регистрация / вход

Доказательства в гражданском процессе 5

ВВЕДЕНИЕ В соответствии с Конституцией Российской Федерации правосу­дие осуществляется только судом, а действующим законодательством на суды возлагается обязанность в пределах своей компетенции, в ус­тановленный законодательством срок, и правильно разрешать дела, возникающие из гражданских, трудовых, жилищных, семейных, адми­нистративных и других правоотношений.

ВВЕДЕНИЕ

В соответствии с Конституцией Российской Федерации правосу­дие осуществляется только судом, а действующим законодательством на суды возлагается обязанность в пределах своей компетенции, в ус­тановленный законодательством срок, и правильно разрешать дела, возникающие из гражданских, трудовых, жилищных, семейных, адми­нистративных и других правоотношений.

Деятельность суда сводится к тому, чтобы в процессе рассмот­рения и разрешения каждого дела достичь верного знания о фактичес­ких обстоятельствах, характерных для спорного правоотношения, и точно применить к установленным юридическим фактам норму или ряд норм материального права, т.е. оказать судебным решением, как ре­зультатом процесса, защиту существовавшим до процесса субъектив­ным правам, либо отказать в такой защите, если установлено отсутст­вие субъективного права.

Любая судебная ошибка существенно нарушает права и охраняе­мые законом интересы граждан и других субъектов права.

В повышении уровня осуществления правосудия большую роль играет юридическая наука. Одной из важнейших составных частей юридических познаний является теория судебных доказательств, ибо только доказательства дают возможность установить опосредованным путем факты, недоступные для непосредственного познания, т.е. те юридические факты, с которыми нормы материального права связывают воз­никновение, изменение и прекращение правоотношений.

Разработка теории судебных доказательств и судебного доказывания связана со значительными трудностями, ибо в ней тесно пере­плетаются проблемы чисто юридического характера со сложнейшими проблемами теории познания, логики, психологии и других научных знаний.

Институт судебных доказательств и судебного доказывания привлек внимание автора данной работы по следующим соображениям.

Прежде всего он, являясь неотъемлемой частью гражданского процессуального законодательства России, играет особо существенную роль в решении задач, стоящих перед гражданским судопроизвод­ством, к которым относится защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов граждан, организаций и их объединений, а также охрана государственных и общественных интересов, укрепление законности, предупреждение гражданских пра­вонарушений, воспитание граждан. Данный институт во многом опреде­ляет состояние гражданско-правовой практики.

Отсутствие в теории гражданского процессуального права яснос­ти по целому ряду вопросов о сущности, процессуальном значении и особенностях доказательств в целом, а также отдельных его видов является одной из тех причин, которые нередко приводят к недоста­точной исследованности фактических обстоятельств, что ведет к не­правильному разрешению гражданских дел.

Для плодотворного исследования какого-либо вида судебных до­казательств необходимо иметь правильные исходные познания в вопро­сах о сущности доказательств, об их отличительных признаках, об особенностях отдельных видов доказательств.

Четкая формулировка необходимых отправных положений по данным вопросам предопределяет их правильное использование в гражданском процессе.

Далее надо признать, что в гражданско-правовой литературе уделяется серьезное внимание институту судебных доказательств и судебного до называния, но подавляющее большинство монографических исследований по данному вопросу проводилось до введения в действие Федерального закона Российской Федерации от 27 октября 1995 года "О внесении изменений и дополнений в Гражданский процессуальный кодекс РСФСР" , до принятия первой и второй части Гражданского кодекса РФ и ряда других нормативных актов, и поэтому многие точ­ки зрения высказанные различными авторами по вопросам доказывания и судебных доказательств без критики и анализа принять за истинные невозможно. И это обстоятельство вызывает, в настоящее время, дополнительный интерес к институту судебных доказательств и судебного доказывания,

До настоящего времени остается дискуссионным вопрос о возможности расширения круга средств доказывания.

Учитывая, что институт судебного доказывания и судебных доказательств включает в себя очень большой круг вопросов, автор в своей работе рассматривает лишь некоторые из них. которые, на его взгляд, являются наиболее актуальными.

ГЛАВА I

ДОКАЗАТЕЛЬСТВА В ГРАЖДАНСКОМ ПРОЦЕССЕ

I. Понятие судебных доказательств.

Доказательством в обширном смысле или доводом называется все, что убеждает наш ум в истинности или ложности какого-нибудь факта или положения. В этом смысле понятие о доказательстве принадлежит к области логики. В техническом смысле нашей науки, судебными доказательствами называются законные основания для убеждения суда в существовании или несуществовании спорных юридических фактов.

То, что подлежит доказыванию /объект докаэывания/, в логичес­ком доказательстве называют тезисом. Тезис есть суждение, истин­ность или ложность которого выясняется при помощи других суждений, называемых аргументами. Способ доказывания, перехода от аргументов к доказанности тезиса называется демонстрацией. То есть, в логике в качестве доказательства выступают суждения, известные мысли, до­казанные ранее положения. Логическое доказывание есть оперирование мыслями, суждениями.

В судебной деятельности, как указывалось выше, доказывается существование или отсутствие реальных фактов /действий или бездействий людей, событий/, с которыми закон связывает возникновение, изменение или прекращение правовых отношений. Следовательно, в от­личие от объекта логического доказательства предмет доказывания в процессе отправления правосудия специфичен. Поэтому в гражданс­ком процессе доказательства рассматриваются как средства опосредо­ванного познания судом фактов, имеющие значение по делу.

До сих пор, вопрос о сущности судебных доказательств остается в процессуальной науке дискуссионными, несмотря на то, что в зако­не дана норма, раскрывающая понятие судебных доказательств /ст.49 ГПК РСФСР/.

Некоторые авторы рассматривают судебные доказательства как известные факты, с помощью которых возможно установление неизвестных искомых фактов. Судебным доказательством является факт, писал С.В. Курылев, полученный из предусмотренных законом источников и предусмотренным законом способом, находящийся с искомым в судебном процессе фактом в определенной связи, благодаря которой он может служить средством установления объективной истинности иско­мого факта.

Сущность доказательства, по мнению С.В. Курылева, заключает­ся в связи известного нам факта-доказательства с неизвестным ис­комым фактом.

По его мнению, известные явления, при помощи которых суд, основываясь на знании объективных связей, явлений, познает неиз­вестное, служат средством установления объективной истинности на­личия ими отсутствия искомых фактов, т.е. доказательствами.

Следует заметить, что взгляды на доказательства только как на факты вызывают возражения, так как они ведут к отрыву содержа­ния доказательств от их процессуальной формы, без которой судебное доказательство не может быть вовлечено в процесс. Если бы законо­датель имел в виду доказательства только как факты, то в закон нельзя было бы, например, внести норму о допустимости доказательств /ст.54 ГПК РСФСР/, поскольку правило допустимости не связывается в законе с фактическими данными, а имеет отношение только к про­цессуальной форме доказательств, т.е. к средствам доказывания.

Представители другого направления рассматривают судебные до­казательства как явления, имеющие двойственную природу. Они пола­гают, что понятие "судебное доказательство" имеет два значения, ко­торые употребляются как синонимы, во-первых, как доказательствен­ных фактов, во-вторых, источников доказательств. Например, Д.М. Чечет считает, что судебными доказательствами являются все фактические данные /факты, сведения о фактах/, а также средства доказывания, которые в предусмотренных законом процессуальных формах используют­ся в суде для всестороннего и полного исследования обстоятельств и вынесения законного и справедливого решения.

Аналогичной точки зрения придерживается А.К. Сергун, она счи­тает, что судебные доказательства - это предусмотренные и регла­ментированные законом процессуальные средства доказывания /объяс­нения сторон и третьих лип, показания свидетелей, заключения эк­спертов, письменные и вещественные доказательства и доказательст­вами называют также полученные из них фактические данные, на основании которых суд устанавливает обстоятельства дела.

Сторонники "двойственного" понимания доказательств стремятся преодолеть одностороннее определение доказательств, но вместе с тем они допускают смешение понятия "источник доказательств" с процессуальной формой доказательств, т.е. со средствами доказыва­ния, называя последние источниками доказательств.

Источником доказательства является либо человек, либо вещь, но не средство доказывания.

Автору данной работы наиболее правильной кажется позиция тех авторов, которые сводят судебные доказательства в единое понятие, в котором взаимосвязаны фактические данные и средства доказывания как содержание и процессуальная форма. Идеи о судебных доказатель­ствах как единстве фактических данных, выраженных в процессуаль­ной форме, высказаны в работах М.К. Треушникова, Л.Т. Ульяновой, Ю.М. Жукова, А.Г. Калпина . П.П. Гуреева, В.Я. Дорохова, Н.М. Кипнис и других авторов.

Анализируя ст.49 ГПК РФ. можно выделить три признака характеризующих правовую природу судебных доказательств. Судебные до­казательства имеют, во-первых, содержание, т.е. информацию о юридических фактах /составляющих предмет доказывания/, иных обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения дела /дока­зательственных фактах, фактах, имеющих значение для движения процесса и совершения отдельных процессуальных действий, фактах, установление которых суду необходимо для выполнения воспитательных задач/. Эта информация обладает свойством относительности.

Во-вторых, процессуальную форму, именуемую в законе средства­ми доказывания, и в-третьих, определенный процессуальный порядок получения и исследования доказательственной информации и самих средств доказывания.

Устранение любой стороны доказательства ликвидирует все доказательства в целом.

Таким образом, сущность судебных доказательств нельзя сводить только к средствам доказывания, либо только к фактам, так как процессуальные доказательственные средства лишь выполняют функцию представления сведений о фактах, а если свести сущность судебного доказательства к факту, то невозможно будет правильно решить практические вопросы, возникающие в процессе судебного разбирательства. Исключение из определения судебных доказательств средств доказывания недопустимо, так как именно они являются объектом исследования и именно на их основании делаются выводы о доказательстве искомого факта.

2. Содержание судебных доказательств, их процессуальная форма и классификация.

Вопрос о содержании судебных доказательств как фактических данных остается дискуссионным в юридической литературе. Термин "фактические данные" употребляется в законе /ч. 1,ст.49 ГПК РСФСР/, но в теории ему дается различное толкование.

По мнению одних авторов, под фактическими данными следует понимать как сами факты, так и сведения о доказательственных фактах, по мнению других, только сведения о фактах как юридических, так и доказательствах, но не сами факты.

Фактические данные в сущности есть совокупность сведений о любых фактах, имеющих значение по делу, вся доступная для восприятия суда информация о них.

В связи с тем, что судебные доказательства, с точки зрения теоретико-познавательной, по содержанию ничем не отличаются от доказательств в любой другой познавательной деятельности, в настоящее время для объяснения сущности понятия доказательства ученые обращаются к теории информации, понятию сигнала.

Под сигналом в теории информации понимают тот или иной физический процесс, несущий информацию о событии, явлении, объекте.

Содержание сигнала образует информация о событии, объекте, а формой сигнала служит способ, вид существования информации.

Фактические данные - логическое ядро судебных доказательств, так как они сообщаются суду в виде суждений о фактах, т.е. в виде логических категорий. Фактические данные являются отражением фак­тов реальной действительности и несут поэтому информацию о них. Фактические данные непременно должны отвечать требованиям закона /ст.53 ГПК РСФСР/.

В проекте нового ГПК законодатель отказался от термина "лю­бые фактические данные" при определении содержания доказательств, заменив его термином "сведения" и изложил ст.57 проекта ГПК РФ в следующей редакции: "Доказательствами по делу являются получен­ные в предусмотренном законом порядке сведения, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновы­вающих требования и возражения сторон, а также иные обстоятельст­ва, имеющие значение для правильного разрешения дела”

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных дока­зательств, звуко- и видеозаписей, заключений экспертов.

2. Сведения, полученные с нарушением федерального закона, не являются, доказательствами и не могут быть положены в основу решения суда.

Судебные доказательства, не отличаясь от доказательств иных, по своему содержанию имеют свою процессуальную форму.

Ч.2 ст.49 ГПК РСФСР регламентирует форму, в которой могут быть получены фактические данные, а именно: в форме объяснения сторон, третьих лиц, показаний свидетелей, письменных, веществен­ных доказательств и заключений экспертов. При этом необходимо учи­тывать, что по смыслу ст.54 ГПК РСФСР суд не вправе использовать те средства доказывания, которые недопустимы по закону для под­тверждения отдельных правоотношений, то есть фактические данные, полученные в иной, не предусмотренной законом форме, не являются судебными доказательствами.

В связи с развитием электроники и проникновением ее в быт лю­дей укрепляются взгляды, что многие факты действительности можно зафиксировать с помощью фонограммы, видеозаписей и других средств. В качестве средства общения людей стали использовать звуковое пись­мо. Для фиксации фактов применяются документы машинной обработки, данные электронно-вычислительных машин и их систем.

В судебной практике часто встречаются случаи, когда стороны просят суд исследовать фактические данные, которые имеют отношение к делу, но представлены в форме, не предусмотренной законом, напри­мер, в форме фонограммы.

Пленум Верховного Суда СССР в постановлении №3 от 3 апреля 1987 г. "О строгом соблюдении процессуального законодательства при осуществлении правосудия по гражданским делам" дал судам следующее разъяснение: "В случае необходимости судом могут быть приняты в качестве письменных доказательств документы, полученные с помощью электронно-вычислительной техники. С учетом мнения лиц, участвую­щих в деле, суд может также исследовать предъявленные звуко-. ви­деозаписи. Эти материалы оцениваются в совокупности с другими до­казательствами.

В Российской Федерации по проблеме применения новых средств

информации в качестве доказательств Пленум Верховного Суда РФ не давал разъяснений. Поэтому суды применяют в настоящее время ч.З п.9 Постановления Пленума Верховного Суда СССР №10 "О примене­нии процессуального законодательства при рассмотрении гражданских дел в суде первой инстанции" от 1 декабря 1983 года с изменениями и дополнениями, внесенными Постановлением Пленума № 3 от 3 ап­реля 1987 года и допускают в необходимых случаях видео-, звукоза­писи в качестве доказательств.

Однако на законодательном уровне вышеуказанные методы

фикси­рования, сохранения, воспроизведение информации до сих пор не закреплены, хотя в проекте нового ГПК Российской Федерации видео-, звукозаписи указаны в качестве самостоятельных средств доказывания.

В.К. Пучинский прокомментировал ч.2 ст.52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, который введен в действие с 1 июля 1995 года, таким образом, что любые методы фиксирования, сохранения, воспроизведения информации, включая наиболее сов­ременные /ЭВМ, видео- и звукозаписи, аудиторские проверки и т.д./ нужно распределять по известным законодательству средствам доказывания. Но при этом автор комментария отметил, что не исключаются осо­бенности. исследования, и оценки материалов специфической природы. В этих утверждениях В.К. Пучинского заметны противоречия, а именно, с одной стороны, автор считает, что современные источники инфор­мации охватываются известными законодательству средствами доказывания, а с другой стороны, признает, что не исключаются особенности исследования и оценки материалов специфической природы..

Средство доказывания, как процессуальная форма доказательств, содержит в себе источник информации и определенный способ доведе­ния информации до суда.

Видео-, звукозаписи по источнику схожи с вещественными доказательствами, но воспроизведение сохраняющейся на магнитных носи­телях информации требует особых методов. Поэтому в случае призна­ния видео-, звукозаписи доказательством следовало бы предусмотреть в ст.142 ГПК РСФСР в качестве действия по подготовке дела, предварительное прослушивание /просмотр/ записей судьей с извеще­нием лиц, участвующих в деле и составлением об этом протокола, в котором бы развернуто излагалось содержание звукозаписи /описание увиденного при воспроизведении видеозаписи/ с последующим подписа­нием этого протокола той стороной, чей голос /изображение/ воспроизводился. Тогда суд будет иметь возможность при установлении по­рядка исследования доказательств /ст.167 ГПК РСФСР/ учесть соображения о прослушивании /просмотре/ записи в открытом либо закры­том судебное заселении, т.е. аналогично с порядком, предусмотренным в ст. 176 ГПК РСФСР для оглашения личной переписки, а в том случае, если сторона, подписавшая протокол /признавшая идентичность своего голоса /изображения/ и воспроизводимого/, в дальнейшем, откажется от признания, не назначая экспертизы, сослаться на это признание в решении.

Разумеется, протокол должен быть подписан стороной в добровольном порядке, по предложению суда, в противном случае та­кое признание нельзя будет использовать как доказательство.

Думается, что такой порядок привлечения в процесс видео-, звукозаписи следовало бы предусмотреть и при принятии нового ГПК РФ.

Процессуальный закон строго регламентирует порядок, получе­ния сведений о фактах, т.е доказательственной информации из предусмотренных средств доказывания если сведения, имеющие отношение, к делу, получены в предусмотренной законом форме, но с нарушением порядка их вовлечения в процесс, они не могут быть положены в обоснование решения как доказательства.

Так, ст.153 ГПК РСФСР предусматривает удаление свидетеля из зала судебного заседания, а ст.169 ГПК РСФСР обязывает суд преду­предить свидетеля об его ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

В соответствии со ст.74 ГПК РСФСР только суд может назначить эксперта или определить окончательный круг вопросов, по которому требуется его заключение,

Нарушение порядка получения и закрепления доказательств ли­шает фактические данные доказательственной силы. Также недопусти­ма ссылка в решении на те данные, которые не были исследованы су­дом в соответствии с нормами гражданского процессуального законо­дательства /ст.ст.171. 178, 192 ГПК РСФСР/.

Несмотря на разнообразие средств и способов доказывания, судебные доказательства поддаются классификации, которая является частью доказательственного права. Классификация доказательств имеет не только познавательное, но и весьма существенное практи­ческое значение, ибо она сводит их в определенные группы, указы­вает на объем средств и способов доказывания, которыми располага­ет суд, выявляет особенности отдельных видов доказательств, учесть которые важно в процессе их собирания, исследования и оцен­ки.

