Смекни!
smekni.com

Участие адвоката в предварительном следствии (стр. 2 из 16)

Таким образом, если следователь, принимая во внимание всю совокупность собранных до предъявления обвинения доказательств, определяет их достаточность и предъявляет лицу обвинение, то все указанные в постановлении фактические обстоятельства совершенного деяния, входящие в предмет доказывания по уголовному делу и отраженные в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого, на момент предъявления обвинения должны быть подкреплены конкретными доказательствами, круг которых определен ч.2 с.74 УПК РФ, и находится в материалах дела в виде надлежащим образом оформленных протоколов, при этом датированных сроками до проведения следователем такого следственного действия, как предъявление обвинения.[5]

Если впоследствии выяснится, что реальные доказательства отсутствовали на момент предъявления обвинения и не были надлежащим образом закреплены в материалах дела протоколами следственных действий, а были установлены и зафиксированы после предъявления обвинения, о чем будут говорить даты составления протоколов следственных действий, то постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого, не подкрепленное на момент его предъявления конкретными доказательствами, подлежит признанию в суде незаконным и необоснованным, т.е. как предъявленное с нарушением ч.1 ст.171 УПК РФ, поскольку было вынесено преждевременно, в отсутствие достаточных доказательств наличия признаков состава преступления в действиях лица, привлекаемого к уголовной ответственности.

Но прежде чем определить достаточность доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, следователь, в первую очередь, среди обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, должен установить обстоятельства, относящиеся к событию преступления. Если событие преступления не установлено, то обвинение предъявлено быть не может.[6]

Ивану и Степану было предъявлено обвинение в том, что они, являясь наркоманами и зная друг друга по совместному отбыванию наказания в местах заключения, с целью хищения морфия ночью 11 января, с применением технических средств, взломали решетку окна аптеки №5 г. Красноярска, после чего Иван проник внутрь аптеки, а Степан остался снаружи. Однако не найдя морфия, Иван вышел из аптеки и вместе со Степаном был задержан сотрудником милиции Васильевым и сторожем фабрики школьных принадлежностей Морозовым.

Суд не согласился с предъявленным Ивану и Степану обвинением и оправдал последних за неустановлением органами следствия события преступления, указав следующее.

Иван и Степан как в процессе предварительного следствия, так и в судебном заседании в предъявленном обвинении виновными себя не признали и показали, что 11 января около 23 часов они действительно встретились у аптеки, где были задержаны работником милиции Васильевым. Иван показал также, что Васильев знал его, как ранее судимого, и дал в отношении него неправдивые показания. Указанные доводы обвиняемых органами следствия опровергнуты не были.

Все обвинение в отношении Ивана и Степана основано на показаниях сотрудника милиции Васильева, которые не находят своего подтверждения в материалах дела, не подкреплены другими доказательствами и к тому же сами по себе являются противоречивыми.

На первом допросе во время следствия Васильев показал, что 11 января в 24 часа он заметил двух молодых людей, в одном из которых узнал Ивана, ранее судимого. Эти молодые люди вошли во двор аптеки, сняли с окна решетку, разбили стекло, и один из них проник в аптеку, после чего он позвал сторожа фабрики и вместе с ним задержал их. На очной ставки с обвиняемым Иваном Васильев утверждал, что он услышал скрип и видел, как Иван через окно проник внутрь аптеки.

В судебном же заседании Васильев заявил, что он, заметив, как один из осужденных проник внутрь аптеки, сам, без чьей либо помощи задержал Ивана и Степана, применяя оружие.

Между тем в протоколе осмотра места происшествия, вопреки утверждениям Васильева о том, что стекло аптеки было разбито и решетка снята, указано, что окно аптеки было открыто и одна спица решетки согнута. Из этого же протокола усматривается, что все товары в аптеке находились на своих местах, а на столе были обнаружены следы чьих – то ног. Кем были оставлены эти следы, по делу не установлено.

Кроме этого, органами следствия не обсуждался вопрос о том, могли ли обвиняемые проникнуть в аптеку при условии, что решетка оставалась на месте и была согнута лишь одна спица. Следственный эксперимент для проверки данного обстоятельства не проводился.

Допрошенный по делу свидетель Морозов показал, что когда они с работником милиции вошли во двор аптеки, то Иван и Степан шли в сторону двора, при этом он не видел, что решетка от окна аптеки была снятой.

