Смекни!
smekni.com

Далев ковчег (стр. 5 из 5)

Изнеженным тварям, расслабленным кабинетно-берложным образом жизни, жутко до мозга гнилосерёдых костей! И детище его не общепринятого азбучного происхождения иль корнесловного расположения слов, а какого-то межеумочно- гнездового построения ИМ не по тонкой изысканной ноздре! Они непривыкмши.

И как же это составитель-самоучка не токмо гнушается приведением цитат из общепризнанных источников, а сам сладострастно отдается соблазну нести отсебятину?! Нет уж, это не Словарь Академии Российской, но какой-то загумённый байстрюк...В этой связи Мельников-Печерский пишет: "Как бы загремело имя Даля, если б это был словарь французский, немецкий, английский! А у нас хоть бы одно слово в каком-нибудь журнале! Ни один университет не выразил своего уважения к монументальному труду Даля возведением его на степень доктора русской словесности, между тем как дипломы и докторскую степень раздавали зря...Я не знал человека скромнее и нечестолюбивее Даля, но и его удивило такое равнодушие." Лишь спустя несколько лет после выхода словаря он был отмечен наградами -- золотой медалью Русского географического общества, Ломоносовской премией Академии наук и премией Геймбюргера, присужденной Дерптским университетом.

Задох*

На протяжении пятидесяти лет у мельницы, где тысячепудовые жернова безвзнично вертел словоодержимый Даль, было ох как завозно*! А как жернова размололись четырехпалубным ковчегом "Толковый словарь живого великорусского языка", то поток зерна как бы мгновенно поиссяк, не то, чтобы напрочь, а так, словно его где жгутом перехватили. И могутной конь-словотырь споткнулся. Ему кислород свяслом перекрыли. И он стал захлебываться...

"До окончания этой работы надо начать другую, такую же." -- посоветовал Далю знакомый врач. "Такую же? -- Другой такой быть не может."

Разложившийся Даль

Казак Луганский ощущал себя одним цельным куском со стержневым корневищем русского слова. Судьба писателя одноструйна с судьбою любимого им языка. По сопереживанию горькой участи живой великорусской речи облик Даля, его некогда светоносный образ обезобразился до безотпятной неузнаваемости: Пархатая разлохмать завшивленных накладных волос. Усохшее в узколобие чело. На месте бровей-кедрачей -- бровишки-стернишки. Провалившийся гоголевский нос объявлен во всетелый розыск. Змеящийся, чужеустый рот. Барабанные перепонки бросает в плотоядную дрожь иносранщиной. Саженные плечи зябко скукожились. Руки измочаленными плетьми беспомощно болтаются по бокам. Грудь осиняченной сухоребростью исполосована. Чресла опоясаны окровавленной корпией. Ноги-будылки от изнемождения мелко трясутся. А некогда славные очеса -- бездонные байкалята -- сузились и обмелели в говнопролубницы*, сливные отверстия растленного, испоганенного языка...

Жар-птица иль красный петух?

Россия всем жар-птицам жар-птица -- чем только не берет она? Берет она осанкою великодержавной, постановом гордой главы на тонкой зарезистой шее. Златодущатая, огненнопёрая, вечно переливающаяся пламенными с прозолотью искрами. Загляденье, да и только! Но вопрос поставлен ребром -- чем НЕ берет она, сия величественная, райская, небородная птица? Коли вынь да положь, роди да подай, то ответ отыщется-таки: Россия не берет ни рассоловело- замутненным взором, ни расщипанным водерень* хвостом. Искони она выказывает роковую поползновенность к членовредительству, к выдергиванию из себя всех правильных перьев -- так полет получается неуправляемым, кренделистым -- на диво и страх постороннему взгляду. Правители страны на дух не переносят мужей со встроенной маткой на водопрямом* подвесе, своею стрелкой непогрешимо указывающей на добро и зло. Таким мужем был Даль. Таким мужем является Солженицын. Александра Исаевича спровадили со двора и Владимира Ивановича загнали на задворки. Гонителям все невдогад -- гнать добросовестных -- себе дороже. Совесть -- штука прехитренькая: чем больше ее заглушаешь, тем пуще она орет...

Бессмертие

Владимир Иванович Даль не умер 4 листопаду* 1872. Он живет в тех, кому дорог русский язык, кому дорого его благозвучие, его образность, емкость его и сила. Сугубосущие Казака Луганского пребывает в душах тех, кто ныне трудится над СРНГ, Словарем русских народных говоров, выходящим с 1965 года и на сегодняший день доведенным до 32-ого выпуска -- последней трети буквы "П". Над составителями этого словаря -- словопреемниками Даля -- незримо веется его благословляющая рука...

По половице правдолюбия

При всей моей безмежной* любви к Далю-словосборщику, ее тьмократно превозвышает моя любовь к Далю-человеку. Владимир Иванович являл собою переворот местного значения. Все, к чему он ни прикасался, стало лучше от его прикосновения. Если бы над головой каждого землянина на волоске висел меч-правдомер, срывающийся при первом лживом слове, то лишь единицам удалось бы полномерно отвековать свой век. Под мечом-правдомером Далю ни на столечко не приходилось бы изменить свою жизнь, и у него на лбу не выступила бы ни единая капля испарины. Страна, которая не в ладах со своими праведниками -- это страна на скудельных ножках, дышащая на жупел. Чуть что -- и полетит она в тартарары... Русь, испепеленных своих праведников воскрешай и настоящих воспевай! Ибо в них единственный выход из смертоубийственной кошматерности, взбеленившимся вороным конем несущейся на вынос к жерлу небытия...

Владимир Иванович, Вас нам не хватает, как духу не хватает мертвецу...

Словарик

грудень -- ноябрь (от груд замерзшей земли со снегом)

бырь -- быстрина на реке

мастеровые люди -- ремесленники

зубарь -- (тут) ветер в зубы

ставок -- пруд

обонпольный -- находящийся по ту сторону, на противоположном берегу

ловколезие -- хирургия

брезг -- наступление рассвета

личноколка -- эпиграмма

теплина -- костер, разведенный в поле или на другом открытом месте

майдан -- площадь, место, поприще; тут -- театр военных действий

мережеухий -- от слова мерёжа -- рыболовная сеть, натянутая на обручи

тоня -- участок водоема с расчищенным дном для ловли рыбы закидным неводом

пасть -- западня для ловли крупного или мелкого зверя с падающими плашкой или бревном при сдвигании насторожки.

розмысл -- инженер

противопочечуйный -- от геморроя (почечуй -- геморрой)

Бриарей -- сторукий великан, носящий сто щитов и изрыгающий пламя

однокаплюжник -- собутыльник (каплюжничать -- сливать в кабаке капли, остатки из выпитой посуды, упиваясь этим)

семипядник -- гений, человек семи пядей во лбу

врасень -- сентябрь (ранние заморозки, вредящие хлебу)

неумытный -- неподкупный (мыт -- пошлина)

ощеульничать -- зубоскалить

целик -- один цельный каменища

Шаман-камень -- огромный камень у истока Ангары

Саган-хушун -- скала на острове Ольхон в Байкале

нетерпеливец -- революционер

полословье -- ср. половодье

выплавок -- яйцо, снесенное без скорлупы

верхнепритинный -- верхнепредельный

райко -- гулко

няша -- грязь с тиною

лягушачий шелк -- зеленые нити, выволакиваемые неводами

задох -- такое состояние замерзшей реки зимой, когда не хватает рыбе кислорода подо льдом; гибель рыбы по этой причине

завозно -- (на мельнице) подвоз велик, много мелева, долго ждать помолу, очереди

говнопролубница -- (говнопролубка, говнопрорубка) весеннее время во второй половине марта, когда ручьи несут в проруби самую грязную навозную воду, нечистоты с жилых мест

водерень -- вовсе, совсем, насовсем

матка на водопрямом подвесе -- компас на судне, установленный на шарнирах так, что он самовыравнивается

листопад -- октябрь

безмежный -- безграничный (межа)

Michael Kayser