Смекни!
smekni.com

История отечественного государства и права (стр. 7 из 87)

Государственный строй. Верховная власть в государстве Саманидов принадлежала эмиру. Он осуществлял ее через центральные и местные органы управления. При Саманидах государственный аппарат делился на царский двор (даргох) и центральные органы управления (диваны).

Самым важным органом центрального управления, контролировавшим все административные, политические и хозяйственные учреждения государства, являлся диван везира, т.е. главы правительства, ответственного за управление перед эмиром. На должность везира эмир назначал одного из представителей трех самых богатых и родовитых семейств. Везир возглавлял все военные силы государства.

Вторым по значению органом управления был финансовый диван, ведавший всеми финансовыми делами государства. Специальные диваны ведали дипломатическими сношениями с другими государствами, гвардией Саманидов, снабжением войск, почтой и другими областями государственной жизни. В обязанность служащих дивана почты, например, входило и наблюдение за поведением местных правителей с донесением об этом эмиру. Этот диван подчинялся только эмиру.

Специальный диван - мухтасиб наблюдал за рынком, весами, продажей товаров крестьянами и ремесленниками. Постепенно чиновники этого дивана стали осуществлять надзор за нравственностью населения, посещением мечетей, соблюдением религиозньк обрядов.

Существовали диваны государственных земель, судейский и вакуфный. Судейский диван возглавлялся главным судьей - казием.

Все диваны, кроме дивана почты, имели свои местные учреждения, которые подчинялись и центру, и местным правителям. Местные правители назначались из числа феодальной знати.

Городами управляли назначаемые эмиром градоправители из местной знати - раисы.

В государстве Саманидов важная роль принадлежала мусульманскому духовенству, в особенности его главе, впоследствии князю ислама, который был видным деятелем при эмире.

В конце Х в. ослабленное внутренними распрями Саманидское государство рухнуло под ударами Караханидов и прекратило свое существование.

Государство Караханидов (XI - XII вв). Караханидами назывался целый ряд кочевых тюркских племен во главе с ханами из племени ягма. Самым крупным из таких племен были карлуки. Чтобы упрочить свое положение, караханидские ханы формально признали верховную власть Багдадского халифа.

Часть территории Средней Азии к югу от Аму-Дарьи после падения государства Саманидов перешла в состав государства Газневидов (по имени Махмуда Газневи), а Мавераннахр* остался у Караханидов. Государство Караханидов в отличие от государства Саманидов было раздробленным. Во главе государства стояли ханы (каганы). Все Караханидское государство считалось собственным владением членов ханской семьи. Страна делилась между всеми представителями этой семьи на отдельные уделы, которые самостоятельно управлялись членами ханского дома - удельными ханами (эльхана-ми). Столицей государства Караханидов вначале был Узген (в Киргизии), затем - Самарканд. При Караханидах земельные владения жаловались представителям правящих групп на правах бенефиция и назывались иктой. Таким образом, в XII в. вместо дехкан (прежних потомственных крупных землевладельцев) появилась новая общественная группа землевладельцев - иктадоры.

* Мавераннахр (Заречье) - так называлась область бассейна рек Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи.

При Караханидах положение земледельцев-крестьян еще больше ухудшилось, ибо было введено множество новых налогов и повинностей, отобраны значительные участки крестьянской земли для пастбищ караханидских кочевников-тюрков.

Государство хорезмшахов (ХП - XIII вв). Государство хорезмшахов было основано во второй половине XII в. В его состав в начале XIII в. входила кроме Хорезма и Мавераннахра также часть территории нынешнего Афганистана и Ирана.

Государство хорезмшахов не было в достаточной степени централизованным. Местные правители, формально признавая себя вассалами хорезмшахов, на деле оставались самостоятельными. Власть хорезмшахов не пользовалась поддержкой не только трудящихся и покоренных народов, но и военно-феодальной знати и мусульманского духовенства, которые стремились ограничить деятельность правителей.

В такой обстановке государство хорезмшахов не смогло организовать отпор монгольским ордам, вторгшимся в Среднюю Азию в начале XIII в.

Общая характеристика права. В государстве эфталитов и Тюркском каганате действовала главным образом система обычного права, возникшая у оседлого населения и кочевников. Со времени завоевания Средней Азии арабами здесь усиленно насаждалась система мусульманского феодального права. Мусульманское право, выражавшее интересы землевладельцев, купцов, духовенства, все более вытесняло местное обычное право, в особенности у оседлого земледельческого населения.

В отдельные периоды в Средней Азии наряду с мусульманским правом для некоторой части населения действовала иная правовая система. Так, караханиды имели свое обычное право. Мусульманское право, возникшее впервые в Аравии, действовало в течение всего периода феодализма. В отличие от России и других стран, где имелось много разнообразных памятников феодального права, государства Средней Азии не знают сколько-нибудь цельных и ярких правовых памятников, изданных государственной властью.