В гражданско-процессуальной литературе просматривается определенное многообразие методов классификации, различные критерии, по которым она проводится, одни из них связаны с признаками характеризующими доказательства как фактические данные, т.е. исходя из их содержания, другие - отражают особенности процессуальной формы, т.е. средств доказывания.

Изучение вопроса классификации доказательств по различным литературным источникам гражданско-процессуального направления да­ет возможность сделать вывод о наиболее бесспорных основаниях, лежащих в основе классификации судебных доказательств.

По характеру связи содержания доказательств с доказываемым фактом они делятся на прямые и косвенные.

Содержание прямых судебных доказательств имеет с доказывае­мым фактом однозначную связь, позволяющую сделать неоспоримый вы­вод о наличии или отсутствии факта. Косвенное же доказательство, взятое в отдельности, дает основание для нескольких версий. Для того, чтобы отбросить необоснованные версии и придти к одному оп­ределенному выводу требуется связать и сопоставить косвенные дока­зательства с остальными доказательствами. Так, если истец обраща­ется в суд с исковым заявлением о возвращении взятых у него ответчиком взаймы денег и при этом представляет в качестве доказа­тельства письмо, в котором ответчик обращается к нему с просьбой дать взаймы деньги, то это письмо является лишь косвенным доказа­тельством заключения договора займа, в этом случае содержание до­казательства имеет с доказываемым фактом многозначную связь. Если же имеется письмо, в котором ответчик просит истца подождать возв­рата, взятых им взаймы денег, то такое письмо будет являться пря­мым доказательством заключения договора займа, так как не дает оснований для других версий.

Косвенные доказательства широко применяются в гражданском судопроизводстве, когда нет прямых доказательств или они недоста­точны,

При доказывании с помощью косвенных доказательств обоснование вывода производится путем исключения ложных версий.

Практическое значение деления доказательств на прямые и косвенные состоит в том что:

- различие между этими доказательствами учитывается судьей /судом / при собирании доказательств. Косвенные доказательства должны быть в таком объеме, чтобы имелась возможность исключения всех предположений, вытекающих из них, кроме одного;

- наличие прямых доказательств не исключает возможности опровержения их содержания. Поэтому требование всесторонности исследо­вания всех обстоятельств по делу должно выполняться судом и при наличии прямых доказательств;

- природа прямых и косвенных доказательств влияет на содержа­ние судебного доказывания: использование косвенных доказательств удлиняет путь доказывания, вводит для суда дополнительные промежуточные ступени на пути к решению основных вопросов дела.

Известную сложность косвенные доказательства представляют при решении вопроса об их относимости. Относящимися к делу будут лишь те доказательства, которые находятся в причинной связи с ис­следуемыми по делу обстоятельствами. И хотя, порой, такая причин­ная связь проявляется в довольно сложных формах, для решения вопро­са об относимости установить ее необходимо.

Гражданка "Т" обратилась в суд с иском к гражданину "К" о разделе нажитого в период их брака имущества: дома стоимостью 2300 рублей и вещей - 820 рублей. Районный народный суд разделил имущество в равных долях. Вышестоящая инстанция отменила решение суда в связи с недостаточностью исследования ряда доказательств по делу. В частности, в материалах дела находилось письмо плотни­ков, которые сообщали о получении от матери ответчика 3200 рублей на строительство дома. Суд не исследовал это письмо в ходе судебно­го заседания, хотя с его помощью мог установить на какие средства был построен дом, что в совокупности с другими неисследованными косвенными доказательствами могло бы привести его к принятию пра­вильного решения по делу.

По процессу формирования сведений о фактах доказательства делятся на первоначальные и производные. В основе этого деления ле­жит процесс формирования содержания доказательств.

Первоначальные доказательства формируются в результате

непосредственного воздействия искомого факта на носителя

информации.

Аналогичной формулировки придерживается и К.С. Юдельсон, также положивший в основу такой классификации процесс формирова­ния доказательств.

Доказательство является производным, посредственным, если оно образовалось под влиянием другого источника доказательства, а не самого предмета доказывания.

Например, показания свидетеля, который слышал об обстоятель­ствах какого-то события от другого лица будет производным доказа­тельством, а показания свидетеля -очевидца будут первоначальным доказательством.

С.В. Курылев дает более простую формулировку первоначальных и производных доказательств.

Первоначальными являются доказательства - первоисточники. Производными называют доказательства, которые воспроизводят

содержание другого доказательства.

Автор данной работы считает, что формулировки указанных авто­ров по сути своей отражают одно и тоже основание данного вида классификации, хотя формулировка С.В. Курылева представляется более простой и общедоступной.

Практическое значение деления доказательств на первоначаль­ные и производные по мнению М.К. Треушникова состоит в следующем:

- значение процесса формирования тех и других доказательств позволяет правильно вести процесс исследований доказательств в ходе судебного разбирательства, правильно ставить вопросы перед стороной, свидетелем, экспертом и выяснять сведения, необходимые по делу;

- закон обязывает стремиться к получению первоначальных доказательств в случае сомнений в правильности производных; при исследовании доказательств необходимо проведение проверки условий формирования производных доказательств и обстоятельств, влияющих на их достоверность;

- судья /суд/ не может отказать в приобщении к делу доказа­тельств по причине того, что они не являются первоисточниками. Достоверность как первоначальных, так и производных доказательств оценивается судом в результате сопоставления тех и других со все­ми материалами дела.

Так, отменяя решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное им по первой инстанции, по иску фирмы "ХМХ Гамбургер метали Хандель КБХ" к Северо-Западному таможенному управлению а возврате 100 тонн никеля и 25 тонн меди, приобретенных по дого­вору купли-продажи с АОЗТ "Ряд", Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ в своем определении записала:"Суд принял в качестве доказательств лишь ксерокопии документов, в том числе договора купли-продажи, соответствие которых с подлинником не удостоверено, а в судебном заседании достоверность ксерокопий подлинникам не была проверена".

Документы которые суд принял как доказательства оплаты по договору стоимости металла, в подлинниках отсутствуют. Данных о том, что суд обозревал подлинники документов, в протоколе судеб­ного заседания нет. Стороны же давали противоречивые объяснения по поводу того, как произведена оплата металла.

Немаловажным представляется еще один вид классификации судебных доказательств, из числа рассматриваемых в гражданско-процессуальной литературе, хотя в проведении этого вида классификации различные авторы и не достигли определенного единства.

Этот вид классификации проводится по источнику доказательств. Источником получения сведений могут являться, как люди, так и ве­щи. Поэтому основанию доказательства, обычно, делят на два вида -личные и вещественные. Объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов, большинство авторов бесспорно относит к разряду личных доказательств, столь же бесспорно вещи, различные предметы относят к вещественным доказательствам. Одна­ко, на этом единообразие в классификации данного вида заканчива­ется. Например, К.С. Юдельсон, кроме объяснений сторон, третьих лиц показаний свидетелей и заключений экспертов, к личным доказатель­ствам относит и письменные доказательства, правда лишь в том слу­чае, если они убеждают содержащимися в них сведениями /личные до­казательства в письменной форме/.

В том случае, если они убеждают своими свойствами, например, следами подчистки на документе, почерком, которым составлены, автор относит их к вещественным доказательствам.

Автор настоящей работы считает, что отнесение ряда письмен­ных доказательств к личным усложнит и без того непростой вопрос классификации доказательств по источнику, и потому их следует от­нести к разряду вещественных.

С.В. Курылев при классификации доказательств по источнику выделил третий подвид - смешанные доказательства, отнеся к ним заключения экспертов.

По мнению С.В. Курылева процесс формирования смешанных доказательств состоит из двух частей и информация о фактах извлека­ется из двух источников личного и вещественного.

Такая позиция представляется недостаточно убедительной. В основании деления средств доказывания должен быть положен способ закрепления информации. Если сведения о фактах находятся на пред­метах неживой природы - это вещественное доказательство, если та­кие сведения исходят от человека и доводятся до суда человеком -перед нами личное доказательство. Таким образом все средства до­казывания можно разделить на личные и вещественные. К первым сле­дует отнести объяснения сторон, третьих лиц, показания свидетелей и заключения экспертов. Ко вторым средствам доказывания -письменные и вещественные доказательства.

Рассматривая классификацию доказательств по вышеуказанным критериям следует помнить, что ни один из классифицирующих призна­ков не дает преимущества одному доказательству перед другими при их исследовании и оценке.

ГЛАВА II

Процесс доказывания в суде общей юрисдикции

1. Предмет доказывания

Предметом доказывания, согласно традиционно сложившейся точке зрения, являются только юридические факты основания иска и возра­жений против него, на которые указывает норма материального права, подлежащая применению.

Факты, которые являются объектом познания суда можно разделить на четыре вида:

1. Юридические факты материально-правового характера, кото­рые составляют предмет доказывания обосновывают требования и воз­ражения сторон.

2. Доказательственные факты.

3. Факты, имеющие исключительно процессуальное значение

4. Факты, установление которых суду необходимо для выполнения воспитательных и предупредительных задач правосудия.

Три последних группы фактов определяются в законе как "иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела" /ст.49 ГПК РСФСР/.

Доказательственные факты иногда называются в теории гражданского процесса выводными доказательствам. Например, сторона по делу может ссылаться на доказательственный факт отсутствия ее в том месте и в то время, когда заключалась сделка в связи с чем исключается вывод о возможности заключения сделки данной стороной.

С фактами, имеющими исключительно процессуальное значение

свя­зано возникновение права на предъявление иска, права на

приостановление производства по делу, его прекращение, а

также права на совершение иных процессуальных действий.

Установление тактов необходимых для выполнения судом воспитательных и предупредительных задач требуется для обоснования судом частного определения, т.е. принятия мер профилактического характера .

Факты любой из перечисленных групп, прежде чем суд примет их за существующие, требуется доказать с помощью судебных доказа­тельств.

Для обозначения всей совокупности фактов, подлежащих доказыванию употребляется термин "пределы докаэывания".

Таким образом, предмет доказывания есть особый процессуаль­ный институт, в который входят лишь те факты, которые имеют мате­риально-правовое значение, факты, без выяснения которых нельзя правильно разрешить дело по существу.

Предмет доказывания по гражданскому делу искового характера имеет два источника формирования:

- основание иска и возражение против иска;

- гипотезу и диспозицию норм материального права подлежащих применению.

На первоначальных этапах доказывания норма или "нормы

материального права определяется на основе утверждении сторон. На это,

в частности указал Пленум Верховного Суда РСФСР в постановлении "О

подготовке гражданских дел к судебному разбирательству".

В п.2 этого постановления говорится, что задачей подготовки дел к

судеб­ному разбирательству является уточнение исковых требований,

обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела.

В результате утверждений сторон определяется объем фактичес­кого материала, подлежащего установлению. По гражданскому процессуальному праву стороны не несут обязанности правового обеспечения иска. Юридическая квалификация отношений сторон лежит на обязанности суда.

При таком положении стороны могут не всегда точно ссылаться на {акты, имеющие правовое значение.

Объем фактов предмета доказывания в ходе процесса по гражданскому делу может подвергаться изменению. Изменение предмета до­казывания связано с правомочием сторон на изменение основания иска, увеличение или уменьшение размера исковых требование /ст.34 ГПК РФ. Реализация этих диспозитивных прав влечет изменение фактического состава, исследуемого судом и объема вовлекаемых доказательств.

В судебной практике определенную трудность вызывает правильное определение предмета доказывания при разрешении споров, выте­кающих из правоотношений, урегулированных нормами материального права с относительно определенной диспозицией/споры о лишении ро­дительских прав, о передаче детей на воспитание, о выселении за невозможностью совместного проживания и т.д./, когда суд должен учитывать конкретные обстоятельства дела сам призван оценивать те или иные факты с точки зрения их правовое значимости.

Такие нормы права получили в теории гражданского процесса название "ситуационных" норм.

Классификация фактов, составляющих предает доказывания по гражданским делам, проводится по нескольким признакам. Наиболее бесспорным является деление фактов по признаку соответствия их воле субъектов правоотношения. По этому критерию факты делятся на события и действия. События, с которыми норма права связывает пра­вовые последствия /например, непреодолимая сила/, не зависят от воли людей, тогда как действия, наоборот, носят волевой характер /например, заключение сделки/.

По признаку соответствия фактов установленному правопорядку они делятся на правомерные и неправомерные. Неправомерные, в свою очередь, подразделяются на гражданские правонарушения, уголовные преступления, административные проступки и т.д., в зависимости от того, норма какой отрасли права нарушается тем или иным действием.

Классификация фактов предмета доказывания по другим призна­кам является спорной в юридическое литературе. С точки зрения влияния фактов на права и обязанности спорящих сторон факты под­разделяются на порождающие права и обязанности, прекращающие права и обязанности, изменяющие права и обязанности.

Некоторые авторы, например, Клейман А.Ф. подразделяют факты по данному основанию на порождающие права и обязанности, прекра­щающие права и обязанности, изменяющие права и обязанности, препятствующие возникновению прав и обязанностей. Сторонники данной классификации видят ее процессуальное значение в том, что суд должен по конкретному делу исследовать все факты, всесторонне просле­дить динамику развития правоотношений, изучить, не возникли ли факты, изменяющие правоотношения или препятствующие их возникно­вению вообще.

К.С. Юдельсон в предмете доказывания выделил три различных группы фактов: факты правообразующие, факты легитимации и факты повода к иску.

Данная классификация была подвергнута критике С.В. Курылевым и Л.П. Смышляевым. Оба этих автора считали, деление фактов на правообразующие, легитимации и повода к иску теоретически и практически не имеющими значения для судебного доказывания.

Факты легитимации и факты повода к иску - это по существу факты правообразующие, поэтому нет необходимости выделять эти факты под названием фактов легитимации. Любой правообразующий факт связывает право истца с обязанностью конкретного ответчика. Два вида фактов не требуют проведения процессуальной деятельности по доказыванию и могут быть положены в обоснование решения суда как истинные.

1. Факты, признанные судом общеизвестными,

2. Факты преюдициальные /предрешенные/, т.е. установленные вступившими в законную силу решением или приговором суда /ст.55 ГПК РСФСР/.

По вопросу о том, какие факты не подлежат доказыванию, в юридической литературе высказывались различные мнения, К.С. Юдельсон относит к ним бесспорные /общеизвестные/ преюдициально установленные и подпадающие под действие презумпции .

Другие указывали на такие категории фактов как общеизвестные, преюдициально установленные и презюмированные.

Многие дискуссионные вопросы, связанные с основаниями освобождении от доказывания, были сняты в связи с реформированием гражданского процессуального законодательства.

Первым основанием освобождения от доказывания является общеизвестность факта. Обстоятельства, говорится в законе, признанные судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании /п.1 ст.55 ГПК РСФСР/. Общеизвестность факта может быть признана судом лишь при наличии двух условий: объективном - известность факта широкому кругу лиц; субъективность - известность факта всем членам суда.

Доказывание существования этих фактов в том виде, в каком они известны суду, было бы излишним, доказывание противоположного являлось бы прямой попыткой ввести суд в заблуждение.

Характер общеизвестности того или иного факта обычно сохра­няется в течение определенного периода времени и в определенном месте. Относительный характер общеизвестности обуславливает необ­ходимость отражения судом в материалах дела признания того или иного факта общеизвестным.

Факты, которые, хотя и известны суду, но не имеют широкой известности, не могут быть признаны неподлежащими доказыванию. Судебное решение должно основываться на материалах, рассмотренных во время разбирательства цела в судебном заседании, исследованных судом с участием заинтересованных в деле лиц. Поэтому внепроцессуальное знание судьи о каких-либо фактах имеющих отношение к делу, нельзя положить в основание решения.

Таким образом, факты, известные судьям; , но не являющиеся общеизвестными, подлежат доказыванию в обычном порядке.

Вторым основанием освобождения от доказывания является преюдициальность /предрешенность/ факта. Статья 214 ГПК РСФСР обязы­вает суд приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрежения другого дела, рассмат­риваемого в гражданском, уголовном или административном порядке. Невозможность рассмотрения дела - необходимость установления по другому деду фактов, имеющих преюдициальное значение для дела, подлежащего приостановлению.

Таким образом, преюдициально установленные факты согласно действующему закону /ч.ч.2, 3 ст.55 ГПК РСФСР/ - это факты, установленные либо решением суда по гражданскому делу, либо приговором суда по уголовному делу. Факты, установленные вступившим в законную силу решением суда по одному гражданскому делу не доказываются вновь при разбирательстве других гражданских дел, в которых участвуют те же лица.

Вступивший в законную силу приговор по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лиц, в отношение которых вынесен приговор суда, лишь по вопросам, имели ли место эти действия я совершены ли они данными лицами /ч.З ст.55 ГПК РСФСР/.

Отсюда видно, что обязательность вступившего в законную силу приговора несколько отличается от обязательности вступившего в законную силу судебного решения.

Обязательность вступившего в за­конную силу судебного решения ограничивается лишь установленным им фактом события или действия, а обязательность приговора рас­пространяется не только на установленное им действие, но и на факт совершения его данным лицом.

Такое различие в пределах обязательности вступившего в закон­ную силу приговора и судебного решения нельзя объяснить каким-либо преимуществом приговора перед судебным решением. Таких преимуществ ни юридически, ни фактически не существует. Различные пределы обязательности приговора и решения объясняются исключительно тем, что суд. рассматривающий гражданское дело в порядке гражданского про­цесса, не должен и не может заниматься вопросами установления уго­ловной вины. А не только потому, что между виной гражданской и уголовной существуют различия. Суть заключается в том, что сама гражданско-процессуальная форма осуществления правосудия приспо­соблена к рассмотрению гражданских, а не уголовных дел. Поэтому суд не может, рассматривая гражданские дела в порядке гражданского производства, одновременно разрешать вопросы об уголовных преступ­лениях, как при рассмотрении уголовных дел в порядке уголовного процесса - разрешать гражданские дела.

