Смекни!
smekni.com

Охота на Левиафана (стр. 24 из 25)

нашему кораблю и мешало шлюпке. Расстояние, разделяющее нас,

уменьшалось каждую минуту. Нам уже оставалось недолго ждать,

чтобы узнать тайну блуждающей шлюпки.

Отменяя свое приказание о парусах, капитан скомандовал:

- Пушечный выстрел! Остальные сигналы не производят на нее

никакого действия. Посмотрим, что они скажут на это!

Наша маленькая пушка была выдвинута вперед.

- Следите за результатом, Мэси! - крикнул капитан в то

время, как зажигали фитиль.

Я ждал, направив подзорную трубу на шлюпку.

Первый же выстрел произвел свое действие. Еще не замер его

звук, как на корме показалась голова, затем - у основания мачты

- другая, и еще две у борта.

- Что вы видите? - спросил капитан.

- Четверых людей, сударь, или, по крайней мере, четыре

головы.

Одна голова между тем медленно поднялась над бортом,

показались плечи... По-видимому, человек делал крайние усилия,

стараясь не упасть. Одной рукой он обнял мачту, а другой махал

чем-то вроде платка.

Трое остальных тоже поднялись и начали подавать сигналы.

Они махали шляпами и какими-то тряпками. Теперь уже с нашего

мостика была заметна перемена, происшедшая в шлюпке. Парус упал

так, как будто бы веревки были обрезаны ножом. Шлюпка резко

остановилась, словно птица, раненная в крыло, потом завертелась

и запрыгала на волнах. Тогда я заметил еще двух людей, которых

до того скрывал парус. Всего их было шестеро.

Тайны больше не было. И не было надобности в подзорной

трубе, чтобы прочесть историю этих несчастных. Мне довольно

было вспомнить, что происходило раньше со мною самим. Они

заблудились в открытом море, оторвавшись от своего китоловного

судна.

Да, все было именно так. Это оказалась охотничья шлюпка с

полным экипажем из шести человек. Но что это были за люди!

Настоящие скелеты! Кожа да кости, обтянутые мертвенно-бледной

кожей, с глубоко запавшими глазами, горящими неестественным

блеском.

- Слава Богу! - воскликнул наш капитан. - Они живы все до

одного.

Я понял смысл этого восклицания и причину его радости. Это

было эхо старого воспоминания.

И вдруг он снова закричал с изумлением:

- Элиджа Коффен!

Мы были поражены не менее его.

- Элиджа Коффен, - повторяли все, кто некогда знал

старшего офицера "Летучего облака".

Это был действительно он, с трудом державшийся на ногах.

Но как он изменился! Я еще удивляюсь, что мы узнали его с

первого взгляда.

- Боже! - воскликнул капитан. - Вы ли это, Коффен?

- По крайней мере, то, что от меня осталось, - ответил тот

слабым голосом. - А осталось немного, как видите. - И

несчастный попытался улыбнуться. Но это была улыбка призрака. -

Свеча догорела!

- Нет, нет! - ободряюще воскликнул наш добрейший капитан.

- Зачем отчаиваться? Ободритесь! Мы вас живо поставим на ноги!

Капитан тотчас же приказал перенести несчастных на борт

"Летучего облака". Им бросили канат. У тех едва хватило сил

принять его и подтянуться. Через несколько мгновений их уже

перетащили на борт, так как сами они идти не могли.

- Мы вас скоро поставим на ноги! - повторял капитан,

обращаясь ко всем спасенным.

Это не были слова. Через несколько дней шестеро были уже

вполне здоровы, благодаря усиленным заботам, которые оказывали

им товарищи по ремеслу, спасшие их.

То, что они рассказали нам, мы знали заранее. Это была

вечная история, с незначительными вариантами. Они были из

экипажа "Дерзкой Сары", что мы узнали сразу, заметив среди них

Коффена. Увлеченные преследованием кита, они зашли слишком

далеко и были захвачены туманом. Поднялся ветер, разбушевалось

море, и , если бы не мы, они бы погибли.

Их история была повторением того, что случилось с нами в

Бристольском заливе. Только наше приключение было менее

трагично. Они так ослабели, что не могли ни править рулем, ни

управлять парусом, ни даже сидеть на скамейках. Один за другим

они упали на дно шлюпки, чтобы там умереть.

Вот в каком состоянии были они, когда звук пушечного

выстрела поразил их. Они говорили, что это была труба ангела,

пробудившая их от предсмертного сна и призвавшая к жизни.

17. ОПЯТЬ "ДЕРЗКАЯ САРА".

- ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ ТРИУМФ КАПИТАНА ДРИНКУОТЕРА

Ветер нам благоприятствовал, мы дошли до острова

Вознесения и остановились там, чтобы запастись водой, мясом,

фруктами и овощами, не говоря уже о знаменитых черепахах. До

дому оставалось еще не менее тысячи миль.

Войдя в порт, мы были приятно удивлены. Среди стоящих на

якоре судов мы заметили корабль, на борту которого виднелась

надпись: "Дерзкая Сара".

- Это Босток! Он не удивится, нет! - смеясь, сказал

капитан Дринкуотер. - Он не сомневается, что мы привезли ему

хорошие новости.

