регистрация / вход

Феодальное государство и право Византии

План 1. Феодальное государство и право Византии 3 2. «Кровавое законодательство в Англии». Источники, значение 11 Задача 14 Список использованной литературы 15

План

1. Феодальное государство и право Византии

2. «Кровавое законодательство в Англии». Источники, значение

3. Задача

Список использованной литературы


1. Феодальное государство и право Византии

Византийская империя является одним из уникальных явлений в истории развития государственности и права. Как известно, Римская империя в 395 году разделилась на два самостоятельных государства – Западную Римскую империю и Восточную (Византию) со столицей в Константинополе.

Феодализм в Византии стал развиваться ускоренными темпами только в X – XII вв. В данную эпоху в Византии складывалась крупная феодальная собственность. Но византийский феодал сильно отличался от феодала западноевропейского. Он не был полным хозяином в своем поместье, поскольку государство контролировало количество земли, которой владел феодал, и числом зависимых крестьян, имело право конфисковать землю и регулировать размеры налогов. Кроме того, феодалы в Византии не могли осуществлять высший суд над своими крестьянами. Иными словами, государство держало владения феодала под своим надзором.[1]

Само государство было собственником огромных земель, разбросанных по всей территории империи, на которых трудились «государственные» крестьяне-налогоплательщики. Поэтому крупная феодальная собственность распространялась в Византии гораздо медленнее, чем в Западной Европе, а феодалы были во многом зависимы от государственной власти.

Ситуация изменилась лишь в XIII – XV веках, когда после 1204 года Константинополь был захвачен крестоносцами, империя распалась на части и мощь государства была подорвана. Именно в то время феодалы стали освобождаться из-под его опеки. В Византии в данный период начала складываться феодальная вотчина, близкая западноевропейской. И хотя во второй половине ХIII в. единство империи было восстановлено и Константинополь снова стал ее столицей, государственная власть уже была не в состоянии справиться с резко возросшей силой феодальной аристократии.

В XIV – XV вв. Византия все больше дробилась на уделы, функции государственной власти на местах переходили к феодалам. В сущности, Византия вступила в эпоху феодальной раздробленности. Но даже в этот период центральная власть не потеряла полностью своих позиций. Крестьянство, не только государственное, но и зависимое от феодалов, продолжало платить налоги казне. Доходы государства хотя и уменьшились, но все-таки создавали для него экономическую базу. Практически постоянная, незатихающая военная опасность тоже помогала сохранению централизованной государственности.[2]

Трудно сказать, как сложилась бы дальше судьба феодализма в Византии, если бы не гибель этой цивилизации. Но на протяжении нескольких веков развития в нем соединялись элементы восточного «государственного» феодализма и западноевропейского.

Византия представляла собой государство, основанное на уникальном сочетании республиканских и монархических принципов. При этом, традиционные, унаследованные от Рима республиканские принципы организации верховной власти имели доминирующее значение на протяжении всей истории Византийской империи.

В процессе развития феодального строя в Византийской империи происходили изменения в системе управления государством и правовом регулировании общественных отношений.

Большие перемены произошли в военно-административном строе империи, поскольку Византийское правительство самым широким образом использовало свободное крестьянство в качестве налогоплательщиков. Пустующие земли раздавались небольшими участками свободным крестьянам, которые были обязаны нести за это военную службу. Таким образом, было создано особое сословие воинов, так называемых стратиотов.[3]

Стратиоты пользовались некоторыми податными льготами и правом передачи земельных участков по наследству. Новая организация армии позволила ввести новое военно-административное устройство – так называемый фемный строй.[4] Территория империи была разделена на военные округа (фемы), вся власть над которыми сосредоточивалась у стратига, т. е. командующего фемным войском, состоявшим в своем большинстве из стратиотов. Стратиг объединял в своих руках военную и гражданскую власть в феме. Фемный строй способствовал упорядочению финансов империи, укреплению и пополнению армии и флота.[5]

С VIII в. началось укрепление центральной власти Византии. Оно надолго определило пути развития византийской государственности. Базой централизации и широкой завоевательной политики Византии в IX – Х вв. послужила стабилизация экономики на новой феодальной основе. Византийское государство, достигшее наивысшего развития во время правления Македонской династии (867 – 1057 гг.), стремилось контролировать с помощью огромного бюрократического аппарата все стороны экономической, политической и культурной жизни страны. Жестко централизованный характер империи резко отличал Византию от современных ей феодальных государств Европы.[6]

