Смекни!
smekni.com

Влияние творчества Блока на поэзию Анны Ахматовой (стр. 6 из 6)

Возможно, что "без лица и названья" - не только знак указания на Блока, на едва заметный полемический выпад против поэтики символизма, меткое пародирование ее. ( "Моя поэма... полемична по отношению к символизму, хотя бы к "Снежной маске" Блока. У Блока в "Снежной маске" - распятие, а герой -автор остается жить, а у меня в поэме - "настоящая физическая смерь героя") (№3, стр. 6)

Блок в значительной степени определил своим творчеством атмосферу поэмы и в то же время кое в чем творчество Ахматовой. С этой атмосферой связаны многочисленные, более близкие, или более отдаленные переклички с его поэзией ("аллюзии"). Но нигде мы не находим того, что критик старого времени мог бы назвать "заимствованием": творческий облик Ахматовой остается совершенно непохожим на Блока даже там, где она трактует близкую ему тему.

Стихи, посвященные Ахматовой Блоку

До сих пор известно было пять стихотворений, которые Ахматова посвятила Блоку. Они относятся к разным периодам ее жизни и одинаково свидетельствуют о том исключительном значении, которое имело для нее явление Блока. А что он занимал особенное место в жизни всего предреволюционного поколения, доказывать не приходится.

Первое стихотворение - ответ на "мадригал" Блока ("Я пришла к поэту в гости... ", 1944)- было уже рассмотрен выше.

Второе - поминальное, написано в августе 1921г. непосредственно после похорон Блока на Смоленском кладбище 10 августа (28 июля ст. ст.). В нем Ахматова пользуется народной формой русского тонического стиха, без рифм, с дактилитическими окончаниями, и задумано оно, по подбору образов и стилю, как своего рода духовный стих, выражающий народное горе о кончине поэта:

А Смоленская нынче именинница,

Синий ладан над травою стелется,

И струится пенье панихидное,

Не печальное нынче, а светлое.

И приводят румяные вдовушки

На кладбище мальчиков и девочек

Поглядеть на могилы отцовские.

А кладбище - роща соловьиная,

От сиянья солнечного замерло.

Принесли мы Смоленской заступнице,

Принесли святой богородице

На руках во гробе серебряном

Наше солнце, в муке погасшее,-

Александра, лебедя чистого.

Этим ограничиваются стихи Ахматовой, современные Блоку, которые были известны до сих пор. Три последних стихотворения, были написаны в 1944-1960 гг., через много лет после смерти, и содержат в поэтической форме воспоминание и оценку, дистанцированную во времени, претендующую на историческую объективность, хотя и личную по тону. первое и третье написаны и 1944-1960 гг., второе присоединено к ним в 1960 г. и в дальнейшем вошло в состав одного с ними цикла "Три стихотворения" (1944-1960).

Первое: " Пора забыть верблюжий этот гам...", озаглавленное первоначально "Отрывок из дружеского послания", представляет прощание с Ташкентом и с ориентальными темами периода эвакуации. Поэтесса возвращается на родину, и родной среднерусский пейзаж Слепнева и Шахматова связывается в ее воображении с именем Блока, воспевшего красоту родной земли:

И помнит Рогачевское шоссе

Разбойный посвист молодого Блок.

Аллюзия понятна только при пристальном знакомстве с блоковской поэзией. Его стихотворение "Осенняя воля" ( "Выхожу я в путь, открытый взорам..."), написанное в июле 1905г. , помечено автором : Рогачевское шоссе .

Третье стихотворение цикла, помеченное в рукописи 7 июня 1946г. ("Он прав - опять фонарь, аптека..."), написано Ахматовой в самые тяжелые годы ее жизни и отмечено аллюзией на стихотворение Блока из трагического цикла "Пляски смерти".

13 февраля 1921 г. на многолюдном юбилейном собрании в Доме литераторов с речью "О назначении поэта", которая начинается и заканчивается "веселым именем Пушкина". С этим последним выступлением Блока, на котором посвященное Пушкинскому Дому (написано 5 февраля 1921г. ), - на него Ахматова намекает в своих стихах:

Ночь, улица, фонарь, аптека,

Бессмысленный и тусклый свет.