Когда "Летучее облако" приблизилось к своему сопернику, он

громко закричал в рупор:

- Эй, корабль, пришлите нам лодку! Босток, у меня есть для

вас подарок!

Прошло несколько минут, и капитан Босток решился ответить.

Он хорошо знал Дринкуотера и на себе испытал его пристрастие к

мистификациям. Но тут, словно предчувствуя правду, он ответил:

- Хорошо, Дринкуотер, я сейчас пришлю вам лодку.

Капитан Дринкуотер сам провожал наших гостей, захватив с

собою меня. Прием, оказанный экипажем "Дерзкой Сары" своим

шестерым товарищам, мог растрогать до слез. Капитан Босток

горячо благодарил нас и оказывал всяческое гостеприимство.

Происшедшее могло бы примирить самых заклятых врагов, но Босток

и Дринкуотер давно были друзьями. Только в одном пункте они

расходились - чей корабль быстроходнее. На этой почве между

ними царили соперничество и ревность. Дринкуотер не мог забыть,

как "Дерзкая Сара" в Тихом океане обошла "Летучее облако". До

сих пор он не мог простить Бостоку его насмешливое предложение

взять его судно на буксир. С того времени Дринкуотера не

оставляла мечта взять реванш. Можно сказать, что он получил

его, спасши экипаж шлюпки, но сам он находил это таким простым

и естественным делом, что не мог считать происшедшее реваншем.

Когда они пожали друг другу руки перед тем, как

расстаться, чтобы возвращаться в один и тот же порт,

неисправимый Дринкуотер не удержался:

- Ну, мой старый Бост, нет ли у вас поручений в

Нью-Бедфорд? Ваши друзья, должно быть, будут беспокоиться,

ожидая вас, и вообразят, пожалуй, что больше не увидятся с

вами?

- Благодарю вас, Дринк, - ответил капитан "Дерзкой Сары",

- очень вам обязан, но, вероятно, прежде чем вы будете в

Бедфорде, я уже отправлюсь в новую экспедицию.

Последнее слово осталось за Бостоком. Наш капитан, который

никогда не отличался находчивостью в речах, поник головой и не

нашел сказать ничего иного как:

- Отлично, старина, посмотрим!

Путь, которым следуют с запада Атлантического океана в

Нью-Бедфорд и другие северные порты Соединенных Штатов,

проходит на восток от Бермудских островов. Мы поднялись на

север до широты этих островов, и море все время было спокойно.

Все, по-видимому, способствовало тому, чтобы наше путешествие

было вполне благополучно. Мы уже предвкушали удовольствия,

которые нас ожидали в нашем старом Бедфорде, как его называют

американские китоловы, вопреки приставке "новый".

Мы слышали, что за время нашего отсутствия цена на ворвань

поднялась, а так как "Летучее облако" несло полные трюмы жира

высшего качества, рассчитывали на великолепные барыши. Эти

барыши каждый из нас уже распределил по-своему.

Но мы были пока не в Нью-Бедфорде, сотни миль отделяли нас

от него, впереди же расстилались воды самого опасного из

океанов. И вскоре нам пришлось вспомнить об этом. Мы еще не

достигли тридцатиградусной широты, как противные ветры повлекли

нас к западу и заставили спуститься почти до Багамских

островов.

Если бы мы попали в Гольфстрим, то, придерживаясь его

течения, при попутном ветре могли бы легко пройти на север. Но

ни того, ни другого в нашем распоряжении не было, и, что всего

тревожнее, мы должны были обогнуть мыс Гаттерас. Это опасное

место, судя по всему, обещало взять с нас обычную дань. Бриз,

который дул накануне, словно собрал все свои силы, чтобы

заставить нас идти в определенном направлении. Он был так

крепок, что мы были вынуждены убрать часть парусов. По всей

длине берегов мы видели бурно вспененные волны: там было полно

рифов. Если бы "Летучее облако" попало на них, гибели не

миновать.

Все видели это и понимали опасность. Кроме капитана. Он

один не знал об опасности, так как было еще очень рано, а он

поздно заснул по причинам, увы, всем хорошо известным. Наконец

он появился, взглянул на паруса и крикнул:

- Зачем с марселя убраны паруса?

Я был дежурным офицером и ответил:

- Ветер начинает крепчать.

- Ну, судно может нести парусов вдвое больше, даже когда

ветер превращается в бурю.

- Взгляните на эти волны, - показал я ему на прибрежные

рифы.

- Черт их побери! "Летучее облако" легко повинуется рулю,

оно шутя...

Его панегирик "Летучему облаку" был, однако, прерван.

Огромная волна отбросила судно назад, в то время как другая

ударила его в борт, и сигнальный колокол прозвонил сам собою.

Я думал, эта качка заставит капитана осознать грозящую

опасность, но случилось как раз наоборот. Довольным голосом он

произнес:

- Браво, "Облако", тебе уже не нужны матросы, чтобы мыть

палубу или звонить в колокол!

Он поглядел на берег и добавил:

- А, старина Гаттерас! Теперь, по крайней мере, мы знаем,

где находимся. И если Дик Дринкуотер не ошибается, самое

опасное место мы прошли.

Мы с радостью восприняли это заявление, хотя наши сомнения

оно рассеяло не вполне. Не было ли оно вызвано утренней