В VIII в. политические организации и учреждения, ранее сдерживавшие всевластие византийского императора, пришли в упадок или были полностью ликвидированы. С IX в. даже номинальное провозглашение императора «народом Константинополя» прекращается. Политическая роль константинопольского сената, упавшая еще в конце VII в., окончательно сводится на нет императорским указом конца IX в., лишившим сенат права участия в законодательстве империи.

Важную роль в укреплении феодального строя в Византийской империи сыграла господствующая христианская церковь, которая к этому времени превратилась в крупного феодального собственника, обладавшего обширными землями с зависимым крестьянским населением.

Ее авторитет и влияние в данный период укреплялось. В частности, возрастает роль главы церкви константинопольского патриарха в общественно-политической жизни Византии. Патриархи нередко становились регентами малолетних императоров и непосредственно вмешиваются в политическую борьбу за трон. Однако и в это время византийской церкви не удалось добиться независимости от императорской власти. Император сохранил право выбирать патриарха из трех кандидатов, рекомендованных церковными иерархами, и низлагать неугодного патриарха.

Власть Императора была условна, как статус высшего должностного лица империи, и производна от божественной воли, дарующей ее посредством «народного избрания». Император выступал в качестве единственного носителя государственной власти, полномочия иных учреждений были производны от его воли.[7]

Несмотря на утвердившийся наследственный характер передачи власти в империи никогда не был принят действующий юридический акт о престолонаследии.

Укрепление основ императорской власти в VIII – IX вв. сопровождалось изменением ее атрибутов. За византийскими императорами окончательно утверждаются греческие титулы василевса (царя) и автократора (самодержца). Его прерогативы были неограниченными. Василевс издавал законы, назначал и смещал высших чиновников, являлся верховным судьей и командующим армией и флотом.[8]

Характерно, что при такой всевластности его положение не было очень прочным. Примерно половина всех византийских императоров была лишена власти насильственно. Система престолонаследия длительное время у византийцев отсутствовала: сын василевса не рассматривался обычаем как обязательный законный наследник. Императором делало не рождение, а «божественное избрание».[9] Поэтому императоры широко практиковали институт соправителей, выбирая, таким образом, еще при жизни наследника, принцип законного престолонаследия начинает утверждаться в Византии только с конца XI в.

Реальная власть Императора, по мнению ряда исследователей, начала неуклонно ослабевать под воздействием феодальных отношений. По мере развития в Византии феодализма между императорами и крупными феодальными землевладельцами (динатами) складываются новые для византийской государственной практики сеньориально-вассальные отношения. Начиная с Х в. византийский самодержец нередко был вынужден заключать феодальные договоры с некоторыми своими подданными (динатами), беря на себя обязанности феодального сеньора.[10]

Для государственного строя Византии в период феодального государства характерно наличие огромного бюрократического аппарата, как центрального, так и местного. В его основе лежали начала строгой иерархии. Все византийское чиновничество было разделено на ранги (титулы). Их система была глубоко разработана. Центральное управление империей сосредоточивалось в Государственном совете (консистории, а позднее синклите). Это был высший орган при императоре, руководивший текущими делами государства. Его функции не были четко определены, и на практике он играл немалую политическую роль. Государственный совет состоял из высших государственных и дворцовых чинов, являющихся ближайшими помощниками императора. В их число входили два префекта претория, префект Константинополя, магистр и квестор дворца, два комита финансов. Эти высшие чиновники империи обладали обширными полномочиями, в том числе судебными.

Важные функции имели и высшие дворцовые чины: магистр – начальник дворца и квестор – главный юрист и председатель консистория. Они осуществляли непосредственно управление делами империи с помощью разветвленного бюрократического аппарата. Общая численность византийских чиновников в это время была огромной.[11]

Роль центрального государственного аппарата возросла в IX – XI вв. Государственный бюрократический аппарат в эту пору контролировал все сферы политической, экономической и даже культурной жизни Византии. Его структура стала еще более сложной и громоздкой. Количество ведомств («секретов») увеличилось до шестидесяти.[12]

С IX в. вследствие роста императорского хозяйства и двора усложняется дворцовая администрация. Различия между государственными ведомствами и дворцовыми службами становятся все менее четкими. Дворцовая администрация все чаще вторгается в руководство общегосударственными делами. Другая черта, характерная для центрального управления Византии этого времени, – наличие дублирующих друг друга государственных ведомств.