Исключение из этого правила составляют лишь дела по гражданским искам, вытекающим из преступлений

Частным и не абсолютным случаем освобождения от доказывания является признание стороной фактов, на которых другая сторона ос­новывает признания одной стороной фактов, другая сторона освобождается от дальнейшего доказывания этих фактов/ч.2 ст.60 ГПК РСФСР/.

Данная норма является новеллой , внесенной в ГПК РСФСР Федеральным законом от 27 октября 1995 г. "О внесении изменений и дополнений в гражданский процессуальный кодекс РСФСР", и демонстрирует развитие принципа состязательности на различных стадиях процесса.

2. Понятие судебного доказывания

Суд познает фактические обстоятельства дела посредством исследования и оценки доказательств. Задачей суда является защита прав и охраняемых законом интересов. Для осуществления такой защиты суд должен выяснить опорные правоотношения, т.е. в каждом конкрет­ном случае установить существует ли право, о защите которого про­сит истец и лежит ли на ответчике обязанность в выполнении иско­вых требований и в чем она заключается.

Судебное доказываете - это процесс, который состоит из утверждений сторон и других лиц, участвующих в деле, о фактах, имеющих правовое значение по делу /искомых фактах/, из указаний заинтересованных лиц на доказательства, представления доказательств, исследования и оценки доказательств.

В юридической литературе нет единства мнение по кардинальным вопросам доказывания - сущности, содержанию, субъектах. Но при всей неоднозначности всех точек зрения можно выделить два основных направления в разработке теории судебного доказывания. Одни авторы подходят к рассмотрению этой проблемы с позиции познавательной деятельности, считая что доказывание представляет собой процесс получения истинного знания об искомых доказательствах дела, реализуемый в деятельности суда и лиц, участвующих в деле, с использованием доказательств, предусмотренных законом. Так К.С. Юдельсон отмечает, что под доказыванием следует понимать деятельность субъектов процесса по установлению при помощи указанных законом процессуальных средств и способа объективной истинности наличия или отсутствия фактов, необходимых для разрешения спора между сто­ронами.

К субъектам доказывания указанный автор относит не только стороны, но и суд, третьи лица, представителей, прокурора.

При раскрытии сущности доказывания указанный автор исходил из учения об активной роли суда в достижении истины, в процессе собирания и исследования доказательств, из права суда ставить на свое обсуждение факты, на которые стороны не ссылались, если при этом суд не выходит за пределы оснований иска и возражений против него и, наконец, из обязанности суда принимать все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного выяснения действительных обстоятельств дела.

Концепция, в основе которой лежит суждение о судебном

доказывании на познании фактических обстоятельств дела, нашла свое

раз­витие в работах других авторов. В общей теории права эта идея

отстаивается С.С. Алексеевым "Доказывание представляет собой

исследовательскую деятельность, образующую само содержание

опосредован­ного юридического познания", -указывает автор. К числу

ученых-процессуалистов, не противопоставляющих познание и

доказывание относятся Д.П. Гуреев, Ю.К. Осипов, З.М. Семенов, М.К.

Треушников и др.

По мнению Л.И. Анисимовой, доказывание является способом познания и под этим следует понимать не только установление фактических обстоятельств, но и правовою квалификацию, вывод по делу.

Суть основной идеи, которая поддерживается другими авторами, сводится к разграничению понятии судебного доказывания и познания. Эта концепция развивалась в работах М.А. Гурвича, А.Ф. Клеймана, С.З. Курылева и др. Суждение С.З. Курылева "доказывание - не позна­ние, доказывание для познания" достаточно точно отражает главное

направление в теоретических исследованиях сторонников указанной

позиции .

М.А. Гурвич, говоря о сущности доказывания, указывал, что под доказыванием подразумевается деятельность, имеющая целью убедить суд в истинности рассматриваемых им фактов. А.Ф. Клейман считал, что субъектами деятельности, по убеждению суда, являются стороны, и поэтому в понятие судебного доказывания не следует включать исследование, проверку и оттенку доказательств .

Думается, что исключение процессуальных действий но исследованию доказательств судом, их проверке и особенно функций по оцен­ке доказательств из понятия доказывания, как это имеет место в суждениях А.Ф. Клеймана, обедняет все содержание судебного доказывания, ведь цель судебного доказывания не в механическом наполнении дела доказательствами, их собирании сторонами и представлении, а в извлечении из доказательств судом точных выводов для обоснования решения.

Если сводить судебное доказывание только к деятельности сто­рон по убеждению суда в истинности своих утверждении, то на прак­тике это может привести к определенным затруднениям.

При рассмотрении гражданских дел, - разъяснил Пленум Верхов­ного Суда РФ, - следует исходить из представленных истцом и ответ­чиком доказательств. Вместе о тем, суд может предложить сторонам представить дополнительные доказательства. В случае необходимости, с учетом состояния здоровья, возраста и иных обстоятельств, затруд­няющих сторонам возможность представления доказательств, без кото­рых нельзя правильно рассмотреть дело, суд по ходатайству сторон принимает меру к истребованию таких доказательств /ч.2 п.10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 8 от 31 октября 1995 г."О некоторых вопросах применения судами Конститу­ции Российской Федерации при осуществлении правосудия”.

С учетом проведенного анализа, по вопросу о понятии и сущнос­ти доказывания, и учитывая те кардинальные изменения и преобразо­вания российской правовой системы, взглядов на принципы гражданско­го процесса, особенно изменение сущности принципа состязательности и правовых норм, гарантирующих этот принцип, судебное доказывание можно определить как логико-правовую деятельность лиц, участвующих в деле. а также в определенной мере и суда, направленную на достиже­ние верного знания о фактических обстоятельствах возникновения, из­менения и прекращения правоотношении, осуществляемую в процессуаль­ной форме путем утверждения лиц, участвующих в деле ,о фактах, указа­ния на доказательства, представления их суду, оказания судом со­действия в собирании доказательств, исследования и оценки.

3. Относимость и допустимость судебных доказательств.

В процессе судебного доказывания с помощью судебных доказательств устанавливаются лишь те факты и обстоятельства, которые необходимо выяснить по рассматриваемому делу для его правильного разрежения, т.е. факты и обстоятельства, имеющие значение для рас­сматриваемого дела. Круг фактов, подлежащих установлению по деду, суд определяет исходя из требований и возражений, заявленных сторо­нами, а также, руководствуясь нормами материального права. После этого суд определяет, какие доказательства надо исследовать, чтобы выяснить наличие или отсутствие искомых фактов. Разрешая вопрос о том, какие доказательства могут быть допущены, суд руководствуется правилами относимости и допустимости доказательств. Полнота судеб­ного познания фактических обстоятельств по делу означает с одной стороны, привлечение всех нужных доказательств, а с другой - исклю­чение излишних, загромождающих процесс фактических данных. Принятие доказательств, не имеющих значения для дела, недопустимо. Изучение судебной практики показывает, что нередко судебные решения отменяют­ся в кассационном и надзорном порядке по тем основаниям, что суды первой инстанции не исследуют в полном объеме относящиеся к делу доказательства.

Так гр.Е. обратилась в Невский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением, в котором указала, что работала в АП "КСК" в должности технического секретаря, с 06.11.92 находится в отпус­ке по уходу за ребенком, получает пособие в сумме 136000 рублем, других доходов не имеет. В связи с тяжелым материальных положением решила прервать отпуск досрочно в соответствии со ст.167 КЗоТ обратилась с соответствующим заявлением к администрации АП "КСК", в котором просила предоставить прежнее место работы, однако до настоящего времени администрация АП "КСК" прежнего места работы ей не предоставила. На основании ст.167 КЗоТ и ст.151 ГК гр.Е., про­сила:

1. Обязать ответчика предоставить прежнее место работы

2. Взыскать с ответчика оплату за время вынужденного прогула с 24.04.95

2. Взыскать моральный вред в сумме 3000 рублей.

Решением Невского районного суда Санкт-Петербурга в удовлетворении исковых требование отказано.

Определением от 04.11.96. Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда, решение Невского районного суда отменено по следующим основаниям:

В соответствии со ст.167 КЗоТ РФ по желанию женщин им предоставляется отпуск по уходу за ребенком в возрасте до 3-х лет, он может быть использован полностью или по частям, гр. Е. 25,04.95 было подано заявление о прекращении отпуска и восстановление ее на работе в прежней должности технического секретаря.

Отказывая в удовлетворении исковых требовании суд пришел к выводу о том, что после 25.04.95 гр.Е. на работе не появлялась, к администрации о восстановлении на работе, не обращалась. Пропус­тила по неуважительной причине срок обращения за судебной защитой. Судебная коллегия сочла, что данный вывод основан на неполно и всесторонне исследованных доказательствах имеющихся в материалах дела.

Так судом не дана оценка заявлениям гр.Е. в адрес администра­ции и профсоюзного комитета от 25.04.95 о предоставлении ей преж­него места работы, а так же доводам истицы о том, что ее место ра­боты было занято другим, работником, что подтверждалось приказом от 20.07.93, об оформлении техническим секретарем гр. Е. на пе­риод нахождения в декретном отпуске гр. Е. что имело значение для правильного разрешения спора.

Не принято во внимание и то обстоятельство, что приказа о восстановлении истицы в ее трудовых правах не издавалось и заявление председателя исполкома гр. М. от 22.05.95 на имя директора "КСК", о необходимости обеспечения истицы равноценным местом работы, в соответствии с требованиями ст.167 КЗоТ РФ оставлено без рассмотре­ния.

Не нашли своей оценки в судебном решении и показания свидете­ля П., подтвердившего в судебном заседании доводы истицы об отказе администрации предоставить последней прежнее место работы, что имело существенное значение ,для правильного разрешения спора.

Противоречат имеющимся в деле доказательствам и выводы суда о

пропуске истицей срока для обращения за судебной защитой по

неуважительной причине,

поскольку гр.Е представлено достаточно данных о длительном тяжелом

заболевании ее мужа, окончившегося смертью в ноябре 1995, то есть уже после обращения в суд.

Судебная коллегия также указала, что при новом рассмотрении дела суду необходимо учесть вышеуказанное, расширить круг свиде­телей по заявленному иску и в зависимости от доказательств постановить решение.

При новом рассмотрении дела в Невском районном суде Санкт-Петербурга с ответчика была взыскана заработная плата за время вынужденного прогула истицы, моральный вред, в сумме 1000000 руб­лей. От требования о восстановления на работе истица отказалась в связи с тем, что к тому времени она уже трудоустроилась.

По основаниям неисследованности в полном объеме всех материа­лов дела, судебные решения, вынесенные судами первой инстанции, часто отменяются и в надзорном порядке,

Так решением Дзержинского районного суда удовлетворена жалоба гр.Р. - признано незаконным постановление Печорской таможни в отношении заявителя и решение Северо-западного таможенного Управления, прекращено производство по делу о НТП в связи с отсутствием в действиях гр.Р. состава таможенного правонарушения.

На решение Дзержинского районного суда прокурором Санкт-Петербурга был принесен протест.

Президиум Санкт-Петербургского городского суда отменил реше­ние Дзержинского районного суда, указав следующее: "Как следует из материалов дела, при осуществлении таможенного контроля на МАПП "Куничина Гора" автомобиля "Мицубиси Панджеро" под управлением гр.П, следовавшего из Латвии в РФ, по доверенности, зарегистрированной в Санкт-Петербурге нотариусом К., было установлено, что данный автомобиль принадлежит гр.Р. был ввезен им на территорию РФ в льготном порядке и оформлен в Балтийской таможне без права отчуждения. Од­нако, гр.Р. в нарушение требований "Общих правил перемещения через таможенную границу РФ транспортных средств физическими лицами", выдал гр.П. /не члену своей семьи/ доверенность на управление и распоряжение автомашиной с правом выезда за пределы России.

Постановлением заместителя начальника Печорской таможни гр.Р. признан виновным в совершении нарушения таможенных правил, предусмотренных ст.281 ТК РФ.

Северо-западное таможенное Управление РФ признало постановле­ние Печорской таможни обоснованным.

Дзержинский суд, удовлетворяя жалобу гр.Р., исходил из того, что Северо-Западное таможенное Управление РФ не представило доказательств нарушения гр.Р. таможенных правил.

Однако, с данным выводом суда президиум Санкт-Петербургского

городского суда не согласился и указал: “ Как следует из материалов

дела, факт выдачи гр. Р. гр. П. доверенности на право управ­ления и распоряжения принадлежащей ему /гр.Р./ автомашиной заяви­телем не оспаривался, копия данной доверенности имеется в материа­лах дела.

То обстоятельство, что указанная машина была ввезена на территорию Российской Федерации в льготном порядке, подтверждается удостоверением ввоза транспортного средства, выданного гр. Р. Балтийской таможней /ксерокопия последнего находится в деле/.

В выданном гр.Р. органами ГАИ свидетельстве о регистрации автомашины также имеется отметка: отчуждение запрещено.

В судебном заседании заявитель отрицая, что подписывал удостоверение, выданное Балтийской таможней, указал, что заключил с ТОО "Эдельвейс" договор поручения на приобретение автомашины, и не принимал участия в ее перемещении через границу и оформлении в таможне.

Районный суд согласился с доводами заявителя.

Между тем, из протокола опроса гр.Р. инспектором Печорской таможни следует, что гр.Р. признавал себя виновным в нарушении таможенных правил, указывал, что автомобиль приобретен им во время нахождения в Германии.

Данные показания суд не оценивал.

Представитель ТОО "Эдельвейс", который, по утверждению заявителя приобретал для него автомашину и занимался ее оформлением в таможне, судом допрошен не был.

При указанных обстоятельствах решение суда нельзя признать законным и обоснованным и подлежит отмене.

При новом судебном рассмотрении суду надлежит учесть изложенное, принять меры к всестороннему исследованию обстоятельств дела, правильному определению юридически значимых обстоятельств”.

Вместе с тем, как отметил Пленум Верховного Суда СССР в постановлении № 7 от 9 июня 1982 г. "О судебном решении", имеются случаи, когда в решениях приводятся данные, не относящиеся к обстоятельства и, имеющим значение для разрешения дела.

Относимость доказательств по тому или иному гражданскому де­лу определяется судом путем его оценочных суждение, однако каждое из этих суждений должно полностью соответствовать обстоятельствам конкретного случая. В данном случае, как и в других, "свобода судебного усмотрения, в действительности, означает ни что иное как свободу суда поступить в соответствии с обстоятельствами де­ла".

При решении вопроса об относимости доказательств прежде все­го необходимо определить относимость к делу тех фактов, для уста­новления которых привлекаются доказательства, и лишь затем "пу­тем логического анализа решить, может ли представляемое им иссле­дуемое доказательство подтвердить или опровергнуть относимые к де­лу факты".

Право суда отобрать только относящиеся к делу доказательства устанавливается ст.53 ГПК РСФСР, и это справедливо, ведь стороны и другие заинтересованные лица, представляя доказательства, могут ошибаться в опенке их относимости, либо могут сознательно уводить суд в сторону от объекта познания.

Принятие именно относимых к делу доказательств обеспечивает­ся определенными нормами гражданского процессуального законода­тельства. Так в соответствии с п.4 ст.126 ГПК РСФСР истец в иско­вом заявлении должен указать обстоятельства, на которых он основы­вает свои требования, и доказательства их подтверждающие.

В силу ст.ст.61, 63, 68 ГПК РСФСР лицо, ходатайствующее о вы­зове свидетеля, об истребовании или исследовании письменных или вещественных доказательств, обязана указать, какие обстоятельства могут быть установлены этими доказательствами.

Нормы материального и процессуального права не содержат

всеобъемлющих рекомендаций, касающихся относимости доказа­тельств по конкретным делам. Закон не в состоянии предусмотреть, в какой форме и где оставит сведения о себе тот или иной факт действительности, имеющий юридическое значение. Поэтому из норм материального права, регулирующих спорное правоотношение, суд ус­танавливает не круг относимых доказательств, а круг относящихся к делу юридических фактов, т.е. предмет доказывания по делу.

Убеждение судей в отношении отбора необходимого доказательственного материала основано на точном определении круга юридичес­ких фактов, являющихся основанием требований и возражений сторон и определяющих существо спора.

Если в определении фактического состава спорного гражданско­го правоотношения следует использовать критерий относимости юридических фактов, то в определении круга доказательственного материала таким критерием служит относимость доказательств. Это различные, но взаимосвязанные правовые критерии.

В зависимости от спорного правоотношения один и тот же факт по одному гражданскому делу может обладать свойством относимости и требовать доказывания с помощью относимых доказательств. По другому, на первый взгляд, аналогичному спору, этот факт не является относимым и не влечет его доказывания.

Так, при разрешении споров о взыскании алиментов с детей на родителей /ч.1 ст.87 Семейного кодекса РФ/ требуется выяснение фактов материального положения как истца, так и ответчика, а соот­ветственно, исследование доказательств, подтверждающих эти факты.

И наоборот, при разрешении споров о взыскании алиментов с родителей на детей /ч.1 ст.80 Семейного кодекса РФ/ факты материального положения взыскателя значения не имеют и доказательства, представленные в обоснование этих фактов, судом не принимаются как не имеющие значения для дела.

Так, факты, свидетельствующие об уважительной причине про­пуска срока на принятие наследства, подлежат установлению судом и соответственно по данной категории дел будут относимы все све­дения, представленные в подтверждение этих фактов.

Однако, аналогичные факты свидетельствующие об уважительнос­ти пропуска срока для предъявления претензий кредиторами наследо­вания к наследникам, не имеют значения и суд не вправе приобщать, исследовать и оценивать доказательства, представляемые в подтверждение этих фактов.

На объеме относимых доказательств сказывается и то обстоятельство, кто выступает субъектом конкретного спора. Например, юридическое лицо, участвующее в процессе в качестве истца или от­ветчика, может действовать на основании устава, либо учредитель­ного договора и устава, либо только учредительного договора. В учредительных документах юридического лица должны определяться наименование юридического лица, место его нахождения, порядок уп­равления деятельностью юридического лица, а также содержаться дру­гие сведения, предусмотренные законом для юридических лиц соот­ветствующего вида /ст.52 ГК РФ/.