Как памятник началу века ,

Там этот человек стоит -

Когда он Пушкинскому Дому,

Прощаясь, помахал рукой

И принял смертную истому

Как незаслуженный покой.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

Поэзия Анны Ахматовой не исчерпывается теми немногими чертами, которые мы отметили в своей работе. Конечно, было бы рискованным и едва ли целесообразным настаивать на достоверности всех приведенных в этой работе соответствий или именно на той степени достоверности отдельных сопоставлений, которые кажутся наиболее естественными автору.

Лирика поэтов-символистов родится из духа музыки, он напевна, мелодична, ее двойственность заключается в музыкальной значительности. Слова убеждают не как понятия, не логическим своим содержанием, а создают настроение, соответствующее их музыкально ценности. Кажется, раньше слов звучит в воображении поэта напев, мелодия, из которой рождаются слова. В противоположность этому стихи Ахматовой не мелодичны, не напевны; при чтении они не поются и не легко было бы положить их на музыку. Конечно, это не значит, что в них отсутствует элемент музыкальный, но он не преобладает, не предопределяет собой всего словесного строения стихотворения. и он носит иной характер, чет в лирики Блока. Там - певучесть песни, мелодичность, здесь - нечто сходное по впечатлению с прозрачными и живописными гармониями у Дебюсси.

Необходимо подчеркнуть, что "блоковский" текст Ахматовой начал складываться до того времени, как личные отношения поэтов стали особенно значимыми, и не распался бесследно, когда эти отношения утратили свое прежнее значение и даже , когда умер Блок, Уже одиночестве, до самого конца своей жизни, Ахматова продолжала вести свою партию, диалогизируя ее и тем самым - как свои ранние, так и блоковские стихи; претворяя факты обычного мира в элементы поэтического текста. Из убеждения в том, что этот диалог есть бывшая реальность, следует признание наличия "блоковского" текста в поэзии Ахматовой и признание возможности на основании этого текста реконструировать "поэтическую биографию" (№ 13, стр. 69) , которая оказывается то шире, то уже, но всегда глубже, чем так называемая "интимная" биография.

Явные, тайные и даже мнимые переклички между поэтическими текстами Ахматовой и Блока, собственно, и создавали эту основу, на которой возникла , а ,возникнув, доказывалась "легенда о романе", в которой "сознание читателя соединило образы обоих поэтов-мифов серебряного века русской поэзии по тем же, в сущности , законам, что управляют порождением сюжета в любом фольклорном тексте."( Мейлах М.Б. "Об именах Ахматовой," стр. 35).

Даже если эти переклички и их интерпретации не свидетельствуют ни о чем другом и лишь оформляют сферу "легендарного " , то и в этом случае они исключительно важны как любопытная страница совместного читательского восприятия двух поэтов

Глубинное отношение Ахматовой к творчеству Блока проявилось не в ее воспоминаниях, а в ее поэзии, во всей ее художественной системе. По своему духу и поэтике Ахматова, особенно в ранний период, была далека от Блока и шла собственным путем. Поэзию Ахматовой соединяла с поэзией Блока не столь явная преемственность, творческая эстафета, сколько "диалектическая связь - зависимость, проявляющаяся в отталкивании и преодолении"(№11, стр.189) Однако важным свидетельством о восприятии Ахматовой Блока в разные периоды ее жизни является также прямое содержание ее стихотворений, относящихся к поэту.

Список литературы

Ахматова. “Десятые годы.” М. 1989.

Ахматова А. “После всего.” М. 1989.

Ахматова А. “Поэма без героя.” М. 1989.

Ахматова А. “Воспоминания об А. Блоке.” М. 1976.

Блок А. “Избранное”. М. 1989.

Блок А. “Письма к жене”. М. 1978.

Блок А. “Записные книжки”, М. 1976.

Виленкин В. “В сто первом зеркале.” М. 1987.

Добин Е.С. “Поэзия А. Ахматовой” Л. 1968

Жирмунский В.М. “Творчество Анны Ахматовой.” Л. 1973

Жирмунский В.М. “Теория литературы.” Поэтика . Стилистика. Л. 1977

Павловский А.И. “Анна Ахматова” Л., 1966

Топоров В.Н. “Ахматова и Блок. “ Беркли 1981.

Топоров В. Н. “Об одном аспекте “Испанской аспекте “испанской” темы у Блока // Анна Ахматова. “Поэма без героя.”

Чуковская Л.К. “Записки об Анне Ахматовой” Париж 1976

Шарлаимова Л. "Поэма без героя” Анны Ахматовой // Вопросы русской литературы.” Новосибирск 1970.