С развитием феодальных отношений в XI – XII вв. происходит формирование крупного частного землевладения, усиливается податный гнет крестьянства. Крестьяне отдавали (за долги) или продавали свои земельные наделы «динатам» («сильным»), передавали их в собственность господам, оставаясь держателями (париками) этих земель.[13] В отличие от государственных крестьян они не были прикреплены к земле вплоть до XIII-XIV вв.

В X – XI вв. был принят ряд законов, направленных на приостановление процесса обнищания крестьян. Им предоставлялось право в рассрочку выкупать проданную или заложенную ими землю. Вместе с тем крестьянская община в порядке круговой поруки была обязана выкупать брошенные крестьянами участки. Пустующие земли казна распродавала или сдавала в аренду. Между государством и феодалами шла борьба за рабочие крестьянские руки.

С середины XI в. быстро растет условное землевладение. Светская и духовная аристократия наделялась правом собирать государственные налоги с определенных территорий в свою пользу. В XII веке в пожалование (пронии) стали раздаваться земли, населенные свободными крестьянами.

Прония, возникшая как условное землевладение, пожизненное императорское пожалование светскому лицу или монастырю в награду за службу права сбора налогов с определенной территории с правом управления этой территорией, к концу XII в. начинает превращаться в наследственную собственность.

Арифмос представлял собой пожалование феодалу всей суммы ренты с определенного количества крестьян. Это число крестьян должно было оставаться неизменным, так что после смерти кого-нибудь из них сын занимал место покойного. Время от времени государство осуществляло контроль, проверяя, не увеличилось ли число крестьян – лишние должны были вписываться в казенные податные списки и становились государственными крестьянами.[14]

Казалось бы, арифмос не отличался принципиально от патроната над целой общиной, однако на самом деле это было не так: пожалование определенной группы крестьян под арифмос разрывало общинные связи, под властью феодала оказывалась в этом случае не целостная, сплоченная единица (община), а изолированная группа земледельцев, не связанная традициями и административным единством.

Развитию феодальной собственности способствовал также харистикий. Харистикием византийцы называли пожалование (обычно на срок жизни) монастыря светскому или духовному феодалу (митрополиту или епископу). Харистикарий считался патроном монастыря и должен был проявлять о нем заботу. На деле же, харистикарий использовал свое право для увеличения размеров своего имущества и поступающей к нему феодальной ренты. Харистикий давал византийским вельможам возможность значительно расширять свои владения (особенно если учесть, что многие из них пользовались харистикием по отношению к нескольким монастырям).[15] Система арифмоса и пронии, хотя и способствовала росту феодальной собственности, однако придавала византийской вотчине XI – XII вв. несколько своеобразную окраску: византийский феодал этого времени, получая право на определенную долю ренты, оставался под контролем государственного аппарата.

В процессе развития феодального государства в Византии изменения произошли и в правовой системе. Византия имела весьма развитую систему законодательства в виде императорских указов, жалованных грамот, сборников законов и комментариев к ним, сборников судебной практики.

Веками Византийская империя служила примером и образцом развития институтов права и государственности для России, стран Европы и Ближнего Востока. Само понятие государственности, права и его важнейших институтов были положены в основу правового развития многих стран не только средневекового, но и современного мира. На примере изучения права Византии можно найти варианты научного изучения и разрешения современных проблем развития права, политики, экономики, религии и многих других.

В качестве научной базы византийцы использовали достижения науки множества народов, составлявших империю, античные и средневековые доктрины. Многие из вопросов научного изучения права и правореализации не утратили своей актуальности и в наше время.[16]

Благодаря исключительно высокому уровню развития общественных отношений, общей культуры в Византии, изучение ее системы права имеет не только теоретическое, но и практическое значение.