Таким образом, правило об относимости доказательств позволяет определить необходимый объем доказательственного материала, устра­нив из процесса все не относящееся к делу, загромождающее процесс.

Закон /ст.54 ГПК РСФСР/ говорит фактически о допустимости средств доказывания, устанавливая в общем виде определенные средст­ва доказывания в подтверждение ряда юридических фактов.

Допустимость доказательств есть совокупность правил использования отдельных средств доказывания.

Правила допустимости доказательств возникли в русском дореволюционном гражданском судопроизводстве как результат усиленного проникновения в процесс письменных доказательств. Нормы о допустимости доказательств в процессе обладали принципом всеобщности, так как распространялись на все категории разрешаемых дел. Допустимость доказательств можно было расценивать как принцип гражданского процесса.

В современном гражданском судопроизводстве нормы права, устанавливающие ограничения в использовании доказательств, утратили свойство всеобщности, характерное для любого принципа процесса, свойство основного положения права.

Гражданский процесс является формой защиты не только гражданских прав в собственном смысле этого слова, в отношении подтверждения которых и существуют, как правило, ограничения в использо­вании доказательств, но и широкого круга трудовых, семейных и иных субъективных прав и интересов.

Нормы, определяющие правила допустимости, находятся в различных отраслях права.

Они устанавливают различный порядок использования доказательств судом.

Наличие допустимости доказательств как нормы процессуального закона традиционно объясняется существованием письменной формы ряда сделок в гражданском праве и последствиями нарушения сторо­нами этого предписания закона.

Форма договоров рассматривается как одна из гарантий устойчивости гражданского оборота. Ограничение в применении личных дока­зательств, в частности, свидетельских показаний, в свою очередь, выступает в качестве процессуальной меры, содействующей сохране­нию устойчивости гражданских, правоотношений, в основе которой ле­жат сделки.

В зависимости от последствий нарушения письменной формы все сделки делятся на две группы:

1. Сделки, для которых законом установлена простая письмен­ная форма, нарушение которой влечет последствия в виде лишения стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки на свидетельские показания п.1 ст.162 ГК РФ.

2. Сделки, для которых установлена простая или нотариальная форма сделок, а также их регистрация, когда нарушение формы вле­чет недействительность сделки.

В литературе была высказана и другая точка зрения, согласно которой правила допустимости распространяются только на те сделки, по отношению к которым, в связи с нарушением их формы установлено запрещение ссылаться на свидетельские показания.

Однако, более правильным кажется деление всех сделок, в зависимости от последствий, нарушения письменной формы на две вышеуказанные группы. Эта точка зрения опирается и на практику судов.

Верховный Суд СССР разъяснил” что по делам об освобож­дении имущества от ареста, важно иметь в виду следующее. Ес­ли принадлежность истцу имущества может быть подтверждена лишь определенными средствами доказывания /ст.17 Основ граж­данского судопроизводства/, суд должен принимать во внимание только допустимые средства доказывания, в частности, нотариаль­но удостоверенные документы, когда право на имущество может быть по закону доказано только такими документами.

Указание закона на недействительность сделки при наруше­нии ее формы есть та мера, с помощью которой государство воз­действует на участников правоотношений, она является санкцией нормы права, влияющей на применение правил допустимости дока­зательств.

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято лицом, получившим оферту, путем совершения в срок указанный для ее акцеп­та действий по выполнению условий договора, зафиксированных в оферте /ст.ст.160, 434. 438 ГК РФ/.

При совершении сделок может быть использовано факсимиль­ное воспроизведение подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронно-цифровой подписи либо иного аналога собственноручной подписи в случаях и порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашениями сторон /ч.2 ст.160 ГК РФ/.

Согласно ст.161 ГК РФ в простой письменной форме должны совершаться:

1. Сделки юридических лиц между собой и гражданами.

2. Сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случаях, предусмотренных законом независимо от суммы сделки. Несоблюдение простой письменной формы сделки в соответствии с п.1 ст.162 ГП РФ лишает сторону возможности в подтверждение сделки и ее условий ссылаться на свидетельские показания, а так же при наличии условий указан­ных в П.2 ст.162 ГК РФ влечет недействительность такой сдел­ки.

Нотариальное удостоверение письменных сделок обязательно:

1. В случаях, указанных в законе.

2. В случаях, предусмотренных соглашением сторон, хотя бы по закону для сделок данного вида нотариальная форма не тре­бовалась.

Несоблюдение нотариальной формы сделки влечет за собой не только запрет ссылаться на доказательства, не соответствую­щие форме сделки, но и ничтожность сделки.

Но в том случае, если одна из сторон полностью или частич­но исполнила сделка, требующую нотариального удостоверения, а другая сторона уклоняется от такого удостоверения сделки, суд может по требованию исполнившей сделку стороны признать сделку действительной. В этом случае последующее нотариальное удосто­верение сделки не требуется.

В соответствии с федеральным законом "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" всту­пившем в силу 31 января 1998 г. и ст.131 ГК РФ сделки с недви­жимым имуществом, а так же ограничения /обременения/, то есть наличие установленных законом или уполномоченными органами в предусмотренном законом порядке условий, запрещений, стесняющих правообладателя при осуществлении права собственности, либо иных вещных прав на конкретный объект недвижимого имущества /сервиту­та, ипотеки, доверительного управления, аренды, ареста имущест­ва и других/, подлежат государственной регистрации, причем с мо­мента вступления в силу вышеуказанного закона не требуется обя­зательного нотариального удостоверения сделок, связанных с от­чуждением недвижимого имущества.

Орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней, обязан по ходатайству правообладателя удостоверить произведенную регистрацию путем выдачи докумен­та о зарегистрированном праве или сделке либо совершением надпи­си на документе, представленном для регистрации.

Несоблюдение требований о государственной регистрации сделки влечет ее недействительность. Такая сделка считается ничтожной.

В случае уклонения одной из сторон от регистрации сделки суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о регист­рации сделки /ч.З ст.165 ГК РФ/, отказ в государственной регистра­ции права на недвижимость или сделки с ней либо уклонение соот­ветствующего органа от регистрации могут быть обжалована в суд /п.5 ст.131 ГК РФ/.

Таким образом, сделка, требующая нотариального удостоверения, либо государственной регистрации, либо и того и другого, если это предусмотрено законом или договором /но оформленная ненадлежащим образом/ может быть признана судом действительной, но только при условии доказанности самого договора допустимыми доказательствами.

Так по гражданскому делу по иску Белых.А и Белых.Л к Полеву В. об истребовании автомашины и по встречному иску Полева В. о признании действительным договора купли-продажи автомашины суды допустили ошибку, признав действительный договор, требующий нота­риального удостоверения и специальной регистрации на основании только свидетельских показаний без существования договора в пись­менной форме.

Действующим законодательством предусмотрена обязательная письменная форма для таких договоров как: договор о залоге /ст.339 ГК РФ/, договор поручительства /ст.562 ГК РФ/, банковская гарантия /ст.368 ГК РФ/, соглашение о задатке /ч.2, ст.380 ГК РФ/, договор продажи недвижимости подлежит государственной регистрации /ст.550-551 ГК РФ/; договор продажи предприятия /ст.559-560 ГК рф/; договор дарения недвижимого имущества - подлежит государственной регистрации /ч.З ст.574 ГК РФ/; договор дарения движимого имущест­ва, если даритель юридическое лицо и стоимость дара более пяти минимальных размеров оплаты труда, а также, если договор содержит обещание дарения в будущем /ст.574 ГК РФ/; договор ренты с обяза­тельным нотариальным удостоверением договора и государственной ре­гистрацией /ст.584 ГК РФ/; договор аренды, если он заключен на срок более одного года, а также если одна из сторон - юридическое лицо /ст.609 ГК РФ/; договор займа, если сумма договора превыша­ет десять минимальных размеров оплаты труда, а также если заимода­вец - юридическое лицо /ст.808 ГК РФ/; кредитный договор /ст.820 ГК РФ/; договор банковского вклада /депозит/ /ст.836 ГК РФ/; дого­вор хранения /ст.387 ГК РФ/ между юридическими лицами, между граж­данами и юридическими лицами, между гражданами, если стоимость передаваемой на хранение вещи не менее чем в десять раз превышает минимальный размер месячной оплаты труда - специфика применения правил допустимости доказательств по договору хранения состоит в том, что несоблюдение письменной формы не лишает стороны права ссылаться на свидетельские показания в случае спора о тождестве вещи. принятой на хранение и вещи, возвращенной хранителем /ч.З ст.887 ГК РФ/: договор страхования /ст.940 ГК РФ/.

Практика по рассмотрению судами споров, вытекающих из сделок, свидетельствует, что иногда стороны /граждане, но не организации/ не имеют допустимых доказательств в подтверждение сделки потому, что были связаны при совершении сделок обстоятельствами этического порядка. Но действующее гражданское и гражданско-процессуальное законодательство не содержит никаких исключений на этот счет.

Правила о допустимости доказательств носят императивный характер и не содержат никаких изъятий. Вероятно, было бы полезным иметь в законодательстве ряд исключений, допускающих свидетельские показания в случаях:

1. Утраты письменного доказательства не по вине стороны.

2. Совершения сделки между близкими родственниками или в условиях, затрудняющих получение письменного доказательства, если суд сочтет допрос свидетелей необходимым, исходя из конкретных обстоятельств дела.

3. Наличия по делу письменных доказательств, содержание кото­рых требует уточнения, конкретизации правоотношений и фактов с по­мощью других средств докаэывания.

Ведь правила допустимости с отрицательным "негативным" содержанием, включающие запрет ссылаться на свидетельские показания в случае спора, по сути, являются санкциями за нарушение формы сделок, Эти санкции направлены к тому, чтобы участники правовых отношений закрепляли правовую информацию в неизменном виде, устойчиво и в расчете на ее сохранение длительное время. Но сделка, совершенная например, между близкими родственниками, в большинстве случаев, будет обладать достаточной устойчивостью в большей степени из-за доверительных отношений между сторонами, поэтому установленная законом форма сделки часто не соблюдается. Поэтому, думается, что стороны не оформившие сделка в установленной законом форме по обстоятельствам этического порядка: родственных и товарищес­ких связей, чувства долга и уважения, ситуации, затрудняющей по­лучение письменных доказательств, могли бы быть освобождены от санкций за нарушение формы сделки с тем, чтобы, возможно, в боль­шем объеме защитить свои права.

Разумеется, такие исключения не должны применяться в тех случаях, когда несоблюдение простой письменной формы, сделки повлечет ее недействительность /ч.2, ст.162 ГК РФ/.

Нормы, определяющие допустимость доказательств в гражданском процессе, находятся в различных отраслях права, но они в опреде­ленной степени регулируют отношения, возникающие в процессе осу­ществления доказательственной деятельности и способствуют наибо­лее всестороннему и полному исследованию обстоятельств дела.

3. Распределение обязанностей по доказыванию.

Право доказывания есть возможность представления доказа­тельств, участия в их исследовании, предварительной оценке, гаран­тированная совокупностью процессуальных норм и реализуемая самими заинтересованными лицами лично в соответствии со своими процессуальными интересами и выбором меры поведения. Право реализуется по во­ле самих управомоченных лиц.

Обязанность доказывания в отличие от права есть необходимость совершения комплекса действий по доказыванию, которая определяется не выбором или усмотрением субъекта доказывания, а угрозой наступ­ления неблагоприятных последствий в случае их невыполнения или иными мерами воздействия, например, отказом суда признать существовавшим факт, утверждаемые стороной, в случае невыполнения обязанности по его доказыванию.

Обязанность по доказыванию исполняется только путем реализа­ции процессуальных прав по ознакомлению с материалами дела, представлению доказательств, участию в их исследовании, т.е. прав по доказыванию.

Следовательно, специфика процессуальных отношений такова, что о доказывавши можно говорить одновременно и как о праве, и как об обязанности определенных участников процесса.

Сторона, представляющая доказательства, реализует свое пра­во на докаэывание и одновременно исполняет обязанность по доказы­ванию поскольку в соответствии с законом каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на осно­вание своих требований и возражений /ч.1 ст.50 ГПК РСФСР/.

Тем, кто ссылается на существование каких-либо обстоятельств, считая их юридическими фактами, порождающими, изменяющими или пре­кращающими определенные права и обязанности, должен и доказать наличие этих обстоятельств. Если при доказывании их он ссылается на доказательственные факты /например, по делам о признании запи­си отцовства недействительной истец может ссылаться на доказательственный факт длительного отсутствия его в месте проживания ответчицы, в связи с чем исключается вывод об отцовстве /алиби/ он обязан доказать их, так как доказывание доказательственных фак­тов, подтверждающих обстоятельство предмета доказывания, есть, в конечном счете, доказывание самих этих обстоятельств, которые он обязан доказать.

Такое распределение обязанностей по доказыванию различных обстоятельств является наиболее целесообразным. Доказать существо­вание обстоятельства /так называемый "положительный факт"/ всегда гораздо легче, чем доказывать его отсутствие /"отрицательный факт"/, так как "положительный факт" оставляет следы, отпечатки, если он действительно существовал, в то время как отсутствие фактов, ес­тественно, никаких материальных следов "оставить" не может. Кроме того, доказать определенное обстоятельство легче тому, кто знает о нем, знает какими доказательствами может быть подтверждено его существование, где их найти и т.д.

Правовую природу обязанностей по доказыванию и правил их распределения нельзя объяснить точно, если рассматривать вопрос в отрыве от действия ряда принципов гражданского процессуального пра­ва, а именно: принципа равноправия сторон и состязательности.

В гражданском процессе участвуют, как правило, две стороны с равными процессуальными правами, каждая из которых имеет право на получение законного и обоснованного судебного решения. Стороны в соответствии с принципом состязательности и своими интересами наполняют дело судебными доказательствами, стремясь к получению благоприятного решения. Когда же представленных доказательств недостаточно, суд ставит на обсуждение вопрос, кто из сторон и ка­кие фактические обстоятельства должен доказывать. Круг фактов, подлежащих доказыванию каждой из сторон в конкретном гражданском деле, определяется с учетом содержания материально-правовой нормы, регулирующей спорное правоотношение.

Одним из важных вопросов, связанных с распределением бреме­ни доказывания в состязательном процессе, является вопрос об обязанности первичного доказывания. Практически в любом деле суду необходимо определить, кто из участников спора я в отношении ка­кого обстоятельства должен первым представить доказательства. Но вместе с тем, в ряде случаев важно также иметь критерий определе­ния того, кто проиграл процесс, если доказательств оказалось не­достаточно для подтверждения наличия или отсутствия юридически значимых обстоятельств. То есть, может ли суд отказать в иске по мотиву того, что истец не доказал обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих требований? Такая ситуация вполне может возникнуть в условиях состязательности процесса и надо от­метить, что судебная практика вырабатывает пути ее решения на ос­нове современной концепции состязательности.

Постановлением начальника Петропавловск-Камчатской таможни за нарушение таможенных правил, предусмотренных ст.276 Таможенно­го Кодекса РФ, с СП "Камсинг " взысканы штраф в размере 200 про­центов стоимости товара, явившегося непосредственным объектом на­рушения таможенных правил, а также стоимость этого товара.

СП "Камсинг" обратилось в суд с жалобой об отмене административного взыскания. Решением Петропавловск-Камчатского городского суда жалоба заявителя удовлетворена, но постановлением Президиума Камчатского областного суда по протесту председателя этого ;ке су­да решение народного суда отменено и дело направлено на новое рас­смотрение.

При новом рассмотрении дела тот же народный суд в удовлетворении жалобы СП "Камсинг" отказал. Заместитель председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене решения суда и направлении его на новое рассмотрение, мотивируя тем, что оно

поставлено без учета всех имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ при рассмотрении протеста установила, что вывод суда нельзя при­знать законным поскольку он сделан без учета всех имеющих значе­ние для дела обстоятельств. Ссылаясь на наличие доказательств, суд не привел в решении ни их содержания, ни обстоятельств, кото­рые ими подтверждаются. Некоторые указанные в решении доказатель­ства и признанные как установленные обстоятельства не основаны на материалах дела.

Обязанность доказывания имеет двойное содержание: материально-

правовое и процессуальное.

Материально-правовое содержание этой обязанности состоит в том, что, в случае ее невыполнения обязанным субъектом доказызания и невозможности получения доказательств, суд имеет право признать факт, на который ссылалось заинтересованное лицо, не существовав­шим или наоборот, как это имеет место при действии презумпций, существовавшим, если иное не доказано другой стороной.

С установлением факта или его отрицанием непосредственно связаны материально-правовые последствия для субъекта доказывания, в частности, для стороны, заявителя.

Обязанность представления доказательств как процессуальная обязанность вменяется не только сторонам, но и другим субъектам доказывания. Хотя ст.50 ГПК РСФСР прямо не говорит о том, обяза­ны ли доказывать существенные для дела обстоятельства другие, кро­ме сторон, лица, участвующие в деле, ее действие распространяется на всех участников процесса.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования на предмет спора, пользуется всеми правами и выполняет все обязанности истца, доказывает обстоятельства, которыми оно обосновывает свои требования.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, долж­но доказывать факты влияющие на его отношение со стороной в про­цессе, Прокурор и другие организации или граждане, предъявляющие иск в защиту интересов других лип, обязаны доказать обстоятельства, лежащие в основании предъявленного ими иска.

Большинство авторов, затрагивающих тему распределения обязанностей по доказыванию, признает, что доказывание в гражданском процессе является юридической обязанностью.

Если обязанная сторона не представила доказательств в обоснование утверждаемого факта, суд может отвергнуть как несуществующий данный факт.