Заведующий аптекой заявил, что в аптеке находилось много ценных товаров, которые остались нетронутыми.

При таких обстоятельствах предъявленное Ивану и Степану обвинение нельзя признать обоснованным и дело в отношении них подлежит прекращению за неустановлением события преступления.

Установление события преступления означает, что имело место деяние, причинившее вред охраняемым уголовным законом отношениям. Деяние – это всегда конкретное общественно опасное действие (бездействие) определенного лица. Поэтому в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого должно быть указано, какие конкретно действия (бездействия) совершил обвиняемый и что именно от действий (бездействий) последнего наступили преступные последствия. Из чего следует, что предъявленное обвинение в совершении преступления не может быть признано обоснованным, если органами следствия не было установлено, что преступные последствия наступили именно в результате действий (бездействий) обвиняемого.[7]

Установление места совершения преступления является обстоятельством, подлежащим доказыванию по уголовному делу. Невыполнение этого положения закона влечет нарушение права обвиняемого на защиту.

Так, судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила приговор Смоленского областного суда в отношении Ивана, осужденного по п. «А» ст.131 УК РФ, по причине того, что суд первой инстанции признал местом совершения преступления чердак дома, в то время как в обвинительном заключении местом совершения преступления значился другой дом по этому же переулку. Судебная коллегия в своем определении указала на то обстоятельство, что суд не привел мотивов произвольного указания места совершения преступления, чем нарушил право обвиняемого на защиту.

Определение места совершения преступления имеет особое значение и в связи с решением вопросов о действии уголовного закона в пространстве, квалификации содеянного в тех случаях, когда место совершения преступления выступает в качестве обязательного признака состава преступления, что, в свою очередь, влияет на законность и обоснованность предъявленного обвинения.

Правильное установление места совершения преступления определяет также и территориальную подследственность между органами предварительного следствия. Нарушение территориальной подследственности является основанием признать предъявленное обвинение незаконным.

Но не только нарушение территориально подследственности является основанием признания предъявленного обвинения незаконным, но и нарушение родовой (предметной) подследственности, по которой распределяются дела между следователями различных органов в зависимости от категорий преступлений по УК РФ, также является основанием признать предъявленное обвинение незаконным. Например, производство по уголовному делу было проведено следователем органа дознания вместо следователя органа предварительного следствия. В этом случае сторона защиты, но уже при судебном разбирательстве уголовного дела, должна будет поставить вопрос о признании предъявленного обвинения незаконным и исключении всех протоколов следственных действий, представленных стороной обвинения в подтверждение предъявленного обвинения, как недопустимых доказательств по делу, обосновывая такое заявленное ходатайство тем, что производство по делу производилось ненадлежащим субъектом уголовного судопроизводства.[8]

На практике также встречаются случаи, когда определить точное место совершения преступления не представляется возможным. В таких случаях сторона защиты должна знать о том, что уголовное дело может быть возбуждено по месту обнаружения преступления или по месту наступления вредных последствий от его совершения. Оспаривать предъявленное обвинение не по месту совершения преступления в таких случаях будет неправомерно.[9]

Другим обстоятельством, подлежащим доказыванию по уголовному делу является время совершения преступления. Невыполнение предписаний ст.73 УПК РФ в этой части ставит под сомнение предъявленное обвинение и в безусловном порядке влечет нарушение права обвиняемого на защиту.

Место, время, способ и другие обстоятельства, имеющие отношение к предъявленному обвинению, имеют важное значение для понимания сущности и роли объективной стороны того преступления, в совершении которого обвиняется конкретное лицо, поэтому отражение в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого этих обстоятельств очень важно для стороны защиты, поскольку позволит сосредоточить свои усилия в установлении того, мог ли обвиняемый совершить то преступление, в котором его обвиняют и действительно ли обвиняемый находился в то время и в том месте, когда было совершено преступление.

По многим уголовным делам установление мотива преступления является необходимым условием правильной квалификации содеянного. Однако данные требования закона органами следствия зачастую просто игнорируются. К сожалению, в некоторых случаях необоснованно предъявленное обвинение находит свое подтверждение и в приговоре суда. Такая судебная практика только подкрепляет уверенность у многих следователей в халатном отношении к своим прямым обязанностям и должна искореняться только судебными решениями о признании предъявленного обвинения незаконным и необоснованным.[10]