В государствах Средней Азии право развивалось не путем создания законодательства, а путем толкования догм Корана и других религиозных норм.

Одной из особенностей права среднеазиатских государств являлась тесная связь с религией. Коран и иные мусульманские источники права не допускали издания каких-либо кодексов, уравнивавших в правах частных лиц независимо от их веры.

Мусульманское право устанавливало деление народов на «правоверных» (мусульман) и «неверных» (немусульман).

Средняя Азия дала мусульманскому миру обширную богословскую юридическую литературу. Деятельность среднеазиатских богословов и правоведов имела не только местное, но и общемусульманское значение. Наряду с руководствами по мусульманскому праву, написанными различными авторами, в среднеазиатских государствах силу правовых норм имели различные акты, изданные их правителями.

* * *

Переход к феодализму в Закавказье и Средней Азии совпал с большими внешнеполитическими событиями. Старые рабовладельческие государства, превращаясь в феодальные, подвергались дроблению, в них возрастали центробежные силы. Это способствовало захвату Закавказья и Средней Азии Византией, Сасанидской Персией, а позднее Арабским халифатом. В свою очередь развитие феодализма в Халифате обусловило и его децентрализацию. Этим воспользовались народы, находившиеся под игом арабов. В пору распада Халифата на его границах создаются новые государства коренных народов Закавказья и Средней Азии, дожившие затем до монгольского нашествия.

Развитие государственности в Закавказье и Средней Азии не приводит еще к возникновению национальных государств, но создает исторические предпосылки для этого. Грузинские, армянские и азербайджанские царства и княжества то объединяются для борьбы с внешними врагами, то воюют между собой. В этой борьбе происходит перемешивание народов, меняются исторические границы их расселения. Перемешиванию закавказских и среднеазиатских народов способствуют завоеватели, в определенных случаях умышленно переселяющие значительные массы населения на территорию Закавказья или, наоборот, выселяющие местное население за его пределы.

Переход к феодализму приводит к образованию новых правовых систем. Существенным представляется подразделение права Закавказья и Средней Азии на две основные системы, зависящие от новых религий, новых церковных систем. В западной части региона побеждает христианство, в восточной - мусульманство. Соответственно этому создаются христианская и мусульманская правовые системы, имеющие свои особенности в конкретных государствах Закавказья и Средней Азии.

Глава 3. Политические образования периода формирования феодализма в европейской части страны

Если государственность в Закавказье и Средней Азии возникла преимущественно как рабовладельческая, то по-иному обстояло дело у народов, населявших европейскую часть нашей страны. Правда, как мы уже отмечали, и в Средней Азии некоторые народы миновали рабовладельческий строй (эфталиты и др.). С.В. Юшков полагал даже, что все коренные народы Закавказья и Средней Азии обошлись без рабовладельческих государств, но это не было принято наукой. Небесспорен и тип первых государственных образований на Восточно-Европейской равнине. Еще в 30-х годах советский историк И.И. Смирнов считал, что у восточных славян рабовладельческий строй предшествовал феодальному.В.О. Ключевский отмечал, что даже в Киевском государстве рабовладение занимало большое место в экономике. *

* См.: Ключевский В.О. Соч. Т.6.М., 1989. С.257.

Однако большинство специалистов в наше время склоняются к тому, что народы, населяющие Восточную Европу, создали государственность, минуя рабовладельческий тип и перейдя сразу к феодализму. Здесь возникновение классового общества привело непосредственно к созданию феодального государства и права. Вопрос о причинах этого в науке спорен. Представляется, что его можно решить следующим образом.

В Средней Азии, Закавказье, как и в Месопотамии, Средиземноморье, классовое общество и государственность возникают при сравнительно невысоком уровне развития производительных сил. Природные условия, позволяющие получать высокие урожаи при весьма низких затратах на раба, делают рабский труд рентабельным. В условиях Среднерусской равнины с ее более бедными землями, которые к тому же еще нужно отвоевать у леса, с длинными и холодными зимами труд раба при аналогичном уровне развития производительных сил рентабельным быть не мог. Раб просто не окупил бы затрат на жилье, одежду, питание, охрану, для этого требовался более высокий уровень развития производительных сил, которого Русь и достигла во второй половине I тысячелетия н.э. Но когда это случилось, возникла другая социальная проблема: высокоразвитые орудия производства исключали возможность применения труда человека, не заинтересованного в его результатах. На Руси, например, в хозяйстве уже широко применялась конная тяга, но доверить коня рабу было весьма рискованно. Таким образом, рабство у восточных славян сначала было еще невозможно, а потом оно стало уже невозможно.