Наряду о общим правилом распределения обязанности доказывания, сформулированными в ч.1 ст.50 ГПК РСФСР, законодательство содер­жит специальные правила распределения обязанности показывания от­дельных обстоятельств.

Суть указанных специальных правил состоит в том, что сторона, которая в силу общего правила должна была бы доказывать наличие данного обстоятельства, освобождается от такой обязанности, а на другую сторону возлагается обязанность доказывания отсутствия этого обстоятельства. Вместо обязанности доказывания "положитель­ного факта" на другую сторону переносится обязанность доказывания противоположного "отрицательного факта". Такие специальные прави­ла распределения обязанности доказывания определенных обстоятельств называются доказательственными презумпциями.

Доказательственные презумпции формулируются обычно в нормах материального права. Наиболее распространены две доказательствен­ные презумпции:

1. Презумпция лица, нарушившего обязательство

2. Презумпция вины причинителя внедоговорного вреда.

Лицо, не исполнившее обязательство или исполнявшее его ненадлежащим образом, несет ответственность лишь при наличии вины. От­сутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Предъявляя иск о взыскании убытков или неустойки, кредитор в обоснование своего требования ссылается, на то, что должник умыш­ленно или неосторожно нарушил обязательство. По общему правилу распределения обязанности доказывания он должен был бы доказать все обстоятельства, являющися основанием и условием ответствен­ности должника: неисполнение или ненадлежащее исполнение послед­ним обязательства, причинение этим ему убытков, вину должника. Однако, наличие презумпция вины должника в нарушении обязательст­ва приводит к тому, что кредитор освобождается от обязанности доказывать наличие вины ответчика. Напротив, если должник, желая освободиться от ответственности, отрицает свою вину в нарушении обязательства, обязанность доказывания вины возлагается на него.

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный организации, подлежит возмещению в полном объе­ме лицом, причинившим вред, как правило, лишь при наличии вины последнего в причинении вреда. Однако потерпевший, предъявивший иск, не обязан доказывать факты причинения ему вреда неправомер­ными действиями ответчика, а напротив, причинитель, ссылающийся на то, что вред им причинен случайно, обязан доказать отсутствие вины.

В нормах гражданского права содержатся и некоторые другие доказательственные презумпции. Такими презумпциями, например, являются: презумпция прекращения обязательства в случае нахождения долгового документа у должника презумпция вины нанимателя в ухудшении нанятого имущества, презумпция вины перевозчика в утрате, повреждении или недостаче принятого к перевозке груза, или багажа, и ряд других презумпций.

В нормах иных отраслей материального права презумпции так четко, как в нормах гражданского права не сформулированы. Однако, существование некоторых презумпций в семейном праве не вызывает сомнений. Например, презумпция, согласно которой родителями ребен­ка считаются те граждане, которые записаны в качестве отца и ма­тери в книге записей актов гражданского состояния. Предъявляя иск к гражданину, который записан в качестве отца, о взыскании алимен­тов, мать ребенка не обязана доказывать, что последний является отцом ребенка. Напротив, если ответчик не считает себя отцом ре­бенка и поэтому возражает против иска о взыскании алиментов, он, в силу действия презумпции, обязан доказать, что не является отцом ребенка.

Следует признать существование некоторых презумпций в трудовом праве. Если гражданин, уволенный с работы по инициативе администрации, предъявляет иск о восстановлении на работе, то не он должен доказывать наличие обстоятельств, свидетельствующих о незаконности действий администрации предприятия, а ответчик должен доказать, что его администрация уволила правильно, при наличии обстоятельств, дающих ей на это право.

Согласно ч.2 ст.6 Закона РФ "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" от 27 апреля 1993 года /с изменениями и дополнениями от 15 ноября 1995 года/, на государственные органы, органы местного самоуправления, учрежде­ния предприятия и их объединения, общественные объединения, а также на должностных лиц, государственных служащих, действия /ре­шения/ которых обжалуются гражданином, возлагается обязанность документально доказать законность обжалуемого действия /решения/.

Доказательственные презумпции построены в виде предположений о

существовании одних фактов при наличии других.

Это приводит иногда к выводу, что презюмируемые обстоятельст­ва, якобы, считаются существующими, что закон освобождает от их докаэывания. Но это не так. Действительно, презумпции основаны на высокой степени вероятности существования одних фактов при нали­чии других. Причинение вреда в большинстве случаев происходит по вине причинителя, а. нарушение обязательств - по вине недобросо­вестного должника. Лица, записанные в качестве родителей ребенка в книге записей актов гражданского состояния, в подавляющем

большинстве случаев являются таковыми в действительности. Однако, если освободить презюмируемое обстоятельство от доказавания, то это означало бы признание того, что в основу судебного решения по­ложена лишь вероятность существования его а не достоверное значе­ние о его существовании.

Поэтому, значение презумпций исчерпывается тем, что они представляют собой особые правила, распределений обязанностей доказывания.

В основе таких правил лежит принцип процессуальной экономии. Раз при данной ситуации презюмируемое обстоятельство скорее всего существует, разумнее не возлагать на заинтересованное лицо обязанность его доказывания , а напротив, возложить обязанность доказывания обратного на то лицо, которое утверждает, что презюмируемое обстоятельство в действительности в данном конкретном случае не существует.

Из этого и исходит законодатель.

Установление законом правила распределения обязанностей доказывания применяется вне зависимости от формы судебной защиты и одинаково проявляется во всех видах исков.

Сторона, утверждающая о принадлежности ей права, которому соответствует обязанность другое стороны, должна доказать ту часть обосновывающих это утверждение фактов, обязанность докаэывания которых на нее возложена. Другая часть имеющих значение для дела фактов доказывается стороной, которая наличие права и соответствующей обязанности оспаривает.

В исках о присуждении и в положительных исках о признании, как говорилось выше, утверждает о принадлежности ему права истец, он и доказывает обосновывающие наличие права факты, ответчик же, возражая против иска, доказывает факты, служащие основанием возражений.

Несколько по другому обстоит дело в отрицательных исках о признании, где стороны "меняются" местами. Иск предъявляет не управомоченная сторона, а обязанная, но отрицающая наличие права у ответчика и потому оспаривающая свою обязанность. Сторона, утверждающая о наличии у нее соответствующего права выступает в качестве ответчика. Возникает проблема: изменяется ли в связи с этим порядок распределения обязанностей по доказыванию? Предме­том рассмотрения и исследования здесь является правоотношение по требованию о признании его несуществующим. Здесь также неиз­вестно, существует ли это правоотношение или нет. Следует ли при распределении доказывания исходить из того, что оно существует или из того, что оно не существует?

При рассмотрении положительного иска о признании в соответствии с правилами о распределении доказывания, суд считает правоот­ношение несуществующим, пока обратное не доказано, в связи с этим доказывание начинает истец.

По отношению к отрицательным искам о признании возможны два подхода к решению этого вопроса: или исходить из того, что правоотношение существует, пока истцом не доказано обратного, или же из того, что правоотношения не существует, тогда обязанность начинать доказывание будет лежать на ответчике, а не на истце.

Останавливаясь на вопросе о распределении времени докаэывания в отрицательных исках о признании, К.С. Юдельсон исходит из того, что оспариваемое правоотношение имеет определенное выраже­ние вовне и поэтому истец должен доказать, что в действительности не было всех элементов фактического состава и правоотношение не возникло, хотя внешне оно кажется существующим. Далее поясняется, что обязанность доказывают лежит на истце независимо от того, ос­новывает ли он иск на правопрепятствующем факте или на оспаривании бытия факта правопроизводящего.

С таким существенным различием распределения обязанностей доказывания в положительных и отрицательных исках о признании не согласен Л.П. Смышляев :"Нет никаких оснований к тому. чтобы спорное правоотношение, не бывшее ранее предметом судебной проверки, счи­тать существующим, пока обратное не докажет истец, и возлагать на последнего всю тяжесть доказывания, совершенно освобождая от доказыванин ответчика. Кроме того, это повлекло бы к ничем не оправданному отказу от установленных законом правил распределения доказывания, от принципов, заложенных в их основе..."

В отрицательных исках о признании эти правила должны проявляться в том же виде, о каком они проявляются в положительных исках о признании и в исках о присуждении. В соответствии с правила­ми ответчик должен доказать ту часть фактов, обосновывающих его право, которую он должен был бы доказать в его иске о присуждении или в положительном иске о признании. Соответственно истец должен доказывать другую часть фактов, опровергать существование правоотношения. Конечно, докаэывание ответчиком фактов обосновывающих его право, может значительно облегчаться тем, что эти факты полностью или в части признаются истцом.

Приведенный выше анализ правил распределения обязанностей доказывания по роду материально-правовых институтов свидетельству­ет об их многообразии, об индивидуальном подходе законодателя к регулированию обязанностей доказывания в различных институтах.

Важное процессуальное значение института распределения между сторонами обязанностей по доказыванию заключается в том, что обязанности по доказыванию распределяются законом и что возможность возложенния обязанностей доказывания на ту или другую сторону усмотрением суда исключается.

Как способ борьбы против сокрытия доказательств в ГПК РСФСР впервые введены презумпции законом от 27 октября 1995 г. "О внесе­нии изменений и дополнений в ГПК РСФСР".

В отношении стороны, удерживающей у себя и не представляющей по требованию суда письменное или вещественное доказательство, суд вправе установить, что содержащиеся в доказательстве сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, стороной признаны /ст.65, 70 ГПК РСФСР/.

В случае уклонения стороны от участия в экспертизе /неявки на экспертизу, непредставление экспертам необходимых предметов исследования и тому подобное/, когда по обстоятельствам дела без учас­тия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того. какая сторона уклоняется от экспертизы, а также, какое для нее она имеет значение, вправе признать сроки, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергну­тым /ч.4 ст.74 ГПК РСФСР/.

ГЛАВА III

СРЕДСТВА ДОКАЗЫВАНИЯ

1. Объяснения сторон и третьих лиц

ГПК РСФСР наделяет стороны и третьи лица широким кругом прав и обязанностей. Так, например, в соответствии со ст.ст.30,34 ГПК РСФСР истец имеет право изменить основание или предмет иска, уве­личить или уменьшить размер исковых требований, отказаться от ис­ка. Ответчик вправе признать иск. Стороны также имеют право окон­чить дело мировым соглашением, если это не противоречит закону и не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц.

Равноправие сторон - одно из принципиальных положении исково­го производства, обусловленное равенством граждан перед законом и судом. Согласно ст.30 ГПК РСФСР стороны и третьи лица принимают ак­тивное участие в представлении и исследовании доказательств, имеют право высказывать свои доводы и соображения по всем обсуждаемым вопросам, выступая в прениях могут высказывать свое мнение о приме­нении нормы права по делу, обжаловать решения и определения суда, а также другими правами.

Стороны и третьи лица имеют право давать суду свои объяснения. М.К. Треушников в объяснениях сторон выделяет пять элементов:

1. Сообщения, сведения о фактах, т.е. доказательства.

2. Волеизъявления.

3. Суждения о юридической квалификации правоотношений.

4. Мотивы, аргументы, с помощью которых каждая сторона осве­щает фактические обстоятельства в выгодном для себя аспекте.

5. Выражение эмоций, настроений.

При таком многообразии объяснений сторон и третьих лиц для суда доказательственную силу имеет лишь та их часть, которая со­держит сообщения и сведения о фактах, имеющих значение для объек­тивного разрешения дела.

Как участники спорного правоотношения, стороны субъективно заинтересованы в исходе дела. Именно эта заинтересованность может иметь как положительные, так и отрицательные последствия.

С одной стороны заинтересованность может оказывать влияние на правдивость объяснение, поскольку искушение скрыть определенные факты или изложить их в выгодном для себя свете в данном случае очень велико. Именно поэтому суд обязан тщательно проверить и оце­нить объяснения сторон наряду с другими доказательствами, собранны­ми по делу /ст.60 ГПК РСФСР/.

Невыполнение этого требования может привести к отмене реше­ния суда.

Так, по иску ГПРЭП Невского района, решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 04.11.96 гр. Иванов А.В. выселен из комнаты 17,33 м.кв., из кв.83, д.13/2 по ул. Большевиков без предоставления другого жилого помещения. В выселении гр. Ивановой М.С. с ребенком, 1986 г.р., отказано.

В своей кассационной жалобе ГПРЭП Невского района настаивало на отмене судебного решения как незаконного.

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда, исследовав материалы дела, доводы кассационной жалобы нашла, что решение суда подлежит отмене, исходя из следую­щего :

Удовлетворяя исковые требование ГПРЭП Невского района о

выселении Иванова А.З. и отказывая в выселении Ивановой М.С. с

ребенком, суд принял во внимание , что ответчик /Иванов А.В./, которому

выдано данное жилое помещение в связи с трудовыми отношениями,

уволен из ГПРЭП по собственному желанию и не относится к ка­тегории

лип, не подлежащих выселению по основаниям требований ст.108 ЖК

РФ, тогда как его бывшая жена Иванова М.С., после выез­да Иванова А.В.

из комнаты на другое место жительства, стала оди­нокой матерью и не

могла быть выселена с ребенком без предоставле­ния жилья.

Между тем, данный вывод суда противоречит нормам жилищного законодательства и материалам, имеющимся в деле,

Как видно из дела, спорная жилая площадь была действительно предоставлена Иванову А.В. в связи с трудовыми отношениями 02.07.92.,04.09.95 Иванов А.В. уволен из П1РЭП Невского района по ст.31 КЗоТ.

Данных о том, что ответчик выбыл со спорной жилой площади судом не добыто, поскольку они основаны только на объяснениях Ивановой М.С. заинтересованной в исходе дела.

Помимо того, дело рассмотрено в отсутствии Иванова А.В.. ко­торый о явке в судебное заседание не предупреждался и причины его непроживания в спорной комнате, которые имели существенное значе­ние для правильного применения судом требований ст.108 ЖК РФ, су­дом не выяснялись, что противоречило разъяснениям п.19 постановле­ния Пленума Верховного Суда СССР от 03.04.87 "О практике примене­ния судами жилищного законодательства".

Но в любых объяснениях сторон содержится доказательственная информация, что позволяет суду определить предмет доказывания.

Являясь участниками правоотношений, истец и ответчик, а так­же другие лица, отстаивающие свой интерес в процессе, лучше чем кто-либо другой, знают о существовании или отсутствии фактических оснований, с которыми связано возникновение, изменение и прекраще­ние правоотношений.

Особое место среди объяснений сторон занимает признание.

Признание-объяснение, в котором содержится подтверждение

о фактах или обстоятельствах, сообщенных противоположной стороной.

В юридической литературе принята классификация признания

фактов на судебные и внесудебные.

Судебным признанием называют признание, совершенное в суде в ходе судебного разбирательства. Такое признание заносится в про­токол судебного заседания и подписывается стороной, признавшей факт. Если суд выносит определение о принятии признания, то сторо­на, которая основывает свотребования на признанных фактах, осво­бождается от их доказызания.

Судебным признанием являются и письменные объяснения сторон, при ее отсутствии в заседании, адресованные суду и выполненные в предусмотренной процессуальной форме.

Судебное признание рассматривается как доказательство, так как подтверждает факты и доказательства, на которые ссылается другая сторона. Такое признание может быть принято судом как доказательство лишь в том случае, если суд не сомневается, что та­кое признание было сделано не с целью скрыть действительные обстоятельства дела, а также не под влиянием обмана, угрозы, заблуждения. Если признание не принято, акты подлежат доказыванию на общих основаниях /ч.2, ст.60 ГПК РСФСР/.

Признание, сделанное вне суда, называют внесудебным. Такое признание не воспринимается непосредственно, поэтому оно долж­но быть доказано в суде лицом, которое на него ссылается. Про­тив деления признания на судебное и внесудебное выступил С.В. Курылев. Он считал, что внесудебное признание нельзя рас­сматривать, как судебное доказательство. Автор данной работы считает, что внесудебное признание в процессе доказывания выступает в качестве доказательственного факта.

Для вынесения правильного решения такое признание должно быть тщательно проверено.

Так гр-ка П. обратилась с иском к гр-ну Р. об установлении отцовства и о взыскании алиментов на содержание ребенка. Ответчик перед родственниками истицы признавал себя отцом ребенка и высказывал намерения оформить заключение брака в органах ЗАГС. Кроме того, в одном из своих писем ответчик признавал себя отцом ребенка.

Через некоторое время он стал свое отцовство отрицать. Верховный Суд РСФСР отменил решение народного суда. Основанием отмены послужило недостаточное исследование фактов, в частности внесудеб­ного признания ответчика.

В юридической литературе различают простое признание и квалифицированное.

Простое признание не содержит никаких оговорок и условий, тогда как в квалифицированном содержится оговорка или ссылка на какие-то обстоятельства. Например, ответчик признает факт причине­ния вреда потерпевшему, но ссылается на то, что вред причинен по неосторожности истца. Лицо, сделавшее такое признание, обязано до­казать свою оговорку. От признания факта следует отличать призна­ние иска. По юридической природе - признание иска - волеизъявление стороны с процессуальными или в отдельных случаях с материально-правовыми последствиями.

С точки зрения теории формальных доказательств, признание

стороны является совершеннейшим доказательством, обязательным для

су­да и не подлежащим переоценке суда.

Оно освобождает стороны от дальнейшего доказывания признанных

фактов и обязывает суд вынести решение, соответствующее признанию.

Идея о признании как лучшем доказательстве, проводилась, например, в

России в процессуальных нормах Воинского Устава Петра I /1716 год, 13

марта/. Так ст.1, гл.2. ч.2 Воинского Устава гласит :"Когда кто признает,

чем он ви­нен есть, тогда дальяго доказу не требует, понеже собственное

при­знание есть лучшее свидетельство всего света".

Взгляды на признание стороны как на лучшее доказательство, основанные на теории формальных доказательств, всегда подвергались резкой критике в теории доказательственного права России.

Теории доказательств и гражданский процессуальным закон не ставят в особое положение по сравнению с другими доказательствами объяснение стороны, содержащие признание: они должны быть исследованы и оценены в совокупности с другими доказательствами.

Таким образом, в гражданском процессе различаются два института: институт признания фактор стороной как доказательство и институт признания иска, как акт распоряжения материальным и процессуальным правом только ответчика.

2. Показания свидетелей

Наиболее распространенным видом доказательств в гражданском процессе являются показания свидетелем. Это связано с тем, что те или иные события, происходят, как правило на глазах людей, остав­ляя след в их со знании. Естественное стремление человека говорить правду обуславливает достоверность свидетельских показании. В соот­ветствии с ч.1, ст.61 ГПК РСФСР свидетелем может быть любое лицо, которому могут быть известны какие-нибудь обстоятельства, относящие­ся к делу. В этой же статье указаны лица, которые не могут быть вызваны и допрошены в качестве свидетелей.

Вопрос о возможности привлечения в качестве свидетелей детей поставлен целиком на усмотрение суда по каждому конкретному случаю. Процессуальный закон /гражданский и уголовный/ не устанавливает для свидетеля определенного возраста потому, что люди в детском возрасте развиваются различно и психика под влиянием различных фак­торов у одних получает более раннее, у других не такое раннее развитие.

В качестве свидетеля суд вправе привлечь ребенка с доста­точно развитой психикой, который способен правильно воспринимать и сохранять в памяти события окружающего мира, а также воспроизводить их в суде путем рассказа ой этих событиях. Неограничен­ность возраста - один из специфических признаков, который отлича­ет свидетеля от других субъектов гражданского процессуального пра­воотношения. Другим признаком является отсутствие юридической заинтересованности. Неюридическая заинтересованность /родственные отношения, служебные отношения, дружба и т.п./ не являет­ся препятствием для выступления в качестве свидетеля. Хотя, в ст.51 Конституции России говорится, что никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом, то есть указанные липа могут отказаться от свидетельствования и суд не имеет, в силу наличия правового основания такого от­каза права принудить гражданина давать свидетельские показания.

Важнейшим признаком свидетеля является непосредственное восприятие им обстоятельств дела. Свидетель, как и эксперт, не яв­ляется участником материально-правовых отношений, но в отличие от эксперта свидетель никаких исследований не проводит.

Свидетель становится носителем сведений о фактах именно в результате стечения обстоятельств, в результате того, что он попа­дает в какую-либо связь с воспринимаемыми фактами.

Свидетель дает показания в устной форме, которая обеспечивает непосредственное восприятие судом его показаний. Законом установ­лен ряд исключений из принципа непосредственности, когда показания свидетелем могут быть даны суду в месте своего пребывания, если он вследствие болезни, старости, инвалидности или других уважи­тельных причин не в состояний явиться по вызову суда. свидетель­ские показания могут быть получена другим судом в порядке выполне­ния судебного поручения, свидетели могут быть допрошены при отло­жении разбирательства дела. В некоторых случаях допускается исполь­зование свидетельских показаний, полученных в другом органе /нота­риальной конторе/ в порядке обеспечения доказательств.

Сведения о фактах, содержащиеся в свидетельских показаниях, являются судебными доказательствами. Источников, сведений о фактах является свидетель. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обя­зано указать какие обстоятельства дела может подтвердить этот свидетель. Судья, в порядке подготовки дела, сообразуясь с другими средствами доказывания, решает вопрос об удовлетворении ходатайст­ва. После вызова суда лицо, способное давать показания как свиде­тель становится свидетелем. Показания свидетеля, как правило, сооб­щения о фактах, которые были восприняты лично им, но возможно и по­лучение сведений от другого лица. В отличии от уголовно-процессуального закона в гражданском процессуальном законе не содержится пра­вила, согласно которому доказательствами не могут служить факти­ческие данные сообщаемые свидетелем если он не может указать ис­точник своей информации. В оценке такого расхождения двух законов среди ученых нет единого мнения. Одни из них считают, что недопус­тимо свидетельство по слухам, так как источник его не может быть проверен.

Другие полагают, что во введении такого ограничения в законе нет никакой необходимости, объясняя это тем, что свидетель может забыть источник информации, но верно помнить содержание сведений о фактах.

Автор данной работы считает, что вопрос о достоверности та­ких доказательств может быть решен положительно с учетом всех дру­гих доказательств по делу в стадии оценки доказательств. Знание о фактах, сформированные в процессе их восприятия с помощью орга­нов чувств сохраняются в памяти свидетеля и воспроизводятся им в судебном заседании.

В целях получения наиболее достоверных показании с учетом психологических особенностей человека законом предусмотрены определенные правила исследования показаний свидетелей.

До получения объяснений сторон и третьих лиц все свидетели удаляются из зала. После получения объяснений суд устанавливает последовательность вызова свидетелей для дачи показаний. Каждый свидетель допрашивается отдельно. Допрошенные свидетель остается в зале заседания до окончания разбирательства дела /ст.168 ГПК РСФСР/. После свободного рассказа свидетеля, переходят к постанов­ке перед ним вопросов, последовательность постановки которых уста­навливается с учетом действия принципа состязательности процесса. Первым задает вопросы лицо, по заявлению которого вызван свидетель. Такой процессуальный порядок исследования показаний свидетелей обеспечивает их наибольшую объективность и достоверность. Недооцен­ка свидетельских показаний может привести к отмене судебного реше­ния.

Так, гр-ка Ш. работая прорабом РСУ, была уволена с работы за систематическое неисполнение обязанностей, возложенных на нее трудовым договором. Суд отказал в иске о восстановлении на работе. Основанием увольнения Ш. была систематическая задержка сдачи первичной отчетности, за что на нее налагались дисциплинарные взыскания. Разрешая спор, суд не проверил правильность наложения дисци­плинарных взысканий и не учел показания свидетеля Ф., которая подтвердила, что Ш. не могла сдать вовремя отчет, так как по вине бухгалтерии и производственно-технического отдела в ее отчетах не были правильно указаны остатки материальных ценностей. Решение су­да было признано необоснованным.

Оценивая свидетельские показания, суд анализирует весь процесс

формирования, сохранения и передачи сведений свидетелем.

Оценке подвергаются условия при которых воспринимались факты /время, место, освещенность и т.п./ личные качества свидетеля /наблюдательность, склонность к фантазии, уровень интеллекта, спо­собность к запоминанию и т.п./. При самом добросовестном отношении свидетеля к своим обязанностям возможна недостоверность его пока­заний. Особенно тщательно и всесторонне суд должен проверять показания свидетеля, в отношении которого имеется предположение о его личной заинтересованности в исходе дела. Оценивая противоречивые показания свидетелей об одних и тех не фактах, суд с помощью логи­ческого анализа этих противоречий и путем их сопоставления с дру­гими доказательствами, имеющимися в деле, указывает в судебном ре­шении мотивы, по которым те или иные показания отвергнуты.

3. Письменные доказательства

При установлении фактов, необходимых для решения дела, суду приходится использовать не только объяснения сторон и показания свидетелем, данные ими в ходе процесса, но и различные сведения, которые закреплены в объективной форме вне суда, большей частью до возникновения судебного дела. Объективная форма, в которой за­креплены эти сведения, связана с письменностью. Отсюда и особый вид доказательств - письменные.

В гражданском процессуальном законодательстве не дается об­щего определения письменных доказательств. В ГПК РСФСР 1923 года предусматривалось, что к письменным доказательствам относятся вся­кие письменные акты, документу, переписка, целевого и частного ха­рактера /ст.140/. Перечисляя некоторые виды письменных доказа­тельств, закон не указывал, в чем их доказательственное значение. Недостаток был в достаточной степени устранен в ГПК РСФСР 1964 го­да. В законе впервые предусмотрено, что письменными доказательст­вами являются акты, документы, переписка делового и личного харак­тера. содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела /ч.1, ст.63 ГПК РСФСР/.

Наиболее полное определение впервые дано в ГПК РФ /соответст­венно ст.73 проекта ГПК /письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или иной связи либо иным способом, позволяющим уста­новить достоверность документа,

В науке предлагались различные определения письменных доказательств. Наиболее распространен взгляд, согласно которому письменные доказательства определяются как предметы, на которых с помощью знаков закреплены мысли, содержащие сведения о фактах, необходимых для разрешения дела. Данное определение отражает основные признаки письменного доказательства, но все же имеет один недостаток. Он состоит в том, что данное определение не дает возмож­ности четко отграничить письменные доказательства от личных дока­зательств /объяснений сторон, заключений экспертов выполненных в письменной форме.

Чтобы отличить письменное доказательство от иных средств доказывания в письменной форме, нужно указать на источник этого доказательства, а именно, для письменного доказательства необходимо, чтобы сведения о фактах в письменном виде исходили от лиц, не занимающих процессуального положения стороны, третьего лица, эксперта, и вне зависимости этих субъектов с их процессуальным положе­нием.

М.К. Треушников дал следующее определение письменным доказательствам:

Письменными доказательствами являются предметы материального мира, которые содержанием нанесенных на них при помощи письменных знаков сведений способны подтвердить или опровергнуть интересующие суд факты, если при этом сведения о фактах исходят от лиц, не занимающих положение стороны, третьего лица, эксперта и вне зависимости от процессуального положения данных субъектов. На взгляд,

автора данной работы это наиболее приемлемая теоретическая формулировка. Письменные доказательства, как общее правило, возникают до процесса, вне связи с ним.

Вещественную основу письменного доказательства составляют предметы объективного мира /чаще всего бумага, дерево, металл/ любой формы и качества, способные сохранить нанесенные письменные знаки.

Совершенно прав З.В. Молчанов, который пишет, что применительно к письменным доказательствам немаловажное значение в настоящее время имеет проблема электронного документооборота.

Вопрос о документах, изготовленных с использованием электрон­но-вычислительной техники, имеет два аспекта: во-первых, проблема подготовки и передачи документов с применением ЭВМ, во-вторых, авторами этих документов, т.е. использование системы электронной подписи.

Записи ЭВМ, считает В.В. Молчанов, по своим характеристикам могут быть отнесены к числу документов, но при наличии у них юридической силы.

Юридическую силу документам придает присутствие необходимых реквизитов. У документа в качестве реквизитов должны содержаться: наименование организации, имя создателя документа, местонахождение организации, дата изготовления документа, код лица, ответственного за изготовление документа, код лица, утвердившего документ.

Кроме этого документ должен быть человекочитаемый. Человекочитаемым считается документ, содержащий общепонятную информацию, расшифровку закодированных данных.

Это требование вытекает из общих правил судопроизводства, предполагающих непосредственность восприятия судьями информации, содержащееся в источниках доказательств.

В юридической литературе сложилось довольно устойчивая классификация письменных доказательств по трем основаниям:

а/ по источнику /субъекту происхождения/

б/ по характеру содержания

в/ по форме

По субъекту происхождения письменные доказательства делятся на официальные письменные доказательства и частные /неофициальные/.

Официальные письменные доказательства исходят от государственных органов, должностных лип, предприятий, учреждений, органи­заций. К числу официальных письменных доказательств относятся прежде всего личные документы граждан /паспорт, военный билет, трудовая книжка/.

Особое значение среди официальных письменных доказательств занимают акты. К ним относятся: акты гражданского состояния /свидетельство о рождении, регистрации брака, смерти и т,п./, административные акты /решения и постановления исполнительных органов власти/, судебные акты /решения, приговоры, определения и пр./. Все акты имеют установленный порядок вынесения, определенную юридичес­кую силу, порядок обжалования. К официальным письменным доказатель­ствам относят также договор, приказы, завещания, квитанции и дру­гие документы, форма которых не столь регламентирована,

В законе, в отдельных случаях, прямо предусмотрено, что при рассмотрении отдельных категорий дел, судом, наряду со всеми доказательствами имеющимися в деле, должно быть исследовано определен­ное официальное письменное доказательство. При несоблюдении этого, решение может быть отклонено вышестоящей инстанцией как необосно­ванное .

Так гр.П, предъявил иск к гр-ке М. о расторжении брака и пе­редаче на его воспитание двух детей.

Решенной Невского районного суда Санкт-Петербурга от 11.11.96 брак расторгнут, дети оставлены на воспитание истцу.

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда решение Невского суда отменено по следующим основаниям: разрешая спор в части передачи детей на воспитание суд не учел требований ст.78 Семейного Кодекса РФ, в соответствии с которой при рассмотрении судом споров, связанных с воспитанием детей, орган опеки и попечительства обязан провести обследование условий жизни ребенка и лица /лиц/ претендующего на его воспитание, и представить суду акт обследования и основанное на нем заключение по существу спора, и не истребовал у органа опеки и попечительства заключение по существу данного спора.

В связи с изложенным, Судебная коллегия указала: "Решение суда в части передачи детей на воспитание не может быть признано законным и обоснованным и подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение. При новом судебном рассмотрении дела, суду надлежит истребовать заключение органа опеки и попечительства по вопросу о том, кому из родителей должны быть переданы дети с учетом интересов детей, а, также более подробно опросить детей по существу данного спора, выяснить у них, почему они выразили желание остаться проживать с отцом, и в зависимости от установлен­ного разрешить спор в соответствии с требованиями закона .

Официальные письменные доказательства отражают полномочия органов и должностных лиц, выдавших документ, имеют форму и реквизиты, установленные законом для данного вида документа, а также оп­ределенный порядок их составления и выдачи. Акты /документы/, исходящие от неполномочных лиц или составленные и выданные с нарушением установленных правил не могут быть использованы в качестве письменных доказательств для обоснования судебного решения.

Письменные доказательства, исходящие от граждан, независимо от их служебного положения называют неофициальными письменными доказательствами. К таким документам относится переписка делового и частного характера, разнообразные записи, дневники и т.п.

При исследовании неофициальных письменных доказательств особое внимание необходимо обратить на время составления, на отсутствие давления при составлении документа.

По содержанию письменные доказательства также подразделяются на две группы распорядительные и справочно-информационные.

Распорядительные - это акты органов государственное власти, акты предприятий, организаций, учреждения сделки сторон, оформлен­ные в письменном виде и т.п.

Справочно-информационные письменные доказательства представ­ляют собой отчеты, справки, протоколы, письма, деловые и личные. В них содержатся подтверждение событие и фактов, имеющих юридичес­кое значение.

Нередко один и тот же документ содержит сведения как информационного, так и распорядительного характера. Например, дата составления приказа, его номер имеют информационный характер, а его содержание - распорядительный.

По форме письменные доказательства в юридической литературе делятся на доказательства простой письменной формы /не содержит никакого удостоверения или регистрации/ и квалифицированной письменной формы /заверенные нормативно или зарегистрированные в установленном порядке/.

М.К. Треушников, классифицируя письменные доказательства по форме, делит их на четыре группы:

1. Документы простой письменной формы

2. Письменные доказательства обязательной формы и

содержания

3. Нотариально удостоверенные договоры без их последующей регистрации в органах управления.

4. Нотариально удостоверенные договоры, требующие последующей регистрации в органах управления.

В принципе, соглашаясь с данной развернутой классификацией М.К. Треушникова, автор данной работы считает, что в условиях изме­нившегося законодательства, в связи с принятием второй части ГК РФ и федерального закона "О государственной регистрации прав на недви­жимое имущество и сделок с ним", эту классификацию можно дополнить пунктов следующего содержания:

5. Письменные договоры, требующие последующей регистрации в органах управления.

Классификацию письменных доказательств по рассмотренным трем так и распорядительного характера. Например, дата сос­тавления приказа, его номер имеют информационный характер, а его содержание - распорядительный.

По форме письменные доказательства в юридической литературе делятся на доказательства простой письменной формы /не содержит никакого удостоверения или регистрации/ и квалифицированной пись­менной формы /заверенные нормативно или зарегистрированные в установленном порядке/.

Классификацию письменных доказательств по рассмотренным трем

основаниям В.И. Коломыцев дополнил делением этих доказательств по четвертому признаку - способу и характера формирования. По ука­занному основанию письменные доказательства делятся на:

1. Подлинники

2.Копии

Классификация письменных доказательств по указанным основа­ниям обеспечивает возможность более полного выяснение их достовер­ности в ходе судебного исследования.

Рассматривая письменные доказательства необходимо отметить как их немаловажное достоинство значительную вероятность достовер­ности информации содержащейся в них, так как при формировании пись­менного доказательства лицо, составляющее документ, в большинстве случаев не предполагает, что он станет судебным доказательством,

Письменным доказательством присущи и недостатки, связанные, в первую очередь, с особенностями восприятия одного и того же со­бытия различными людьми, особенностями его отражения в их сознании, а значит и в письменном изложении.

Это обстоятельство должно особо учитываться при проверке достоверности письменных доказательств.

При исследовании письменных доказательств в гражданском процессе между сторонами и другими участниками процесса может возникнуть спор о подлоге письменного доказательства /подцепка подписи, изменения даты или части содержания и т.п./. В этом случае лицо, представившее такое доказательство может просить суд исключить его из числа исследуемых и просить суд разрешить дело на основании дру­гих доказательств /ч.1 ст.177 ГПК РСФСР/.

Оценка письменных доказательств проводится путем сопостав­ления их с другими материалами дела.

4. Вещественные доказательства

Ст.68 ГПК РСФСР определяет вещественные доказательства как предметы, которые могут служить средством установления обстоя­тельств имеющих значение для дела.

К числу вещественных доказательств относят предметы, которые своими свойствами, принадлежностью, местом нахождения, измене­ниями способны подтвердить или опровергнуть наличие юридических фактов, которые необходимы для правильного разрешения дела. Ис­черпывающего перечня объектов, могущих служить вещественными дока­зательствами в ГПК, как и в УПК не содержится.

Вещественные доказательства содержат в себе сведения о раз­личных фактах /действиях, бездействиях, соглашениях/. Суд воспри­нимает эти сведения непосредственно, либо с помощью экспертов /на­пример, несоответствие продукции стандарту, факт подчистки докумен­та и т.п./ Особенностью вещественных доказательств является то, что их процессуальная форма неотделима от источника. Эти элементы в вещественном доказательстве совпадают.