Теоретические основы и принципы правопонимания, правовых институтов по своему уровню разработки иногда не уступают положениям многих современных исследователей и являются основой современного научного знания о праве и государстве. Система права общества ромеев дает пример ее ограниченности по времени существования, законченности, что имеет большую важность при оценке влияния права на различные социальные явления.

Вместе с тем, благодаря широкому распространению достижений византийской правовой культуры у многих народов, в том числе и современных, имеется возможность проследить их развитие на протяжении многих веков и выявить практическую применимость в условиях различных обществ и государств.

С 534 г. была завершена кодификация римского права и в силу вступил Свод законов Юстиниана (Corpusjuriscivilis). Эта кодификация вплоть до XI в. оставалась не только важнейшим источником действующего права Византии, но и была тем фундаментом, на котором окончательно сформировалась ее правовая система. Свод законов Юстиниана применялся с учетом развивающихся феодальных отношений, что нашло отражение не только в новеллах, но и в виде кодификаций.

На формирование византийской правовой системы значительное влияние оказали и правовые обычаи, особенно распространенные в восточных провинциях. Обычное право с присущим ему примитивизмом подрывало логическую стройность системы римского права, искажало ряд его институтов, но внесло в него жизненно важную струю, отразившую развитие новых общественных отношений: общинных и феодальных. Из позднегреческого права в Свод законов Юстиниана перешел такой институт, как эмфитевзис, новые формы усыновления и эмансипации подвластных лиц и т.д. Под влиянием восточного права было введено письменное делопроизводство и судопроизводство, что повлекло за собой отмену старой системы исков и утверждение экстраординарного (либеллярного) процесса.

Одним из важных источников византийского права были императорские указы, получившие название новелл. Новеллы в целом формулировали нормы развивающегося феодального права, они определяли также структуру и компетенцию центральных и местных органов власти и управления.

На рубеже VII-VIII вв. правовая система Византии переживает серьезные испытания, связанные с глубоким кризисом экономической системы, упадком городов, расселением на государственных землях варваров, вторжением арабов и т.д. Именно в это время постепенно завершается процесс превращения византийского права из позднеантичного в средневековое.

Анализируя все перечисленное нами выше, с уверенностью можно сказать о том, что важной особенностью развития феодализма в Византии являлось сохранение в ней единого государства, опиравшегося в этот период в своей политике в основном на феодализирующуюся знать. Особенность феодализма Византийской империи состоит в жестком централизованном управлении государством и контролем за феодалами со стороны императора.

Право периода развития феодализма характеризуется преемственностью правового наследия Римской империи и движение в сторону кодификации законодательства.


2. «Кровавое законодательство в Англии». Источники, значение

В конце XV – начале XVI вв. Англия вступила в период концентрации аграрного капитала и первоначального накопления промышленного, а позже и финансового капитала.

Процесс первоначального накопления капитала требовал дальнейшего расширения земель для их эксплуатации, ими стали монастырские земли, а несколько позже земли церквей и часовен. Секуляризация монастырских земель началась в XVI в. и продолжилась в первой половине XVII в. Земли монастырей правительство продавало. Наконец, стали осушаться болота, осваиваться пустоши.

Лишенные своих участков земли бывшие копигольдеры и лизгольдеры не находили работы. Толпы нищих заполнили Англию. С конца XV в. уголовно-правовые репрессии в Англии стали более жестокими. Таковы, в частности, статуты XVI в. о нищих и бродягах. Они даже получили название «кровавого законодательства».[17] Это законодательство в Англии конца XV – XVI вв. было вызвано к жизни массовым обнищанием крестьянства и городских ремесленников вследствие огораживаний, секуляризации монастырских земель, роспуска феодальных дружин и развития мануфактур, разорявших городских мелких товаропроизводителей. Так как эти мануфактуры были не в состоянии сразу использовать труд экспроприированных, в стране образовались огромные массы бродяг, нищих, безработных, вынужденных для поддержания жизни идти на преступления. Правительство Тюдоров было встревожено таким ростом бездомного и безработного голодающего населения, которое легко было поднять на восстание, а также ростом преступлений в стране. Будучи не в силах обеспечить работой и жилищем эту массу обездоленных, оно обрушилось на них серией жестких законов, которые под угрозой наказаний запрещали бродяжничество и нищенство и пытались принудить работоспособных пауперов работать на любых условиях на тех, кто пожелает их нанять.

