Смекни!
smekni.com

Охота на Левиафана (стр. 23 из 25)

Я провел его в каюту капитана и по дороге объяснил, в чем

дело. Но мне не было надобности вдаваться в детали, он все

понял с первого взгляда. В глубине души я даже подумал, что

осмотр мог бы быть более тщательным. Не находил ли он этот

случай безнадежным?

Но выражение его лица опровергло мои опасения.

- Ну, - сказал я, вводя его в комнату, примыкающую к

спальне капитана, - вы сможете произвести ампутацию?

- Ампутацию! - с удивлением воскликнул он. - Зачем? Почему

зашла речь об ампутации?

- Разве можно спасти его иначе?

- Нет, сударь, она нужна не более, чем ампутация головы.

- Разве кости не раздроблены?

- Конечно нет, кость цела. Хорошая повязка - вот что нужно.

Потом отдых, а потом терпение. Будьте покойны, сударь, через

месяц он будет вполне здоров.

Несмотря на его ужасную бороду, на этот раз я не выдержал,

крепко обнял маленького человечка и расцеловал его в обе щеки.

Его слова вернули мне жизнь.

Он наложил повязку и приказал давать больному питье,

приготовив его собственноручно. Потом дал нам точные и ясные

инструкции по уходу за больным и простился с нами.

Его предсказания исполнились буква в букву. Через месяц

капитан Дринкуотер уже был на мостике "Летучего облака", и

невозможно было определить, какая нога у него болела.

Из всех этих событий я вынес чувство глубокой

признательности маленькому бородатому французу и непреодолимое

желание избить нашего повара всякий раз, когда видел его

лоснящееся лицо.

16. ТАИНСТВЕННАЯ ЛОДКА. - БЕДНЫЕ ЛЮДИ!

Почти во всех морях китообразные имеют странную

особенность: сегодня вы видите возле судна целую стаю, а наутро

на всем океане ни одного. Именно такое явление и происходило

теперь на наших глазах. Мы в большом количестве встречали китов

у островов Индии, но вот их либо испугал французский корвет,

либо они ушли за ним -океан стал совершенно пуст. Это было

обидно, потому что в ином случае мы за несколько дней пополнили

бы трюмы "Летучего облака". Нам пришлось искать счастья в

других местах, чтобы не возвращаться в Нью-Бедфорд с неполным

грузом. Пополнив наши запасы в Порт-Луи на острове Св.

Маврикия, мы отправились в другую часть Индийского океана,

однако неудача преследовала нас. Киты, появлявшиеся в поле

нашего зрения, не стоили удара гарпуна.

Наконец, капитан Дринкуотер, который вполне поправился,

решил идти на запад, в Атлантику, и постараться пополнить груз

у островов Тристан д'Акунья. Во время своих путешествий мы не

раз пересекали Атлантический океан и знали его достаточно

хорошо, чтобы не опасаться особенных приключений.

То, что я сейчас расскажу, едва ли может называться

приключением, скорее, это эпизод, но эпизод, который произвел

тяжелое впечатление на моих товарищей, как и на меня.

Вблизи Тристан д'Акунья мы имели дело с плоскоголовыми

китами, не похожими на тех, каких встречали на севере. На этот

раз мы были вознаграждены за свои труды. Действительно, это был

уже спорт, а не работа, и даже забава, так как мы кончали

сезон. После нескольких месяцев кампании самые страстные

охотники были пресыщены.

Через несколько недель трюмы "Летучего облака"

наполнились. Очень доволен был капитан. С тех пор, как он

крепко встал на ноги, он находил особенное удовольствие ходить

по капитанскому мостику и отдавать распоряжения.

Когда последняя тонна жира была спущена в трюм, он сказал:

- Теперь, ребята, кампания окончена, и можно смело

сказать, что окончена хорошо. Надо вспрыснуть наш успех.

Он отдал приказание, и палуба превратилась в театр, где

каждый с увлечением исполнял свою роль. Здесь были все -

молодые и старые, матросы и офицеры. В силу традиций

китоловного судна такое смешение нисколько не нарушало

дисциплины. Как только праздник кончался, все возвращались к

своим обязанностям, одни - приказывать, другие - повиноваться.

А сейчас пир был в самом разгаре.

Корабль тихо покачивался на волнах, подталкиваемый легким

бризом. Вдруг вахтенный закричал:

- Парус!

Конечно, капитан спросил, что за судно и куда идет.

- Просто шлюпка, сударь, - ответил вахтенный.

- Шлюпка! - воскликнул капитан, удивленный, как и все мы. -

Но, значит, виден и корабль?

Последовало долгое молчание. Вахтенный смотрел во все

стороны, и мы с живейшим любопытством ждали результатов его

наблюдений. Мы были почти в ста лье к северу от островов

Тристан д'Акунья и знали, что ближе никакой твердой земли нет.

Шлюпка, без корабля, так далеко от берегов - это было странно,

очень странно. Если бы мы встретили ее среди архипелагов Тихого

океана, то просто не обратили бы на нее внимания. Но на западе

Атлантического, этой водной пустыни, где острова Тристан

д'Акунья и Найтингель являются уединенными оазисами,

присутствие одинокой шлюпки было очень странным.

