ ; от 9.02.99г. №26 – ФЗ ; от 15.09ю.93г. №48 – ФЗ ; от 18.03.99 г. №55 – ФЗ ; от 9.07.99г. №156 – ФЗ ; от 9.07.99г. №157 – ФЗ ; от 9.07.99 г. №№158 – ФЗ ; от 9.03.2001 г. №25 ФЗ ; от 20.03.91 г. №26 ФЗ ; от 19.26.01 г. №83 – ФЗ ; от 19.06.2001 г №84 ФЗ ; от 7.08.2001 г. №121 – ФЗ ; от 17.11.01 г. №144 – ФЗ ; от 17.11.2001 №151 – ФЗ ; от 25.11.01 г. №192 – ФЗ ; от 4.03.02г. №23 ФЗ ; от 14.03.2002г. №29 – ФЗ ; от 7.05.02г. №48 – ФЗ ; от 7.05.02 №50 – ФЗ ; от 25.06.02 г. №72 – ФЗ ; от 24.07.02 г. №103 – ФЗ ; от 27.07.02г. №112 – ФЗ ; от 31.10.2002г. №153 – ФЗ ; от 11.03.03 г. №30 – ФЗ ; от 8.12.03 г. №162 – ФЗ // СЗ РФ. 1996. - №25 – ст.2954; СЗ РФ. – 2003, - №50. – ст. 4848.

II. Специальная литература:

1. Ветров Н.И. Уголовное право. Общая часть,: Учебник. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 1999. – 415 с.

2. Уголовное право Российской Федерации, Общая часть.: Учебник/Под ред. Б.В. Збравомыслова. – изд. 2-е, переработанное и дополненное. –М.: ЮРИСТ,2001. 480 с.

3. Уголовное право. Общая часть.: Учебник/Под ред. И.Я. Козаченко. – М.: НОРМА – ИНФРА, 1998. – 516 с.

4. Уголовное право РФ. Общая часть.: Учебник /Под ред. А.И. Радога. – М.: ИНФРА, 2004. – 553 с.

5. Комментарий к УК РФ /Под. ред. В.Т. Томина. – М.: Юрайт, 2002. – 1075 с.

III. Материалы судебной практики:

1. Бюллетень ВС РСФСР. – 1976. - №1. – с.3

2. Бюллетень ВС РФ. – 2003. №8. – с.13

3. Бюллетень ВС РФ. – 2003. №11. – с.17


[1] Уголовное право РФ. Общая часть: Учебник/Под.ред.А.И.Рарога. – М.: ИНФРА, 2004. – С.329 – 333.

[2] Конституция Российской Федерации от 12.11.93 г.// Российская газета. – 1993. – 25 декабря.

[3] Уголовное право. Общая часть.: Учебник/ Под. ред. И.Я.Козаченко. – М.: НОРМА – ИНФРА, 1998. – С.274 – 278.

[4] Бюллетень ВС РСФСР. – 1976. - № 1. – С.3.

[5] Комментарий к УК РФ./ Под. ред. В.Т.Томина. – М.:Юрайт, 2002. – С.101.

[6] Бюллетень ВС РФ. – 2003. - № 8. – С.13.

[7] Бюллетень ВС РФ. – 2003. № 11. – С.17.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий