Смекни!
smekni.com

Понятие соучастия в уголовном праве (стр. 1 из 9)

Кубанский Государственный Аграрный Университет

Юридический факультет

Кафедра уголовного права

Курсовая работа

по курсу «Уголовное право»

тема: Понятие соучастия в уголовном праве

Выполнил студент 2-го курса

Юридического факультета

Группы юф-209

Ф,и,о,

Краснодар

2002г.

Содержание

Ведение_____________________________________________________ стр. 3

1. Понятие и признаки соучастия в преступлении_____________стр.5

2. Формы соучастия________________________________________стр.16

3. Виды соучастия__________________________________________стр.26

4. Основания и пределы ответственности соучастников________стр.40

Заключение_________________________________________________стр.46

Список литературы__________________________________________стр.48

Введение

Институт соучастия является одним из важных институтов уголовного права. Поэтому все вопросы, связанные с данным институтом актуальны в теории и практике уголовного права. Тема соучастия глубоко разработана в данной отрасли права, имеется ряд монографических работ и статей практиков и теоретиков на данную тему, таких как Р.Р. Галиакбаров, Бурчак Ф.Р., Владимиров В.А., Зелинский А.Ф., Ковалев М.И., Тельнов П.Ф. Заслуживают внимания также появившиеся в последнее время статьи работников правоохранительных органов, которые с практической стороны оценивают эффективность действия норм, касающихся института соучастия: Побегайло Э.Ф., Кладкова А. Особенностью данной темы являет то, что в ней существует ряд дискуссионных проблем, в частности, относительно объективной и субъективной природы признаков соучастия. Целью работы является рассмотрение данных проблем и понятия соучастия в целом. Следует отметить, что актуальность рассматриваемой нами темы связана с введением в действие с 1 января 1997 г. нового Уголовного Кодекса России.

Преступность последнего десятилетия представляет реальную угрозу национальной безопасности страны. Особую тревогу вызывает рост групповой преступности. Официальные данные фиксируют увели­чение бандитизма, похищения людей, захвата заложников, терроризма и других посягательств, совершаемых группами. Организованные груп­пы, в том числе вооруженные формирования, контролируют коммерче­ские структуры, банки, производственную и посредническую деятель­ность. Организованный характер наркобизнеса угрожает здоровью на­селения. Трудно найти сферу, которая была бы вне интересов организо­ванной и групповой преступности. Это и контрабанда, расхищение цветных металлов, вывоз природных ресурсов, капитала, антиквариата, художественных ценностей и др. Большая часть корыстных и насильст­венных посягательств также совершается группами. Заметна взаимо­связь групповой преступности и коррупции.

По прогнозам специалистов доля групповых проявлений пре­ступности в ближайшей перспективе будет возрастать. Основная при­чина этого кроется в нерешенности социально-экономических проблем, в критическом состоянии экономики, в несправедливости распределе­ния собственности, породившем резкое расслоение общества. В извест­ной мере на этом процессе сказываются и недостатки правоохранитель­ной и правоприменительной деятельности.

Уголовный кодекс 1996 г. создал удовлетворительную базу для борьбы с групповыми преступлениями. Несомненно, что она будет со­вершенствоваться, поскольку применение нового уголовного закона уже выявило его отдельные пробелы. Само стратегическое направление на совершенствование правовой базы борьбы с групповыми преступлениями за счет создания законов о борьбе с коррупцией, организованной преступностью и других, повлечет изменения и дополнения уголовно­го кодекса. Закон вынужден будет реагировать и на появление новых видов групповых посягательств.[1]


Глава 1.

Понятие и признаки соучастия в преступлении

Понятие соучастия сформулировано в ст. 32 УК

Статья 32. Понятие соучастия в преступлении

Соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления.

Ныне этому раз­делу уголовного права посвящена специальная глава 7 УК (статьи 32-36). Детальная проработка законом данного типа опасного поведения вызвана тем, что преступление может быть совершено несколькими субъектами. Это обстоятельство вызывает необходимость специальной регламентации условий ответственности лиц, участвующих в преступ­лении. Закон таким путем реагирует на то обстоятельство, что на прак­тике значительную часть посягательств составляют групповые преступ­ления, которые нередко характеризуются элементами профессионализ­ма лиц, их совершивших, их организованностью, стремлением объе­диниться в группы, устойчивые группы и преступные сообщества. На­ряду с этим в соучастии совершаются и такие посягательства, когда одни лица оказывают содействие другим в непосредственном соверше­нии ими преступления. Серьезную опасность представляет также орга­низованная преступность, уголовно-правовые методы борьбы с которой регламентированы блоком норм института соучастия в преступлении в сочетании с конкретными составами, предусматривающими в качестве основного или квалифицирующего признака факт совершения общест­венно опасного посягательства группами во всех их проявлениях. Более серьезная общественная опасность соучастия предопределяется тем, что участие в преступлении нескольких лиц позволяет более тщательно маскировать преступную деятельность, что нередко затрудняет работу правоохранительных органов по ее своевременному разоблачению и пресечению. К тому же различные объединения (группы, организован­ные группы, преступные сообщества) нередко становятся на путь со­вершения многих преступлений. В группах, например, усилиями нескольких лиц легче совершить преступление и причинить ущерб, кото­рый ощутимее коснется охраняемых интересов, что, в конечном счете, глубже затронет объекты охраны. Именно поэтому участие в содеянном нескольких лиц, при прочих равных условиях, вызывает возрастание общественной опасности самого посягательства по сравнению с анало­гичным посягательством со стороны отдельного лица. В ряде случаев это учитывает и сам закон, конструируя в рамках Особенной части Уго­ловного кодекса составы, предусматривающие уголовную ответ­ственность за совершение конкретных преступлений группой, орга­низованной группой и преступным сообществом. Но утверждать, что соучастие в преступлении всегда повышает общественную опасность содеянного, нельзя. Из этого правила могут быть исключения, особенно при совершении преступления исполнителем совместно с пособником и другими предусмотренными законом соучастниками.[2]

Совершение преступления в соучастии представляет, как правило, повышенную опасность по сравнению с преступлением, совершенным в одиночку. Это объясняется тем, что объединение усилий соучастников делает совершение преступления более продуманным; при этом появляются большие возможности для сокрытия совершенного преступления. Все это делает совершение преступления более легким для соучастников и нередко толкает их на совершение самых тяжких и дерзких преступлений. При совершении преступления в соучастии обычно причиняется больший ущерб и наступают более тяжкие преступные последствия.[3]

Уголовное законодательство не создает особого основания от­ветственности за соучастие. Им остается совершение деяния, со­держащего все признаки состава преступления, предусмотренного уго­ловным законом. Особенность основания ответственности при соуча­стии заключается в том, что эти признаки состава формируются из ука­заний, содержащихся в соответствующих статьях Особенной части Уголовного кодекса, с учетом общих условий ответственности при со­участии, предусмотренных главой 7 (статьи 32-36 УК). Эти нормы учи­тывают то, что нередко соучастники непосредственно не выполняют действия, охватываемые объективными признаками состава, а их опас­ное поведение (подстрекательство, пособничество, организация престу­пления) осуществляется самостоятельно до, во время, или при заранее обещанном укрывательстве и после выполнения преступления исполни­телем. Как особая форма преступной деятельности соучастие харак­теризуется рядом объективных и субъективных признаков.[4]

Объективные признаки

Соучастие прежде всего предполагает участие нескольких (двух и более) лиц в совершении преступления. При этом необходимо иметь в виду, что эти лица должны обладать признаками субъекта преступления: возрастом (ст.20) и вменяемостью (ст. 21 УК)[5] В теории уголовного права, делая акцент на количественной характеристике этого признака, его относят традиционно к числу объективных признаков соучастия в преступлении.

Другим объективным признаком соучастия является «совместность участия» двух или более лиц в совершении преступления.

С позиций уголовного закона (ст. 14 и ст. ст. 32, 33 УК) участие лица в преступлении может означать только образ преступного поведения, выражающегося в двух его внешних, то есть объективирующихся вовне, формах (действии или бездействии). В то же время и совместность участия в теории уголовного права обоснованно рассматривается в качестве своеобразного причиняющего фактора. Этими моментами объясняется, почему деяние лица, причинная связь и последствие в рамках учения о составе преступления относятся к объективной его стороне, несмотря на присутствие в деянии (действии или бездействии) лица субъективных признаков осознанности и волимости. Из сказанного также следует, что принципиальная характеристика деяния соучастника независимо от его видовой принадлежности аналогична деянию индивидуально действующего лица (за изъятием особенностей в образе преступного поведения и в способе воздействия на объект охраны, имеющих место при соучастии в преступлении). Однако эти и другие особенности поведения соучастников преступления не препятствуют рассмотрению признака «совместности участия» целиком в плоскости объективной, то есть как объективного признака соучастия. Поэтому представляются излишними существующие в теории уголовного права споры относительно объективной или субъективной природы этого признака, а вводимые при этом в терминологический оборот такие понятия и выражения, как «определенная психическая общность», предполагающая «знание о присоединяющейся деятельности других лиц и стремление достигнуть определенного результата путем объединения усилий», «умышленная координация общественно опасных действий двух или более лиц» и т.п. оправданны лишь в той мере, в какой они отражают особенности сознания и воли в деянии соучастника. Вместе с тем они ведут к смешению объективных и субъективных признаков соучастия в преступлении и поэтому методологически совсем неоправданны.