Первый акт против бродяг и нищих был издан в 1495 году. Он проводил резкое различие между трудоспособными и нетрудоспособными бродягами и нищими, подвергая первых более тяжелым наказаниям (заковывание в колодки). Нетрудоспособным лицам предписывалось жить в своей сотне и запрещалось просить милостыню вне этой сотни. Это различие было закреплено статутами 1530 и 1536 годов, которые разрешали старым и больным нищим собирать милостыню, но работоспособных бродяг предписывали подвергать бичеванию и брать с них клятву, что они будут работать.[18]

Статут 1547 года интересен тем, что он обязывал «бродяг» в течение месяца найти себе работу, в противном случае угрожая отдать их в рабство тому, кто донесет на них как на праздношатающихся.[19] Такой «раб» не мог покинуть господина под угрозой клеймения, отдачи в пожизненное рабство, а в случае третьего побега – смертной казни.

«Акт о наказании бродяг и оказании помощи бедным и нетрудоспособным» 1572 года является одним из наиболее жестоких законов «кровавого законодательства против экспроприированных». Он предписывал подвергать бродяг бичеванию кнутом и клеймению, если их уличат в ниществе первый раз, смертной казни во второй раз, если их никто не пожелает взять в услужение, и смертной казни без всякой пощады в третий раз.[20]

Статут интересен тем, что содержит первую попытку точного определения трудоспособности праздношатающихся бродяг и «упорных нищих», а также тем, что он обязывал местные власти графства и городов обеспечить существование нетрудоспособных больных и престарелых нищих, возлагая их содержание на местных налогоплательщиков.

Тем самым статут положил начало английскому «законодательству о бедных», которое было вынужденным признанием нищеты как обычного и закономерного явления в стране. Обе тенденции этого постановления получили дальнейшее развитие в двух актах 1597 года, которые трактовали вопрос о наказании трудоспособных бродяг и вопрос о содержании нетрудоспособных нищих отдельно друг от друга.

«Акт о призрении бедных» 1597 года содержит подробные предписания о том, как надо выявлять в графствах и городах нуждающихся в содержании бедняков, каким образом с ними следует обходиться и откуда брать средства на их содержание. Характерно, что этот акт предусматривал эксплуатацию даже этих «законных» нищих и, в частности, детей в качестве бесплатных рабочих в оборудованных на средства прихода мастерских или в качестве учеников там, где местные власти находили нужным.[21]

«Акт о наказаниях бродяг и упорных нищих» 1597 года предписывал устройство для них исправительных домов в каждом графстве и городе, а в качестве наказаний для бродяг устанавливал публичное бичевание кнутом, «пока его или ее спина не покроется кровью», с высылкой по месту рождения, а в некоторых случаях – изгнание из Англии.

Подводя итог проведенному выше анализу, можно сделать вывод о том, что, кроме борьбы с бродяжничеством и преступлениями, законы против экспроприированных преследовали и другую цель: обеспечить приток дешевой рабочей силы во вновь развивающуюся мануфактурную промышленность, подчинить ее дисциплине наемного труда и создать этим возможность огромных прибылей для нарождающейся буржуазии.

Задача

В Германии во время пахоты своего поля плугом крестьянин Генрих Шольц нашел большой драгоценный камень. Обрадовавшись, он взял лопату и стал копать в месте находки. Чем глубже Генрих копал, тем больше и больше находил он драгоценных камней. Узнав о находке, сборщик налогов Иоганн потребовал отдать клад в королевскую казну, ссылаясь на статью «Саксонского зерцала», и пожаловался судье. Однако Генрих отказался это сделать, мотивируя тем, что нашел драгоценности на своем поле. Как следует поступить судье?

Решение:

В соответствии с § 1 статьи 35 «Саксонского зерцала» (Все сокровища, находящиеся в земле глубже, чем вспахивает плуг, принадлежат королевской власти), судье следует оставить Генриху Шольцу только большой драгоценный камень, так как он его выпахал плугом, а все остальные драгоценные камни, выкопанные лопатой глубже, чем пашет плуг, должны перейти в пользу королевской казны.

Список использованной литературы

1. Акт о наказании бродяг и оказании помощи бедным и нетрудоспособным 1572 года // Хрестоматия памятников феодального государства и права стран Европы / Ред. В. М Корецкий. – М.: Госюриздат, 1961. – С. 220 – 227.

2. Всемирная история. Энциклопедия: В 7-ми т.: Т. 3./ Ред. Н. А. Смирнов. – М.: Социально-экономическая литература, 1957. – 830 с.

3. Глушаченко С. Б., Макаров Д. А. Особенности института императорской власти в Византийской империи // История государства и права. – 2004. – № 4. – С. 40 – 43.

4. История государства и права зарубежных стран / Ред. К. И. Батыр. – М.: Проспект, 2008. – 576 с.

5. История государства и права зарубежных стран. Часть 1 / Ред. О. А. Жидков, Н. А. Крашенинникова. – М.: Инфра-М, 1999. – 703 с.

6. Каждан А. П., Литаврин Г. Г. Очерки истории Византии и южных славян. – М.: Алетейя, 1998. – 336 с.

7. Саксонское зерцало 1230 года // Хрестоматия памятников феодального государства и права стран Европы / Ред. В. М. Корецкий. – М.: Госюриздат, 1961. – С. 348 – 379.

8. Хрестоматия памятников феодального государства и права стран Европы / Ред. В. М. Корецкий. – М.: Госюриздат, 1961. – 951 с.


[1] Всемирная история. Энциклопедия: В 7-ми т.: Т. 3./ Ред. Н. А. Смирнов. – М.: Социально-экономическая литература, 1957. – С. 607.

[2] Всемирная история. Энциклопедия: В 7-ми т.: Т. 3./ Ред. Н. А. Смирнов. – М.: Социально-экономическая литература, 1957. – С. 609.

[3] История государства и права зарубежных стран. Часть 1 / Ред. О. А. Жидков, Н. А. Крашенинникова. – М.: Инфра-М, 1999. – С. 406.

[4] Там же. – С. 405.

[5] Каждан А. П., Литаврин Г. Г. Очерки истории Византии и южных славян. – М.: Алетейя, 1998. – С. 150.

[6] История государства и права зарубежных стран. Часть 1 / Ред. О. А. Жидков, Н. А. Крашенинникова. – М.: Инфра-М, 1999. – С. 407.

[7] Каждан А. П., Литаврин Г. Г. Очерки истории Византии и южных славян. – М.: Алетейя, 1998. – С. 156.

[8] Всемирная история. Энциклопедия: В 7-ми т.: Т. 3./ Ред. Н. А. Смирнов. – М.: Социально-экономическая литература, 1957. – С. 610.

[9] Глушаченко С. Б., Макаров Д. А. Особенности института императорской власти в Византийской империи // История государства и права. – 2004. – № 4. – С. 41.

[10] Там же. – С. 41.

[11] Там же. – С. 43.

[12] История государства и права зарубежных стран / Ред. К. И. Батыр. – М.: Проспект, 2008. – С. 341.

[13] Там же. – С. 344.

[14] Каждан А. П., Литаврин Г. Г. Очерки истории Византии и южных славян. – М.: Алетейя, 1998. – С. 160.

[15] Там же. – С. 159.

[16] История государства и права зарубежных стран / Ред. К. И. Батыр. – М.: Проспект, 2008. – С. 343.

[17] История государства и права зарубежных стран / Ред. К. И. Батыр. – М.: Проспект, 2008. – С. 400.

[18] Хрестоматия памятников феодального государства и права стран Европы / Ред. В. М Корецкий. – М.: Госюриздат, 1961. – С. 87.

[19] Хрестоматия памятников феодального государства и права стран Европы / Ред. В. М Корецкий. – М.: Госюриздат, 1961. – С. 87.

[20] Акт о наказании бродяг и оказании помощи бедным и нетрудоспособным 1572 года // Хрестоматия памятников феодального государства и права стран Европы / Ред. В. М Корецкий. – М.: Госюриздат, 1961. – С. 221.

[21] История государства и права зарубежных стран / Ред. К. И. Батыр. – М.: Проспект, 2008. – С. 401.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий