Смекни!
smekni.com

Психология эмоций, Изард Кэррол (стр. 29 из 124)

Один остроумный и грамотно проведенный эксперимент показал, что маленькие дети отдают зрительное предпочтение биологическим движениям (например, движениям, совершаемым человеком при ходьбе), предпочитая их другим типам движения (Fox, McDaniel, 1982). Исследователи прикрепляли лампочки к ногам, рукам и телу человека, а затем фотографировали его движения в темной комнате. Таким образом, на пленке были запечатлены только яркие точки света, движущиеся в том ритме, который создает человек при ходьбе. На основе этих снимков исследователи сконструировали аналогичную конфигурацию лампочек, которая, однако, приводилась в движение не человеком, а электродвигателем. Несмотря на равное количество движений и их одинаковую направленность, 4-6-месячные дети отдавали явное предпочтение тому паттерну движущихся лампочек, который был произведен движениями человека. Таким образом, можно сказать, что мы имеем врожденный интерес не только к очертаниям и движениям человеческого лица, но и отвечаем <врожденным> интересом на паттерны движении человеческого тела, и это служит еще одним свидетельством генетической детерминированности <социального интереса> - силы, мотивирующей нашу социальность.

Рис. 4-2. Практически любой предмет, будь то роскошная кукла и набор кукольной посуды или просто палка, способен вызвать у ребенка интерес, мотивирующий воображение, фантазию, игровую деятельность, которые в свою очередь доставляют радость и упрочают аффективно-ког-нитивную связь между ребенком и предметом, с которым он играет.

Новизна

Еще одним почти обязательным фактором интереса является новизна объекта. Это настолько надежный активатор интереса и он обладает такой мощной притягательной силой для наших органов чувств, что психологи, предъявляя ребенку знакомый, привычный для него объект в паре с незнакомым, новым объектом, по реакции на незнакомый объект могут судить о способности ребенка к дискриминации объектов (к установлению различий междуобъектами) (Fagan, 1980). Желая выяснить, способен ли ребенок отличить одно человеческое лицо от другого, мы сначала предъявляем ему одно из этих лиц с определенного расстояния (около 45 см) и в течение определенного промежутка времени (от 10 до 20 секунд). Мы делаем это столько раз и до тех пор, пока время, в течение которого взгляд ребенка прикован к этому лицу, не уменьшится вполовину по сравнению со временем, в течение которого ребенок смотрел на него во время первого предъявления. Затем мы предъявляем ребенку это, уже знакомое ему, лицо вместе с другим, новым для него лицом. Если ребенок дольше смотрит на незнакомое лицо, мы можем заключить, что он отличил одно лицо от другого.

Силу фактора новизны как активатора эмоции интереса можно проиллюстрировать множеством примеров из повседневной жизни. Если вы живете в большой стране и решили отправиться в те ее края, где никогда прежде не были, вы, несомненно, испытаете интерес, и испытаете его благодаря стимуляции, исходящей извне. И это тем более верно, если эти края отличаются по своему климату и рельефу от той местности, в которой вы постоянно проживаете. Если вы живете среди равнин и небольших холмов, то вид Скалистых гор приведет вас в состояние возбужденного восхищения. Если вы живете в местах засушливых, со скудной растительностью, то, оказавшись в дельте Миссисипи, вы будете очарованы буйством красок и звуков. А если вам посчастливилось оказаться в другой стране, имеющей свой язык и свою культуру, то ваш интерес будет постоянно поддерживаться той лавиной новых впечатлений, которые неизбежно обрушатся на вас. Мы убеждаемся в этом, читая рассказ Джессики о совершенном ею в школьные годы заграничном путешествии.

Поездка во Францию произвела на меня неизгладимое впечатление. Воспоминания о тех днях, и особенно о первом дне моего пребывания во Франции, до сих пор живут в моей памяти, и я ни на что не променяю их.

Эмоции, которые переживала Джессика, питали энергией и направляли ее поведение. Из ее рассказа мы видим, как ее интерес к предстоящей поездке придал ей энергии, сил и терпения выполнить формальности, которые показались бы ей утомительными, будь она в другом настроении.

Приехав в аэропорт Кеннеди, мы встали в очередь для проверки багажа. Очередь была ужасно длинной, и нам пришлось стоять очень долго. Возможно, другим пассажирам это стояние показалось утомительным, но только не нам.

Пока мы ждали объявления посадки, мы фотографировались и без умолку болтали о предстоящих приключениях. Нам было очень трудно поверить в то, что через каких-нибудь полчаса мы оторвемся от американской земли и окажемся в воздухе, на пути во Францию.

В состоянии сильного возбуждения мы воспринимаем окружающий мир совершенно иначе, чем в обычном состоянии. Это возбуждение может магическим образом изменить восприятие человека, как это произошло с Джессикой.

