Смекни!
smekni.com

Творчество Солженицына (стр. 22 из 23)

Задача осмысления Солженицына как целостного осмысления явления стоит перед нашей критикой. Судьба «Нового мира» была тесно связана с судьбой Солженицына.

В книге «Бодался теленок с дубом» Солженицын – рассказал историю отвержения. Писавшаяся по горячим следам событий, она хранит ощущения боя и мгновенных оценок, которые, однако, всегда – если не вполне справедливы – корректируются.

Еще в 1974 году, вскоре после изгнания Солженицына из СССР, вышел сборник «Из – под глыб», подготовленный в Москве, в котором кроме Солженицына участвовали М. С. Агурский, В.М. Борисов, Ф. Корсаков, И. Р. Шафаревич.

Солженицын выступает за пробуждение национального самосознания, а отнюдь не за имперские притязания.

Что касается Солженицына, то через всю его прозу и публицистику проходила мысль, что без права собственности нет свободного человека.

Я думал, почему дал Солженицын своей повести название «Щ – 854» и почему это название показалось совершенно неприемлемым с точки зрения цензурных условий. Наверное, Твардовский был прав, с названием «Щ –854» повесть никогда не смогла быть напечатана.

Герои Солженицына, на мой взгляд, любимые им, - безусловно личности. И цель Ивана Денисовича, Матрены – не выжить любой ценой «для пользы дела»., но сохранить свою душу, не оскверняя ее насилием, предательством и прочими мерзостями.

Мне симпатичны герои Солженицына своей человечностью, высокой нравственностью, - на них земля держится. Мечты могут и не сбыться, успех – не прийти, но человек, уже родившийся, должен пройти свой путь, каким бы он ни был, сохраняя в себе и мужество, и человечность, и благородство, не убить то высокое, что заложено в нем самой природой.

Заключение

Цель и смысл Солженицына – писательство: «Моя жизнь, - говорил он, - проходит сутра до позднего вечера в работе. Нет никаких исключений, отвлечений, отдыхов, поездок, - в этом смысле я действительно делаю то, для чего я был рожден» (Публикация, т,3, С. 144) Каждый год появляются новые его вещи.

Не будет преувеличением сказать, что предметом изображения в эпосе Солженицына стал русский 20 век во всех его трагических изломах – от Августа Четырнадцатого до сего дня. Но будучи в первую очередь художником, он пытается понять, как эти события отразились на русском национальном характере.

Обращаясь к народному характеру в рассказах, опубликованных в первой половине 60 – х годов, Солженицын предлагает литературе новую концепцию личности. Его черты, такие, как Матрена, Иван Денисович )к ним тяготеет и образ дворника Спиридона из романа «В круге первом»), - люди не рефлексирующие, живущие некими природными, как бы данными извне, заранее и не ими выработанными представлениями. И следуя этим представлениям, важно выжить физически в условиях, вовсе не способствующих физическому выживанию, но не ценой потери собственного человеческого достоинства. Потерять его – значит погибнуть, то есть, выжив физически, перестать быть человеком, утратить уважение не только других, но и уважение к самому себе, что равносильно смерти.

С образом Ивана Денисовича в литературу как бы пришла новая этика, выкованная в лагерях, через которые прошла очень немалая часть общества. (Исследования этой этики посвящены многие страницы «Архипелага ГУЛага») Шухов, не желая потерять человеческие достоинства, вовсе не склонен принимать на себя все удары лагерной жизни – иначе просто не выжить. «Это верно, кряхти да гнись, - замечает он. – А упрямие переломиться».

Чисто народная, мужицкая практичность Ивана Денисовича помогает ему выжить и сохранить себя человеком.

В рассказе «Один день Ивана Денисовича» перед Солженицыным встает творческая задача совместить две точки зрения – автора и героя,. Точки зрения не противоположные, а схожие идеологически, не различающиеся уровнем обобщения и широтой материала. Эта задача решается почти исключительно стилевыми средствами, когда между речью автора и персонажа существует чуть заметный зазор, то увеличивающийся, то почти исчезающий.

Солженицын обращается к сказовой манере повествования, дающей Ивану Денисовичу возможность речевой самореализации, но это не такой сказ, воспроизводящий речь героя, а вводящий образ повествования, позиция которого близка позиции героя. Такая повествовательная форма позволяла в какие – то моменты дистанцировать автора и героя, совершить прямой вывод из «авторской шуховской» в «авторскую солженицынскую» речь… сдвинув границы шуховского жизнеизучения, автор получил право увидеть и то, чего не мог увидеть его герой, то, что находится вне шуховской компетенции, при этом соотношение авторского плана с планом героя может быть сдвинуто и в обратном направлении – их точки зрения и их стилевые маски тотчас же совпадут. Таким образом, «синтаксико – стилистический строй повести сложился в результате своеобразного использования смежных возможностей сказа, сдвигов от несобственно – «прямой к несобственно – авторской речи», в равной степени ориентированных на разговорные особенности русского языка.

