Смекни!
smekni.com

Юрилические лица - общая характеристика (стр. 2 из 6)

Теория фикции получила широкое распространение в Англии и США. "Корпорация - это искусственное образование, невидимое, неосязаемое и существующее только с точки зрения закона" - такое определение корпорации было дано в решении по делу The Trustees of Dartmouth College V. Woodward председателем Верховного суда США Д.Маршаллом еще в начале XIX века, и из такого понятия корпорации до настоящего времени исходят практика и законодательства Англии и США.[6]

Но и взгляд на юридическое лицо как на имущество объяснялся с помощью теории фикции. Так теория бессубъектного, или целевого имущества Бринца использовалась в частности, для определения акционерного общества как объединения не лиц, а имуществ или объединения капиталов. Он считал, что важно не кому предназначено юридическое лицо, а для чего оно используется , а следовательно, имущество, принадлежащее цели, не может принадлежать лицу. Таким образом, Бринц говорил о двух фикциях: фикции бессубъектного имущества и фикции цели. Беккер адаптировал концепцию целевого имущества к конструкции акционерного общества.

Таким образом, в рамках фикции Маарбах рассматривал юридическое лицо как форму имущественной общности, Беккер – как бессубъектное целевое имущество, а другие исследователи (Кунтц, Эндманн) – как персонифицированный имущественный фонд.

В соответствии с теорией должного и товарищеского имущества юридическое лицо – исключительная правовая конструкция, которая позволяет руководителям учреждений или товарищам, выступая от имени юридического лица, управлять конкретным имуществом.

Согласно теории коллективной собственности юридическое лицо рассматривается как форма воплощения общей собственности. Планиоль определял юридическое лицо как средство для упрощения управления коллективной собственностью[7].

Особое место в доктрине юридического лица занимает концепция его существования как реального субъекта реальных общественных отношений. Основатель ограниченной теории юридического лица О.Гирке утверждал, что юридическое лицо - это особый телесно-духовный организм, союзная личность. Это не продукт правопорядка, а реально существующий организм, на который государство, но не призывает его к жизни.

Изучая данные теории можно отметить ряд разногласий возникающих между юристами в наше время. Одни считают что, в основе юридического лица лежат не фиктивные, а реальные настоящие потребности живых людей, и субъекты, которым даются права для охраны этих интересов, существа определенно реальные, созданные самой жизнью или законодателем. Точка зрения других заключается в том, что необходимость объединения, защиты общих интересов участников в экономических отношениях перестали иметь главенствующее положение при создании юридического лица. Они утверждают, что юридическое лицо – это не социальная реальность, а фикция, камуфляж.

Если ранее теорию фикции разделяли далеко не все исследователи, были популярны другие теории, например теория коллектива, теория социальной реальности и др., то постепенно в конструкции юридического лица все отчетливее стало проявляться фиктивность их существования. В настоящее время основной теорией, объясняющей сущность юридического лица на Западе, является именно теория фикции.

Правовые основы деятельности юридических лиц в современном российском праве

§1.Создание и реорганизация юридического лица

От общей теории юридических лиц мы переходим к применению конкретных норм российского законодательства. Федеральный закон "О государственной регистрации юридических лиц" вступил в силу с 1 июля 2002 года. Необходимость его принятия прямо предусматрива­лась не только действующим Гражданским кодексом РФ, но и другими федераль­ными законами об отдельных видах юридических лиц. Данный Закон был при­зван установить единую процедуру государственной регистрации фактов создания, реорганизации и ликвидации юридических лиц на всей территории России.

В настоящее время государственная регистрация индивидуальных предприни­мателем и юридических лиц возложена на местные администрации либо специ­ально созданные органы. Например, в Москве регистрация осуществляется Мос­ковской регистрационной палатой и ее филиалами, в Московской области — Московской областной регистрационной палатой и ее территориальными агентства­ми.

В соответствии с нормами п. 3 ст. 23 и ст. 51 ГК РФ Закон о регистрации должен был передать эти функции органам юстиции, возложив на них обязанно­сти по ведению государственных реестров индивидуальных предпринимателей и юридических лиц. Однако Закон умалчивает о том, какой конкретно орган и ка­ким образом будет осуществлять государственную регистрацию и вести единый государственный реестр юридических лиц.

В ст. 2 Закона говорится, что государственная регистрация осуществляется ка­ким-то неизвестным "федеральным органом исполнительной власти", уполномо­ченным в порядке, установленном Конституцией РФ и Федеральным конституци­онным законом "О Правительстве Российской Федерации". Ведение государствен­ного реестра, содержащего сведения о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц и соответствующие документы, осуществляется также "регист­рирующим органом в порядке, установленном Правительством Российской Феде­рации" (ст 4). Более того, согласно ст. 10 Закона специальный порядок регистра­ции отдельных видов юридических лиц может устанавливаться другими феде­ральными законами. К тому же в Законе ничего не говорится о проведении регистрирующим органом какой-либо проверки соответствия представленных учредителями документов требованиям действующе­го законодательства; об ответственности учредителей за представление недосто­верных (неточных или заведомо ложных) сведений. А ведь подобный мировой опыт есть. Например, в соответствии с нормами финского Закона "О компаниях" 1978 го­да в редакции от 14 февраля 1997 года представление в регистрирующий орган ложных сведений об оплате уставного капитала и некоторые другие нарушения порядка создания компании квалифицируются как преступления в сфере корпоративного права и наказываются штрафом или тюремным заключением на срок до одного года.

Закон не урегулировал порядок образования имущественной базы учреждаемого юридического лица. Российский законодатель рассматривает юридическое лицо с позиций теории фикции (олицетворения), то есть как правовое средство, прием юридической тех­ники, искусственный субъект права, существование которого признается только после государственной регистрации. Юридическое лицо считается созданным и прио6ретает правоспособность только с момента государственной регистрации (п. 2 с 51. п. 3 ст. 49 ГК РФ). Аналогичным образом юридическое лицо считает­ся прекратившим существование (ликвидированным) после внесения записи об этом в единый государственный реестр юридических лиц (п. 8 ст. 63 ГК РФ). Между тем нормы п. 3 ст. 90 ГК РФ, п. 2 ст. 16 ФЗ "Об обществах с ограни­ченной ответственностью", п. 1 ст. 34 ФЗ "Об акционерных обществах", п. 1 ст. 10 Ф3 от 10 апреля 1996 года "О производственных кооперативах" предпи­сывают учредителям общества оплатить не менее 50 процентов уставного капита­ла, а члену кооператива — не менее 10 процентов его паевого взноса уже к моменту государственной регистрации, то есть тогда, когда, с позиции того же законода­теля, юридическое лицо еще не существует.

Однако в новом Законе о регистрации по-прежнему не сказано, каким образом учредите­ли могут передать деньги или любое другое имущество еще не созданному юридическому лицу.

Возможный вариант решения згой проблемы — конструкция предварительного общества, существующая в германском праве.

На стадии между учреждением и регистрацией общества существует будущее, или предварительное, общество, которое представляет собой переходный этап на пути к окончательному возникно­вению общества как юридического лица.

Законодательное регулирование конструкции предварительного общества от­сутствует. Правовая наука и судебная практика рассматривают предварительное общество как объединение особого вида, которое не является юридическим лицом, но при этом обладает некоторыми правомочиями, свойственными лишь субъекту права.

Никакой критики не выдерживают формулировки норм Закона о регистрации, посвященные процедуре реорганизации (ст. 14-16). По-прежнему не определен правовой механизм реорганизации юридического лица (слияния, присоединения, разделения, выделения, преобразования), отсутствие которого порождает множе­ство споров на практике. Между тем данный Закон должен был устранить пробе­лы, имеющиеся в российском законодательстве о юридических лицах (ст. 15-20 ФЗ "Об акционерных обществах"; ст. 51-56 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью"; ст. 16 ФЗ "О некоммерческих организациях" и др.).

По действующему законодательству в случае преобразования юридического лица одного вида в юридическое лицо другого вида к вновь возникшему юридиче­скому лицу переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица (п. 5 ст. 58 ГК РФ, ст. 20 ФЗ об АО, ст. 56 ФЗ об ООО, ст. 17 ФЗ «О некоммер­ческих организациях» и др.).

При слиянии юридических лиц права и обязанности каждого из них переходят к вновь возникшему юридическому лицу, а сами сливающиеся юридические лица прекращаются (п. Iст. 58 ГК РФ, п. 1 ст. 16 ФЗ об АО, п. 1 ст. 52 ФЗ об ООО и др.).