Мы приземлились в аэропорту Шарля де Голля, вышли из самолета. Это было похоже на сон. Я стояла на земле Франции и не могла поверить в это. Вскоре, подталкивая друг друга и смеясь, мы уже забирались в автобус, который должен был отвезти нас в отель. Пока мы ждали отправления, мне казалось, что воздух в автобусе заряжен электричеством, - так сильно мы были возбуждены.

Эмоция интереса повышает способность человека к восприятию и обработке поступающей из внешнего мира информации. Интерес стимулирует человека к исследовательской и познавательной активности. Именно эмоция интереса обусловила то состояние обостренной восприимчивости, в котором пребывала Джессика в первый день своего путешествия.

Отель, в котором мы остановились, был на окраине Парижа. Мы пробыли там несколько минут - только оставили вещи и сразу же направились к ближайшей станции метро.

Мы вышли из метро на залитую солнцем улицу, на которой было полно людей и магазинчиков. На вершине холма стоял собор Сакре-Кёр. Он был великолепен в своем белом сиянии. У меня перехватило дыхание, когда я увидела его. Завороженная его красотой, я бежала вверх по мраморным ступеням, желая поскорее увидеть его изнутри.

Иногда, совершив какой-то необычный для себя поступок, сопряженный с той или иной долей риска, мы потом спрашиваем себя - как я отважился это сделать, откуда взялась во мне эта смелость? Наверное, в некоторых случаях справедливо предположить, что эта смелость порождается эмоцией интереса-возбуждения. По-настоящему волнующее приключение всегда бросает человеку вызов, побуждает его испытать себя в таких ситуациях, которых он прежде избегал, опасаясь оказаться несостоятельным. Следующий отрывок из рассказа Джессики, в котором описывается один из эпизодов ее знакомства с французской культурой и французским языком, демонстрирует нам, как эмоция интереса берет верх над другими эмоциями, как любопытство побеждает страх.

Затем нас отвезли в Латинский квартал, который расположен на левом берегу Сены, и отпустили прогуляться. Мы были вольны делать все, что нам взбредет в голову. Мне и моим подругам захотелось проверить, насколько хорошо мы знаем французский язык, нам было интересно, сможем ли мы объясниться с продавцом в магазине. Мы заходили в разные магазины и примеряли одежду. Поначалу я ужасно боялась сказать что-нибудь не так, боялась, что ненароком обижу собеседника, боялась вызвать смех. Но наконец я собрала все свое мужество и в одном из магазинов спросила продавца, могу ли я примерить понравившиеся мне туфли. Я испытала какое-то странное, волнующее чувство оттого, что разговариваю по-французски с французом, и еще - удивление оттого, что это получается не так уж плохо. Я была ужасно горда собой.

Работает человек или играет, творит он или просто развлекается, он не в состоянии бесконечно долго сохранять тот стремительный темп деятельности, который предполагает эмоция интереса-возбуждения. Осознание того, что ты многое пережил, многое познал или выполнил нечто важное, приводит к чувству удовлетворения, облегчения и радости. Именно это чувство испытала Джессика в конце первого дня пребывания в Париже.

Мы не заметили, как пролетело время и настал час, когда нам нужно было быть в назначенном месте, откуда отправлялся автобус. Для всех нас это был очень долгий и волнующий день. Мне не верилось, что это только первый из тех одиннадцати дней, которые нам предстояло провести во Франции, и хотя я страшно устала, я с тревогой ждала следующего дня, который, как мне казалось, должен был быть еще более интересным и насыщенным.

Джессике можно позавидовать - первый день ее путешествия был поистине чудесным, воодушевляющим. Усталая, но счастливая, она с нетерпением ждала следующего дня. Она пишет, что она ждала его <с тревогой>, но эта тревога скорее связана с возбуждением, нежели со страхом. Это вопрос лексики - многие люди говорят <я так тревожусь>, имея в виду снедающее их нетерпение. Впрочем, если Джессика и испытывала тревогу, то только в том смысле, что это была комбинация возбуждения, связанного с предстоящими приключениями, и легкого беспокойства, боязливого ожидания неизвестности.

Завершая рассмотрение фактора новизны как активатора интереса, отметим, что при определенных условиях этот же фактор может стать источником негативной эмоции, например страха, как это было с Джессикой, когда она пробовала свои силы в разговорном французском. Нужно признать, что нам неизвестно, какой степенью новизны должен характеризоваться объект или ситуация, чтобы вызвать у человека страх. Ясно, что эта новизна должна быть чрезмерной, и в этих случаях, вероятно, уместнее будет говорить не столько о новизне объекта, сколько о его <чуждости>, необычности.