И герою, и повествователю (здесь очевидное основание их единства, выраженного в речевой стихии произведения) доступен то специфически русский взгляд на действительность, который принято называть народным. Именно опыт чисто «мужицкого» восприятия лагеря как одной из сторон русской жизни 20 века и проложил путь повести к читателю всей страны.. солженицына интересовал сам народный характер и его существование «в самой нутряной России – если такая где – то была, жила, в той самой России, которую ищет повествователь в рассказе «Матренин двор». Но он находит не нетронутый смутой 20 века островок естественной русской жизни, а народный характер, сумевший в этой смуте себя сохранить. «Есть такие прирождения ангела, 0 писал в статье «Раскаяние и самоограничение» писатель, как бы характеризуя и Матрену, - они как будто невесомы, они скользят как бы поверх этой жизни, нисколько в ней не утопая, даже касаясь ли стопами ее поверхности? Каждый из нас встречал таких, их не десятеро и не сто на Россию, это – праведники, мы их видели, удивлялись («чудаки»), пользовались их добром, в хорошие минуты отвечали им тем же, они располагают, -- и тут же «погружались опять на нашу обреченную глубину» (Публицистика, т. 1, с. 61). Так в чем суть праведность Матрены? В жизни не по лжи, скажу теперь словами самого Солженицына, произнесенными значительно позже. Она вне сферы героического или исключительного, реализует себя в самой что ни на есть обыденной, бытовой ситуации, испытывает на себе все «прелести» советской сельской жизни 50 – х годов: проработав всю жизнь, она вынуждена хлопотать пенсию не за себя, а за мужа, пропавшего с начала войны, отмеривая пешком километры и кланяясь конторским столам. Не имея возможности купить торф, который добивается везде вокруг, но не продается колхозникам, она, как и все ее подруги, вынуждена брать его тайком. Создавая этот характер, Солженицын ставит его в самые обыденные обстоятельства сельской колхозной жизни 50 – х годов с ее бесправием и надменным пренебрежением обычным, несановным человеком.

Праведность Матрены, на мой взгляд, состоит в ее способности сохранить свое человеческое и в столь недоступных для этого условиях.

Но кому противостоит Матрена, иными словами, в столкновении с какими силами проявляется ее сущность?

В столкновении с Фадеем, черним стариком, представшим перед рассказчиком, школьным учителем и Матрениным жильцом, на пороге ее губы, когда пришел с униженной просьбой за внука? Этот порог он переступил и сорок лет назад и сорок лет назад, с яростью в сердце и с топором в руках – не дождалась его невеста с войны, вышла замуж за брата.

«Стал на пороге», -- рассказывает Матрена. – Я как закричу. В колена б ему бросилась!.. Нельзя… Ну, говорит, если б то не брат мой родной – я бы вас порубал обоих!»

Многие последователи полагают, что рассказ «Матренин двор» скрыто мистичен.

Уже в самом конце рассказа, после смерти Матрены, Солженицын перечисляет негромкие ее достоинства:

«Не понятая и брошенная даже мужем своим, схоронившая шесть детей, но не нрав свой общительный, чужая сестрам, золовкам, смешная, по – глупому работающая на других бесплатно, - она не скопила имущества к смерти…»

И остродраматический финал рассказа «Матрена погибает под поездом, помогая перевозить Фадеего бревна ее же собственной избы) придает концовке совершенно особый, символический смысл: ее ведь больше нет стало быть, не стоит село без нее? И город? И вся земля наша?

Нет Матрены. Убит родной человек… Тот, кто в своих действиях руководствовался принципами справедливости, честности, не нарушал правил нравственности.

«Не гналась за обзаводом… Не выбивалась, чтобы купить вещи и потом беречь их больше своей жизни.

Не гналась за нарядами. За одеждой, приукрашивающей уродов и злодеев.»

как бы тяжела и неотвратима ни была судьба, она только ярче проявляет мир человеческого в каждом из людей. Содержание рассказа убеждает, что идейно – художественные искания Солженицына находятся в сфере христианско – православного мировоззрения. Разные стороны жизни русской деревни 50 – х годов отражены им в рассказе, но нравственно – духовное содержание является в нем доминирующим. Героиня Солженицына неистово набожна, хотя рассказчик подмечает, что никогда даже не видел, чтобы она молилась. Матрена как бы освящена особой святостью, не всегда понятой окружающим.

А какого отношение к героине самого автора? Дело в том, что в рассказе, кроме образа автора, писатель создает и образ рассказчика, который дает ярко выраженную оценку происходящему. Например, оказавшись в поисках жилья в доме Матрены, он вдруг понял, что уже никуда отсюда не уйдет. И я понимаю, что «пришелец» внутренне, интуитивно уже расположен к Матрене. И далее он оценивает хозяйку дома прямо, не скрывая своего отношения к ней в подтексте, как это чаще всего бывает в художественном произведении. Рассказчик подмечает деликатность Матрены: она рано утром готовит завтрак и почти бесшумно двигается, чтобы не потревожить своего постояльца. Убедительно звучат его слова о безгрешности героини. Матрена интересна постояльцу, и он отмечает в ней каждую симпатичную ему черточку натуры, например, особенность отвечать на любое доброе слово светлой улыбкой, быстро забывать в работе все свои несчастья.