Но была ли эта шлюпка на самом деле одинокой? Вот о чем мы

спрашивали друг друга, пока вахтенный продолжал свои

наблюдения.

Он снова заявил, что на горизонте нет никакого иного

паруса.

- Шлюпка под парусами? - спросил капитан.

- Да, сударь, - ответил вахтенный.

- Кто в ней?

- Никого, сударь.

- Но там должен быть кто-нибудь!

- Я не вижу ни одной живой души, сударь. Если там

кто-нибудь и есть, он, должно быть, спрятался под скамейку.

- Клянусь Иосафатом, это странно! - воскликнул капитан

тоном человека, который поражен до глубины души. - Шлюпка под

парусом, которым никто не управляет! Мистер Мэси, поднимитесь

наверх и посмотрите сами, не увидите ли чего-нибудь.

Я тотчас встал рядом с вахтенным, который передал мне свою

подзорную трубу. Я мог только подтвердить его слова: шлюпка под

парусом, и на ней никого, по крайней мере, никого видимого.

- Ну, Мэси, что там? - в нетерпении спросил капитан.

- Честное слово, сударь, я ничего не понимаю.

Этот ответ разочаровал всех.

- Я думаю, что это охотничья китоловная шлюпка. Она идет в

одном направлении с нами.

- И вы тоже не видите никакого корабля?

Я не сразу ответил. До сих пор мое внимание было поглощено

шлюпкой. Теперь я стал осматривать горизонт в подзорную трубу

по всему горизонту. Небо было необыкновенно ясно, солнце ярко

светило, море было спокойно - и ни одного иного паруса, кроме

того, что на шлюпке.

Я сказал об этом капитану и услышал, как он произнес:

- Если Мэси ничего не видит, значит, ничего нет.

Если бы предметом нашего любопытства оказался корабль, а

не простая шлюпка, мы вообразили бы, что имеем дело с "Летучим

голландцем", кораблем-призраком из знаменитых морских легенд.

Не было ни одного моряка, который бы не был твердо уверен в

существовании "Летучего голландца".

- Что за чертовщина! - продолжал удивляться капитан. -

Отправимся на охоту за ней, посмотрим, что это такое! Эй, Мэси,

где она?

- Все там же, сударь. Курс - север.

- Скажите рулевому, что делать.

Охота началась. Мы сделали несколько узлов, все время

подавая сигналы. Лодка не отвечала на наши сигналы. Мы

настигали ее, но не так быстро, как хотели. Бриз, хотя и

слабый, надувал ее большой парус и быстро толкал ее вперед,

нашим же парусам он помогал меньше, тем более, что мы были

очень нагружены.

Все это можно было легко объяснить. Гораздо труднее было

понять упорное стремление шлюпки убежать от нас. Если люди в

ней были просто несчастными и покинутыми, как мы готовы были

подумать, их поведение было необъяснимо. В конце концов, мы

пришли к убеждению, что это преступники, и тогда все понятно.

Это негодяи, которые оставили свой корабль, совершив

какое-нибудь ужасное преступление, может быть убийство, и у них

есть основания избегать людей и людского правосудия. Может

быть, они уносят с собой украденные предметы и не решаются

бросить их за борт. Подобно Каину, они убегают от небесного

гнева и видят мстителя в каждом встречном судне...

- Необходимо ее захватить, - сказал капитан, задетый за

живое тем, что до сих пор не смог догнать шлюпку на таком

быстроходном судне, как "Летучее облако". Это ставило под

сомнения качества нашего корабля.

- Подумать только! - говорил он. - Эта негодная посудинка

заставляет нас так долго гнаться за ней! Это смешно! Нам надо

поставить больше парусов, как вы думаете, Мэси?

- Как и вы, капитан! Это китоловная шлюпка, охотничья.

Мой ответ навел всех на новые размышления о ее экипаже.

Речь шла о профессиональной гордости. Если мы имеем дело с

китоловной лодкой, нельзя допустить, что ее экипаж состоит из

дезертиров и преступников. Такого не может быть. Мы вернулись к

первоначальному предположению, что это несчастные, попавшие в

беду. Но почему же они бегут от нас?

Бриз внезапно стих. "Летучее облако" беспомощно качалось

на волнах. Шлюпка начала качаться, как пьяный матрос, словно за

рулем в ней никого не было.

-Шлюпку в море! - приказал капитан. - Если мы не настигли

ее на парусах, настигнем на веслах.

Двенадцать человек бросились исполнять приказ капитана.

Прежде чем лодка была готова, снова подул капризный бриз и

надул паруса как нашей, так и той странной шлюпки. Охота

возобновилась.

Это было необыкновенное зрелище. Матросы начали

поговаривать о чертовщине, и необычное поведение лодки давало

для этого основания. Но капитан Дринкуотер не верил в

сверхъестественные силы, или, вернее, не верил ни во что.

Взволнованный происходящим, он приказал поднять все паруса.

- Клянусь Иосафатом! - вскричал он. - Поведение этой лодки

чрезвычайно любопытно! Она похожа на блуждающий огонек.

Паруса еще не были подняты, когда я заметил, что это было

бы излишней роскошью. Бриз посвежел, что благоприятствовало