Среди средств доказывания, предусмотренных ч.2 ст.49 ГПК РСФСР вещественные доказательства занимают равное место. Они должны подвергаться оценке в совокупности со всеми другими данными дела. О важности вещественных доказательств в деле разрешения гражданско-правовых споров свидетельствует тот факт, что они являются предме­том обсуждения многих ученых.

К.С. Юдельсон считал, что доказательственное значение вещей двоякое. Вещи могут служить доказательствами как объекты непосредственного познания, свидетельствуя об обстоятельствах, которые при­нято называть фактами состояния. Сюда относятся, например, изде­лия не соответствующие договору. Наравне с этим вещи могут иметь значение доказательственного факта - нахождение вещи у ответчика может быть одним из доказательств правонарушения.

М.К. Треушников понимает под вещественными доказательствами различные предметы, которые своими свойствами, внешним видом, изменениями, местом нахождения, принадлежностью способны подтвердить или опровергнуть существование юридических либо докаэательственных фактов.

Д.М. Чечет указывает, что любой предмет, если только оставлен­ные на нем следы, его внешний вид, а в некоторых случаях сам факт нахождения предмета в определенном месте способны подтвердить об­стоятельства, имеющие значение для дела, может сыграть роль вещественного доказательства.

Автор данной работы полагает, что последнее суждение являет­ся наиболее четким. Встречаются случаи, когда суд принимает решение, основываясь на результатах осмотра вещественного доказательства, тогда как для принятия решения требуется еще заключение компетентного органа являющееся письменным доказательством. Так при перепланировке и переустройстве помещение муниципального жилищного фонда требуется разрешение уполномоченной комиссии районной администрации. Суд не вправе принять решение о возможности такого переустройства жилого помещения на основании одних лишь фактических данных, полученных им при осмотре помещения, как вещественного доказательства.

В соответствии с ч.1 ст.178 ГПК РСФСР вещественные доказательства осматриваются судом и предъявляются липам, участвующим в деле, а в случае необходимости экспертом и свидетелям. Осмотр вещественных доказательств является основным способом их исследо­вания. Если вещественные доказательства не могут быть доставлены в суд по каким-либо причинам, они осматриваются в соответствии с принципом непосредственности, по месту нахождения венца составом суда. В соответствии с ч.1 ст.179 ГПК РСФСР суд выносит определе­ние о производстве такого осмотра. Лица, участвующие в деле и представители извещаются о месте и времени проведения такого осмот­ра, хотя их неявка не является препятствием для проведения осмотра.

В процессе осмотра составляется протокол, в который заносит­ся объяснение лиц, участвующих в процессе, а также прилагаются плана, чертежи, снимки /ч.2. ст.179 ГПК РСФСР/. Если осмотр произ­водится в порядке подготовки дела к судебному разбирательству /п.9. ч.1 ст.142 ГПК РСФСР/, то он может быть произведен судьей единолично с извещением лиц, участвующих в деле. В этом случае ис­следование вещественных доказательств утрачивает непосредственный характер и объектом непосредственного исследования в соответствии со ст.173 ГПК РСФСР становятся лишь протоколы осмотра, оглашаемые в судебном заседании.

Вещественные доказательства предоставляются сторонами и дру­гими липами, участвующими в деле, в порядке, предусмотренном ст.69 ГПК РСФСР. Уклонение лиц, у которых находятся вещественные доказательства, от требования представить их в суд без уважительных причин в соответствии со ст.70 ГПК РСФСР влечет наложение на этих лиц штрафа, не освобождая их от дальнейшей обязанности представить требуемые доказательства. Кроме того, в отношении стороны, удерживающее у себя, и не представляющей по требованию суда, вещественное доказательство суд вправе установить, что содержащиеся в нем све­дения об обстоятельствах имеющих значение для дела стороной призна­ны.

Вещественные доказательства хранятся в деле или они по описи сдаются в камеру вещественных доказательств суда. Доказательства, не подлежащие длительное хранению /например, продукты/ осматривают­ся немедленно, после чего возвращаются владельцу или организации, которые могут их использовать. В этом случае владельцу вещей возвра­щаются аналогичные предметы или их стоимость на момент возвращения /ст.72 ГПК РФСР/.

Преимуществом вещественных доказательств по сравнению с другими средствами доказывания является отсутствие субъективного факто­ра присущего таким средствам доказывания как объяснения сторон, показания свидетелем. Однако, как отмечается в юридической литера­туре, по отношению к вещественным доказательствам не исключена возможность подделки, фальсификации с целью создания ложной информации. Истинный вывод суда о значении и силе того или иного вещест­венного доказательства является результатом анализа и сопоставления всех средств доказывания по делу.

5. Заключение эксперта

Итогом судебной экспертизы является заключение эксперта, кото­рое закон относит к числу самостоятельных судебных доказательств /ч.2 ст.49 ГПК РСФСР/. Вопрос о сущности заключения эксперта в юридической литера­туре долгое время оставался спорным. Высказывалось мнение, что его содержанием является объяснение обстоятельств, уже известных суду. Другие полагали, что сущность заключения следует искать в установлении и обосновании новых фактов выявленных в ходе исследования. Ю.М. Жуков даже считал, что экспертное заключение не имеет единой природы, которая зависит от характера исследования. В гражданско-процессуальной доктрине распространен взгляд, согласно которому доказательственное значение имеют как выводы экс­перта, так и те факты, которые были установлены им в ходе специального исследования.

Заключение эксперта имеет определенную структуру. В нем отражаются: выявленные в ходе исследования факты специальной природы /медицинский, технический и пр. - в зависимости от сферы применяемых знаний/; примененная экспертом методика /с обоснованием ее вы­бора/; научное обоснование /научные положения, объясняющие сущ­ность установленных экспертом фактов/; выводы. Соответственно в литературе принято выделять фактическое основание выводов эксперта /в этой роли выступают выявленные в ходе исследования факты/ и научное основание выводов /научные положения /.

Традиционно в заключении выделяют три составные части ввод­ную, исследовательскую и выводы. Во вводной части излагается информация, позволяющая индивидуализировать проведенное исследова­ние . Исследовательская часть посвящена изложению процесса исследо­вания. Здесь эксперт указывает методики, им примененные; при необ­ходимости аргументирует их выбор; излагает условия применения спе­циальных методов; этапы исследования. Выводы представляют собой самостоятельную часть заключения. Именно здесь эксперт формулирует ответы на поставленные в определении суда вопросы. Выводы экс­перта определяют доказательственную силу его заключения.

Весьма важным для практики является вопрос об определении доказательственной силы сведение, содержащихся в выводах эксперта, так как характер выводов эксперта может быть различным. Тради­ционно выделяются категорические и вероятные заключения эксперта. Некоторые авторы выделяют так же заключение эксперта о невозмож­ности ответить на поставленные вопрос при представленных исходных данных - условное и безусловное и т.д.

Категорическое заключение эксперта, безусловно, играет силу судебного доказательства, если оно принято в качестве такового су­дом. Вопрос же о доказательственной, значимости вероятного заключе­ния до настоящего времени остается спорным. Ф.Н. Фаткулин, напри­мер, не придает никакого доказательственного значения вероятным заключениям; другие /как Треушников/ полагают, что прямым доказа­тельством вероятное заключение быть не может, а поэтому судебное решение не может быть обосновано вероятным заключением эксперта, однако сведения о фактах, изложенные в описательной части вероятного заключения эксперта, могут быть использованы в качестве косвенных доказа­тельств, например, установленные факты наличия совпадающих и раз­личающихся признаков письма.

Согласно ст.74 ГПК РСФСР эксперт назначается для разъяснения вопросов, требующих специальных познаний в области науки, искусст­ва, техники и ремесла. На разрешение эксперту не могут быть постав­лены вопросы правового характера - их в процессе компетентен ре­шать только суд. Эксперт, как содействующий осуществлению правосу­дия субъект процесса, по своему процессуальному статусу не вправе давать или предопределять правовую оценку выявленных им обстоятельств. Безусловно, эксперт дает профессиональную оценку установленных им в ходе специального исследования актов, но такая оценка есть результат применения специальных знаний, в которых эксперт является специалистом; юридическими категориями он не оперирует.

Эксперта /или экспертов/ назначает суд /ч.1 ст.74 ГПК/. Однако, это вовсе не исключает инициативы участвующих в деле лиц: сто­роны, их представители, иные заинтересованные лица могут ходатайст­вовать перед судом о назначении в качестве эксперта конкретного лица по их выбору. Но окончательное решение о выборе эксперта при­надлежит суду. Согласно смыслу ст.75 ГПК РСФСР экспертом может быть любое сведущее лицо, обладающее специальными познаниями в соот­ветствующей области знания. Следуя принципу системного толкования закона, к этому следует добавить: и не заинтересованное в исходе дела.

Эксперт подлежит отводу по основаниям предусмотренным в за­коне /ст.18 и 20 ГПК РСФСР/. Отклонение от этих правил может при­вести к отмене решения суда. В частности, эксперт подлежит отводу, если обнаружится его некомпетентность, а также, если он находится в служебной или иной зависимости от лиц, участвующих в деле.

Так П. обратился в суд с жалобой, которой оспаривал диагноз психического заболевания, поставленный ему специалистами Ивановской областной психиатрической больницы "Богородское". Решением Советского народного суда г. Иванова П. в удовлетворении жалобы было отказано. Протест, направленный в городской суд не был удовлетво­рен. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ от 08.09.1994 протест удовлетворила. Основанием к удовлетворению про­теста послужили в частности нарушения правил проведения судебно-психиатрической экспертизы, В материалах дела два заключения судебно-психиатрической экспертизы: амбулаторной и стационарной. Обе экспертизы проводились экспертами больницы "Богородское" практичес­ки в одном составе, что недопустимо для повторной экспертизы. Кро­ме того, экспертиза проводилась сотрудниками больницы, диагноз поставленные П. в этой больнице оспаривался, что также вызывает серьезные возражения. Все это вместе с другими упущениями суда при разбирательстве дела послужило основанием для удовлетворения протеста.

Законом предусмотрено право, каждого лица, участвующего в де­ле предоставить суду вопросы, которые должны быть разъяснены экс­пертом. Окончательным круг вопросов, требующих заключения экспертов определяется судом /ч.2 ст. 74 ГПК РСФСР/.

В законе предусмотрены случаи, когда привлечение экспертов к участию в деле является обязательным. В частности для вынесения решения о признании гражданина недееспособным при наличии достаточных данных о его душевной болезни или слабоумии обязательным является назначение судебно-психиатрической экспертизы. При этом суд должен поставить перед экспертами следующие вопросы:

1. Страдает ли лицо психическим заболеванием и каким конкрет­но;

2. Отдает ли данное лицо отчет в своих действиях и руководит ли ими. Вывод же о том, является ли лицо недееспособным делает только суд, основывая свой вывод на всех имеющихся в деле доказа­тельствах.

В постановлении Пленуме Верховного Суда РСФСР от 14 апреля 1988 “О подготовке гражданских дел к судебное разбирательству” указано, что во всех случаях, когда дело подлежит разрешению в зависимости от психического состояния лица в момент совершения им определенного действия должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

Назначение экспертизы производится путем вынесения: определе­ния суда, в котором указываются: фамилия, имя, отчество эксперта /или наименование экспертного учреждения/; вопросы, поставленные перед экспертом; материалы /объекты/, предоставленные эксперту;

место проведения экспертизы /в суде, вне суда - амбулаторно или стационарно/.

В настоящее время, судебная экспертиза назначается по боль­шому количеству гражданских дел и в большинстве случаев от резуль­татов экспертизы зависит окончательное решение суда по делу. Вмес­те с тем, большое количество судебных решений отменяется выше­стоящими инстанциями как необоснованные, в связи с тем, что экс­пертиза судом не назначалась, хотя ее назначение было необходимо .для вынесения обоснованного решения, либо назначалась по ходатайст­ва лиц, участвующих в деле, касающиеся проведения этой экспертизы, были судом отклонены. Как пример можно привести следующий случай:

Гражданка А. предъявила иск к гражданину Р. о признании недействительными договора купли-продажи дома, который она продала за 2000 рублей. Истица указала, что деньги ей ответчик не уплатил и с содержанием договора, удостоверенного в нотариальной конторе не ознакомил. Истица заявила также ходатайство о назначении судебно-психиатрической экспертизы для выяснения ее психического сос­тояния в момент совершения договора купли-продажи дома. Суд не удовлетворил ходатайство, сославшись на отсутствие в деле данных о заболевании лишившем ее возможности контролировать свои действия. Однако, в материалах дела имелось письмо руководства клинической лаборатории патофизиологии доктора медицинских наук Г. о том, что поведение гражданки А. дает основание для проведения судебно-психиатрической экспертизы. Суд не принял это во внимание, и впоследст­вии его решение было отменено как необоснованное.

На основании вышеизложенного, автор данной работы пришел к выводу о том, что целесообразно было бы предусмотреть в законодательстве возможность обжаловать

определение суда, об отказе в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы и определение о назначении экспертизы, лицами, участвующими в деле, отдельно от решения суда. Обжалование определения, о назначении экспертизы, по общему правилу не должно приостанавливать производство экспер­тизы, однако, в случае признания вышестоящим судом незаконности или необоснованности назначения экспертизы она должна быть призна­на неназначенной, что аннулировало бы все возможные юридические последствия.

Такое нововведение, на взгляд автора данной работы, позволи­ло бы упростить работу судов, избавив их от необходимости повтор­но рассматривать отмененные дела.

Для выполнения своих обязанностей эксперт нацелен необходи­мыми процессуальными правами: имеет право знакомится с материала­ми дела. участвовать в судебное разбирательстве, просить суд о предоставлении ему дополнительных материалов.

Эксперт, как субъект процессуального правоотношения несет процессуальные обязанности. Он обязан провести исследование и представить обоснованное заключение по вопросам, поставленным пе­ред ним судом.

Фактические данные, остановленные в заключении эксперта, про­веряются и оцениваются судом, как и всякое другое доказательство по делу.

Среди перечисленных в ч.2 ст.49 ГПК РСФСР средств доказывания не упоминаются заключения специалистов. В то же время суды привле­кают для дачи разъяснений по вопросам, не требующим проведения экспертизы, например, педагогов при допросе несовершеннолетних

свидетелей, технических инспекторов профсоюзов.

Правовое положение специалистов не урегулировано процессуальным законом. Поэтому одни суды допрашивают их как свидетелей, дру­гие - как экспертов.

При разработке проекта нового ГПК Российской Федерации необ­ходимо было определить процессуальное положение специалиста. Если признать, что специалист - источник доказательства, и его заключе­ние - средство доказывания, тогда требуется дать в законе отличительные признаки этого вида доказательств от заключения эксперта. Выполнить это оказалось трудно. Кроме того, что эксперт дает за­ключение в результате специального исследования, а специалист не проводит такового, нельзя указать дополнительные отличающие экспер­та от специалиста признаки. Если специалист не проводит специаль­ного исследования, то каким образом можно гарантировать точность его заключения. По отношению к специалисту нельзя установить от­ветственность за высказывание заведомо ложных суждений. Уголовной ответственности специалистов за высказывание ложных суждении не предусмотрено в новом Уголовном Кодексе РФ.

Таким образом, специалиста нельзя считать источником судебных доказательств.

Он может привлекаться судом в качестве консультанта для вы­ражения мнения, для оказания техническое помощи в исследовании доказательств, в оценке стоимости имущества, для проведения, отдель­ных процессуальных действий.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенное исследование основных вопросов проблематики доказательственного права: содержания, сущности, субъектного состава, судебного доказывания, предмета доказывания, распределения обязанностей по доказыванию, доказательственных презумпций, поня­тия судебных доказательств, правил относимости и допустимости доказательств их классификации, средств доказывания позволяет по мнению автора, придти к следующим выводам:

I. Необходимо на законодательном уровне признать звуковидеозаписи в качестве самостоятельных средств доказывания и предусмотреть в ст.142 ГПК РСФСР в качестве действия по подготовке дела к судебному разбирательству, предварительное прослушивание /просмотр/ записей судьей с извещением лиц участвующих в деле и составлением об этом протокола, в котором бы развернуто излага­лось содержание звукозаписи /описание увиденного при воспроизве­дении видеозаписи/, с последующим подписанием этого протокола той стороной, чей голос /изображение/ воспроизводился. Тогда суд будет иметь возможность при установлении порядка исследования доказательств /ст.167 ГПК РСФСР/ учесть соображения о прослушива­нии /просмотре/ записи в открытом либо в закрытом судебном засе­дании, т.е. аналогично с порядком, предусмотренным в ст.176 ГПК РСФСР для оглашения личной переписки, а в том случае, если сторо­на, подписавшая протокол /признавшая идентичность своего голоса /изображения/ и воспроизводимого/, в дальнейшем, откажется от признания, не назначая экспертизы, сослаться на это признание в решении.

Разумеется, протокол должен быть подписан стороной в добровольном порядке, по предложению суда, в противном случае такое признание нельзя будет использовать как доказательство.

Думается, что такой порядок привлечения в процесс видеозвукозаписи следовало бы предусмотреть и при принятии нового ГПК РФ.

2. Целесообразно было бы предусмотреть в законодательстве возможность обжаловать определение суда, об отказе в удовлетво­рении ходатайства о назначении экспертизы и определение о назна­чении экспертизы, липами участвующими в деле отдельно от решения суда. Это нововведение позволило бы упростить работу судов, изба­вив их от необходимости повторно рассматривать отмененные дела.

3. Правила о допувтимости доказательств носит императивный характер и не содержат никаких изъятий, Но, возможно, что было бы полезным иметь в законодательстве ряд исключений допускающих свидетельские показания в случаях:

а/ утраты письменного доказательства не по вине стороны;

б/ совершения сделки между близкими родственниками, или в условиях, затрудняющих получение письменного доказательства, ис­ходя из конкретных обстоятельств дела;

в/ наличия по делу письменных доказательств, содержание которых требует уточнения, конкретизации правоотношений и фактов с помощью других средств доказывания.

Наряду о вышеизложенным хотелось бы отметить, что для современного периода развития российского гражданского процессуального права и его теории характерно кардинальное изменение взглядов на сущность и содержание принципа состязательности и его нормативно­го закрепления.

Б зависимости от представлении юристов, касающихся состязательности процесса как принципа, определяющего институт судебных доказательств и судебного доказывания по-новому решаются и пробле­мы теории доказательств, а именно, понятия предмета доказывания и его формирования, сущности доказывания, распределения обязаннос­тей по доказыванию, оценки доказательств, методики применения от­дельных видов доказательств и многих других.

Принципиальные новеллы в гражданский процессуальный кодекс РСФСР 1964 года, касающиеся доказывания, были внесены Федеральным законом Российской Федерации от 27 октября 1995 года "О внесении изменений и дополнений в Гражданский процессуальный кодекс РСФСР".

Новизна нормативного регулирования процесса доказывания в новых условиях состоит в том, что от воли самих сторон зависит участие их в состязательном процессе. Их пассивное участие в состязании влечет негативные последствия не для суда, как это было ранее, а для самих сторон.

Уровень развития и совершенства современного российского гражданского процессуального права, регулирующего доказывание и закрепляющего систему доказательств, в значительной степени определяет демократизм правосудия и способность его осуществлять реальную защиту прав и свобод, провозглашаемых Конституцией Российской Федерации.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Н ормативные материалы:

1. Конституция Российской Федерации

2. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федера­ции ч.1, "Спарк", М. 1999 г.

3. Комментарий к Гражданского кодексу Российской Федера­ции ч.2, Фонд "Правовая культура", М. 1996 г.

4. Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РСФСР, "Спарк". М., 1996 г.

5. Комментарий к Гражданскому процессуальное кодексу РСФСР, М., 1976 г.

6. Комментарии к Арбитражного процессуальному кодексу Российской Федерации, Л., 1995 г.

7. Семейный кодекс Российской Федерации “Российская газета” от 27 января 1996г.

8. Проект нового ГПК Российской Федерации /Юридический вестник, 1995 г., № 20-21/

9. Федеральный закон Российской Федерации от 27 октября 1995 г. "О внесении изменений и дополнений в Гражданский про­цессуальный кодекс РСФСР" /Российская газета от 9 декабря 1995 г./

10. Закон Российской Федерации "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан от 27.04.93 /с изменениями и дополнениями от 15.II.95/ /Ведомости съезда на­родных депутатов РФ и Верховного совета РФ; 1993,№19. ст.685;Собрание законодательства РФ, 1995 г., № 51,ст.4970/

11. Федеральный закон "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" /Российская газета от 30.07.97.

Судебная практика:

1. Сборник постановлений Пленумов Верховных судов СССР и РСФСР /Российской Федерации/ по гражданским делам, "Спарк", М., 1994 г.

2. Судебная практика по гражданским делам 1993-1996 гг. “Городец”, М., 1997

3. Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996 г., .№ I

4. Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996 г.,№ 5

5. Бюллетень Верховного Суда РФ, 1995 г,, № 6

6. Бюллетень Верховного Суда РФ, 1994 г.,№5

7. Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1983, № 8

8. Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1982, № 6

9. Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1981, №2

10. Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1981, №7

11. Дело Невского районного суда № 2-0584/97 от 20.02.97

12. Дело Невского районного суда .№2-2176/97 от 13.02.97

13. Дело Невского районного суда № 2-572/97 от 30.01.97

14. Дело Дзержинского районного суда № 2-318 от 02.07.96

Специальная литература

1. Алексеев С. С. Общая теория права, т.2, М, 1982

2. Анисимова Л.И. Доказывание по гражданским делам /Советское государство и право, 1983, № 10/

3. Боннер А.Т. Некоторые особенности доказывания по делам возникающим из административных отношений, Иркутск, 1965

4. Боннер А.Т. Применение нормативный актов в гражданском процессе. М., 1981

5. Гражданский процесс. Учебник под редакцией Цусина В.А., Чечиной Н.А.. Чечета Д.М., М., 1996

6. Гражданское процессуальное право России. Учебник под редакцией М.С. Шакаряна, 1996 г.

7. Гражданский процесс. Учебник под редакцией М.С. Шакаряна, 1993 г.

8. Гурвич М.А. Лекции по советскому гражданскому процессу. М., 1950 г.

9. Гурвич М.А. Судебное решение. Теоретические проблемы. М., 1976 г.

10. Гурвич М.А. Является ли доказывание в гражданском процессе юридической обязанностью? /Советская юстиция. 1975 г., № 5/

11. Гуреев П.П. О понятии судебных доказательств в советском гражданском процессе /Советское государство и право. 1966 г., №3/

12. Добровольский А.А. Участие органов государственного управления в советском гражданском процессе. М., 1958 г.

13. Дулов А.В. Вопросы теории судебной экспертизы в советском уголовном процессе. Минск, 1959 г.

14. Жуков Ю.М. Особенности заключения эксперта в советском гражданском процессе /Вестник МГУ, "Право", 1965 г., № 1/

15. Жуков Ю.М. Судебная экспертиза в советском гражданском процессе. Дис.канд.наук. М., 1965 г.

16. Иванов 0.В. Судебные доказательства в гражданском процес­се. Иркутск, 1974 г.

17. Калпин А.Г. Письменные доказательства в судебной практике по гражданским делам. Дисс.канд.наук. М., 1966 г.

18. Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. М., 1995 г.

19. Клейман А.Ф., Основные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. М., 1950 г.

20. Коломыцев В.И. Письменные доказательства по гражданским делам. М., 1978 г.

21. Курс гражданского процессуального права. М., 1981 г.

22. Курылев С.В. Доказывание и его место в процессе судебно­го познания. Иркутск, 1955 г.

23. Курылев С.В. Объяснения сторон как доказательство в советском гражданском процессе. М., 1953 г.

24. Курылев С.З. Основы теории доказывания в советском правосудии. Минск,1969 г.

25. Курылев С.Б. Объяснения сторон в гражданском процессе. М.. 1956 г.

26. Курылев С.В. Установление истины в советском правосудии. М.,1969 г.

27. Лилуашвили Т.Д. Предмет доказывания и распределение обязанностей по доказыванию в советском гражданском процессе. Автореф.канд.дис.,М., 1961 г.

28. Лордкипанидзе Н.Д. Относимость юридических фактов и доказательств в гражданском процессе. Автореф.канд.дис. М., 1964 г.

29. Лилуашвили Т.А. Экспертиза в советском гражданском процессе. Тбилиси, 1967 г.

30. Малышев К.И. Курс гражданского судопроизводства т.1, С-Пб, 1876 г.

31. Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка по уголовным делам. М., 1995 г.

32. Притузова В.А. Опенка заключения криминалистической экспертизы вышестоящим судом. М., 1960 г.

33. Резниченко И.М. О принципе объективной истины в советском гражданском судопроизводстве. Труды ВЮЗИ, т.2, М., 1965 г,

34. Смышляев Л.П. Предмет доказывания и распределение обязан­ностей по доказыванию в советском гражданском процессе. М., 1961 г.

35. Советский гражданский процесс. Л., 1984 г.

36. Теория доказательств в советском уголовном процессе. М.,1973 г.

37. Треушников М.К. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе., М., 1982 г.

38. Треушннков М.К. Относимость и допустимость доказательств в гражданском процессе. М., 1931 г.

39. Ульянова Л.Т. Оценка доказательств судом первой инстан­ции. М., 1960 г.

40. Фаткулин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1976 г.

41. Щутин Я.Л. Предмет доказывания в гражданском процессе. М., 1963 г.

42. Юдельсон К.С. Проблема доказывания в советском гражданском процессе. М., 1951 г.

43. Юдельсон К.С. Судебные доказательства в гражданском процессе. М., 1966 г.

44. Юдельсон К.С. Судебные доказательства и практика их использования в гражданском процессе, М., 1956 г.

Список ссылок :

1. "Российская газета" от 9 декабря 1995 г.

2. Малышев К.И, Курс гражданского судопроизводства, т.1,СПб.,1876 г

3. Курылев С.В. Объяснения сторон как доказательство в советском гражданском процессе. Г.1953, с 5-6.

4. Курылев С.В. Основы теории доказывания в советском правосудии. Минск, 1969, с.139

5.Гражданский процесс.Учебник под ред.В.А. Бусиной. Н.А. Чечиной, Д.М. Чечета. М.. 1996, с.87

6. Гражданское процессуальное право России. Учебник под ред. М.С. Шакарян, 1996, с.146-147

7. М.К.Треушников. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе. М. 1982, с.12; Ульянова Л.Т. Оценка доказа­тельств судом первой инстанции. М. 1960, с.II; Жуков Ю.М. Судебная экспертиза в советском гражданском процессе. Дисс.канд. наук. М., 1965, с.З; Калпин,, А.Г. Письменные доказательства в судебной практике по гражданским делам. Дисс.канд.наук. М.,1966;

8.Гуреев П.и. О понятии судебных доказательств в советском граж­данском процессе - "Советское государство и право", 1966, № 3, с.58; 9.Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1973, с.206-211;

10.Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уго­ловном судопроизводстве. М.. 1995, с.13

11.Теория доказательств в советском уголовном процессе. М.. 1973. с.216

12. Проект нового ГПК РФ "Юридический вестник", 1995. №20-21

13. Комментарий к Арбитражному процессуальному Кодексу Российской Федерации. М. 1995, с.III

14.Комментарий к Арбитражному процессуальному Кодексу Российской Федерации, М.1995.

15.Бюллетень Верховного суда РСФСР, 1982, № 6, с.10.

16. М.К. Треушников. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе. М., 1932, с.15

17. К.С.Юдельсон. Судебные доказательства а гражданском процессе. . М.. 1956. С.46

18.С.В.Курылев. Основы теории доказывания в советском правосудии, Минск.. 1969, с.180

19.М.К.Треушников указ.соч.с.16

20.Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1996, №I, с.7-8

21. К.С.Юдельсон.Судебные доказательства в гражданском процессе. М., 1956, с.41

22. С.В. Курылев. Основы теории доказывания в советском правосу­дии. Минск, 1969, с.179

23. М.К. Треушников. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе. М., 1982, с.30

24.Дело Невского районного суда Санкт-Петербурга № 2-217/97 от 13.02.97

25.М.К.Треушпиков. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе. М.. 1982, с.78

26.Советский гражданский процесс. Л., 1984, с.151.

27.Юдельсон К.С. Судебные доказательства в гражданском процессе. М.. 1956, с.132

28.Бюллетень Верховного Суда РСФСР 1981, № 7, с.11

29. С.В. Курылев. Объяснения сторон в гражданском процессе. М. 1956. с.116

30.Клейман А.Ф. Основные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. М. 1950, с.61

31.Треушников М.К. Доказательства и доказываете в советском гражданском процессе, М., 1982, с.91

32.Гражданский процесс под редакцией М.С. Шакаряна. №1., 1993, с. 176

33. М.К. Треушнинов. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе. М., 1982. с.93

34.Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1981, №2 с.2-3

35.Треушников М.К. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе. М., 1932, с.98

36.Коломыцев В.И. Письменные доказательства по гражданским делам. М., 1978. с.10

37. Юдельсон К.С. Судебные доказательства и практика их использования в советском гражданском процессе. М., 1956, с.195

38. Треушников М.К. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе. М. 1982, с.101-102

39.Арбитражный процесс. М., 1995, с.155. Автор главы 8 "Доказывание и доказательства" В.В. Молчанов

40. Дело Невского районного суда Санкт-Петербурга № 2-3584/97 от

20.02.97

41.Треушшков М.К. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе. М., 1982, с.107

42.Коломцев В.И, Письменные доказательства по гражданским делам. М., 1973. с.25

43. К.С. Юдельсон. Судебные доказательства в гражданском процессе. М., 1956. с.220-221

44. М.К. Треушников. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе, М., 1932, с.117

45.Советский гражданский процесс. Л.. 1534, с.159-160

46. Добровольский А.А, Участие органов государственного управления в советском гражданском процессе. М., 1958

47. Дулов Ф.В. Вопросы теории судебной экспертизы в советском уго­ловном процессе. Минск, 1959; Притузова В.А. Оценка заключения криминалистической экспертизы вышестоящим судом. М.. 1960

48. Жуков Ю.М. Особенности заключения эксперта в советском гражданском процессе. П. Вестник МГУ, "Право", 1965 ,№1 49.Фактулин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань. 1976

50 .Лидуашвили Г.А. Экспертиза в советском гражданском процессе. Тбилиси, 1967. с.136. 143

51. Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка по уголовным делам, М. 1995. с.31

52. Бюллетень верховного Суда РФ, 1995, № 6, с.1

53. Треушников М.К. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе, с.137

54. Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда РФ по гражданским делам. М., "Спарк", с.273

55. Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1983, №8, с.4-5

56. Клейман А.Ф. Основные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. М., 1950.

57. Комментарий к ГПК РСФСР. М., "Спарк". 1996

58. Сборник постановление Пленумов Верховных судов СССР и РСФСР /Российской Федерации/ по гражданским делам. М.. "Спарк", 1996

59. Смышляев Л.П. Предмет показывания и распределение обязанностей по доказыванию в советском гражданском процессе. М., 1961, с.8

60. Курылев С.В. Основы теории доказывания в советском правосудии. Минск, 1969, с.61

61. Гурвич М.А. Судебное решение. Теоретические проблемы. М., 1976. с.103

62. Клейман А.Ф. Основные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. М.,1950, с,34

63. Юдельсон К.С. Проблема доказывания в советском гражданском процессе. М.,1951, с.155

64. Смышляев Л.П. Предмет доказывания и распределения обязанностей по докаэыванию в советском гражданском процессе, М. 1961, с.13-14, 65. Курылев С.II. Основы теории докаэывания в советском правосудии. Минск, 1969

66. Юдельсон К.С. Проблема доказывания в советском гражданском процессе. М., 1951, с.190

67. Клейман А.Ф. Основные вопросы теории доказательств в советском

гражданском процессе, М., 1950, с.47

68. Курылев С.В. Установление истины в советском правосудии. М.,

1969, с.20

69. Шутин Я Л. Предмет доказывания в гражданском процессе. М.,1963. с. 160

70. Юдельсон К.С. Проблема доказывания в советском гражданском про­цессе. М., 1951, с.33

71. Там же с.81, 86 ,

72. Алексеев С.С. Общая теория права Т.2 М., 1982, с.336

73. Курс гражданского процессуального права. М., 1981, с.336

74. Треушшков М.К. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе. М., 1982, с.16

75. Анисимова Л.И. Доказывание по гражданским делам. Советское государство и право. 1933. № 10 с.112-114

76. Курылев С.В. Доказывание и его место в процессе судебного

познания. Иркутск, 1955, т.13, с.65

77. Гурвич М.А, Лекции по советскому гражданскому процессу. М.,

1950, с.99

78. Клейман А.Ф. Основные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. М., 1990, с.41

79. Дело Невского районного суда Санкт-Петербурга № 2-572/97 от 30.01.97

80. Дело Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга № 2-318 от 02.07.96

81.Сборник постановлений Пленумов по гражданским делам "Спарк", с. 105

82. А.Т. Боннер. Применение нормативных актов в гражданском процес­се. М., 1980. с.49

83. М.К. Треушников. Относимость и допустимость доказательств в гражданском процессе. М., 1981, с.28

84. Лордкипанидзе Н.Д. Относимость юридических фактов и доказательств в гражданском процессе. Автореф. канд. дис.1964, с.4

85.Треушников М.К. Относимость и допустимость доказательств в гражданском процессе. М., 1931, с.61

86. Федеральньй закон "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним". "Российская газета" от 30.07.97

87. Резниченко И.М. О принципе объективной истины в советском

гражданском судопроизводстве, "Труды ВЮЗИ", т.2. М., 1965, с.185

88. Постановление Пленума Верховного Суда СССР №4 от 31 марта 1978 г."О применении законодательства при рассмотрении суда­ми дел об освобождении имущества от ареста /исключение из описи/" с изменениями и дополнениями, внесенными постанов­лением Пленума № 7 от 12 мая 1988, №14от 30 ноября 1990 -Сборник постановлений Пленумов по гражданским делам, “Спарк”, с.56

89. Бюллетень Верховного Суда РФ, 1994, №5, с.1-2

90. Юдельсон К.С. Проблема доказывания в советском гражданском процессе. М., 1951. с.276-277

91. Бюллетень Верховного Суда РФ, 1996, №5, с.4-5

92. Лилуашвили Г.А.. Предмет доказывания и распределение времени доказывают между сторонами в советском гражданском процессе. “Автореф. канд.дис”. М., 1961

93. Комментарий к ГПК РСФСР М., 1976. с.99

94. Гурвич М.А. Является ли доказывание в гражданском процессе

юридическом обязанностью? - "Советская юстиция", 1975, №5

95. Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ 1993. № 19, ст.685. Собрание законодательства РФ, 1995, № 51, ст.4970

96. Иванов О.В. Судебные доказательства в гражданском процессе. Иркутск. 1974, с.151

97. Иванов 0.В. Там же, с. 152

98. Боннер А.Т. Некоторые особенности доказывания по делам возникающим из административных отношении. Иркутск. 1965, с.41-45

99.Смышляев Л.П. Предмет доказывания и распределение обязанностей по доказыванию в советском гражданском процессе. М., 1961, с.42

100. Т.Юдельсон К.С. Проблема доказывания в советском гражданском процессе. М., 1951. с.276-279

101.Смышляев Л.П. Предмет доказывания и распределения обязанностей по доказыванию в советском гражданском процессе. М., 1961, с.43

102.Судебная практика по гражданским делам. 1993-1996. М., “Городец”, 1997. С.17

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему