Смекни!
smekni.com

Н. Смита рекомендована слушателям и преподавателям факультетов психологии и философии вузов по курсам общей психологии и истории психологии, системных методов ис­следования и преподавания психологии (стр. 18 из 168)

Строительство замков и соборов стимулировало совершенствование архитектурного мастерства и технических изобретений. Впрочем, и войны способ­ствовали развитию технологии и проявлению инте­реса к фундаментальным научным принципам. Уже в начале IX в. в Италии был открыт Университет Салерно для изучения медицины, а в 1088 г. — уни­верситет Болонья для изучения права. Парижский университет открывается около 1200 г.; Оксфорд и Кембридж в Великобритании имеют столь же дав­нюю историю. За ними появились новые универси­теты в Италии, Германии, Шотландии, Португалии, Чехословакии и Польше. Хотя в этих университетах господствовало догматическое, а не свободное мыш­ление, более сектантское, чем светское, их развитие способствовало систематизации знаний и стимули­ровало дальнейшие исследования.

Трансформация значений слов разум (mind) и душа (soul). В начале и середине средних веков тер-

46

мины, используемые в наше время для обозначения психофизического дуализма, изменили свое значе­ние с первоначального — натуралистического — на дуалистическое. Эта трансформация значений слов psuche/psyche отражена на рис. 2.5. В наиболее ран­них письменных источниках все три термина (псю-хе, разум, душа) встречаются в своем натуралисти­ческом значении. Нематериальное или нефизическое значение слова «psyche», появившееся приблизи­тельно во II в. до н. э., дало толчок к появлению аналогичного значения у слова «душа» (soul) в IX в. н. э., а также у слова «разум» (mind) в XII в. (благо­даря христианским влияниям эти слова заменили со­бою слово «psyche»).

Слово «разум» первоначально имело натуралис­тическое значение намерения, как в фразе «У меня есть мысль прогуляться» («I have a mind to take a walk»), или памяти, как в фразе «держать в уме» («keep in mind») — эти значения сохранились до на­стоящего времени. Это слово также относилось к

мышлению (и пониманию): «разуметь» («have a mind of»), хотя это значение почти вышло из упот­ребления. Все эти выражения не претерпели суще­ственных изменений за шесть тысяч лет, прошедших со времен протоиндоевропейской цивилизации, в языке которой присутствовал корень теп-, также относящийся к мышлению и памяти. К этому прото­индоевропейскому корню восходят также латинское слово «mens» и санскритское «манас», встречающее­ся в Ведах. В XII в. слово «разум» под влиянием хри­стианства начинает означать нефизический коррелят тела. За словами «душа» и в особенности — «разум» в западной культуре закрепляется значение, указы­вающее на агент, определяющий действия индивиду­ума. Разговорное употребление этих слов, созвучное верованиям христианских теологов, предполагает, что природа разделила человека на две части, одна из которых — разум, а позднее — мозг — служит в каче­стве агента, направляющего и контролирующего наше тело. Слова «разум» и «душа» взаимозаменяе-


* Свидетельством существования аналогичных значений и их трансформации в русском языке является тот факт, что сама буква «м» в кириллице называется «мыслете», то есть фактически является корнем слов, обозначающих разум и мысль. В древнеславянской азбуке использовалась также греческая буква «пси» — в церковных изданиях «Псалтырь» (духовные стихи) до сих пор пишется через эту букву. Особенности этимологии и употребления таких слов, как ум, разум, мысль, дух, душа, психика и т. д., аналогичны приводимым в оригинале для латинского и английского языка. — Примеч. пер.

47

мы, когда речь идет о некой нематериальной сущно­сти*.

Арабская передача. Возможно, наиболее важным шагом на пути возвращения науки в Европу явился курьезный исторический факт, заключающийся в том, что арабы передали назад европейцам их лее соб­ственное научное наследие, созданное в Древней Гре­ции и Риме, о существовании которого Европа, од­нако, практически ничего не знала. Новая арабская религия, ислам, хотя и насаждалась огнем и мечом, была вынуждена проявлять терпимость к культурно­му разнообразию завоеванных ею народов12. Она стремительно распространялась на Запад, дойдя че­рез Северную Африку до Испании, а также продви­галась на Восток — в Индию и на территории, зани­маемые ныне Пакистаном, достигнув своего апогея к 750 г.

В отличие от Европы, арабский мир никогда не ис­пытывал длительных периодов нестабильности и об­нищания. Вероятно, по этой причине арабы никогда не пытались бежать от физического мира, но, напро­тив, активно развивали торговлю и проявляли значи­тельный интерес к науке и технике. Народы, принад­лежавшие арабскому миру, открыли университеты в Багдаде, Бухаре, Каире, Кордове, Дамаске и Севилье. Как и римляне, они занимались преимущественно компиляциями и комментированием более ранних работ -- как правило, в спиритуалистическом и нео­платоническом духе, хотя им принадлежит и ряд соб­ственных достижений. Наиболее крупные из них были сделаны в области математики (Аль-Хорезми, ум. ок. 850; Абул-Вафа (Abu-1-wafa) ум. 998; Ибн Джу-ну (Ibn Yunus), ум. 1009; Омар Хайям (Omar Khayyam), ум. 1124; Назир Аль-Дин (Nazir al-Din), ум. 1274); астрономии (Аль-Баттани (al-Battani)), хотя более была распространена астрология; химии (Разес (Rhazes), ум. 924), механики (Омар Хайям), оптики (Альгазен (al-Hazen), 965--1039; Камаль ад-Дин (Kamal ad-DIn), ум. 1320); географии (Аль-Хорезми; Аль-Балхи (al-Balkhi), ум. 934; Аль-Мусуди, ум. 957; Аль-Макдиси (al-Maqdisi), X в.), медицине (Разес; Али ибн Аббас, ум. 994; Ибн Сина/Авиценна, 980-1037; Ибн Зухр/Авеизоар (Ibn-Zuhr/Avenzoar), 1113— 1162; Ибн Хатима, ум. 1369; Масавайх Аль-Мардини (Masawaih al-Mardini), ум. 1015 и хирургии (Абул-Касым/Абулказис (Abu-1-Qasim./Abulcsis), ум. 1013). Арабы переняли у индусов систему счисления, кото­рой мы пользуемся до сих пор; а введение нуля, столь важное для развития математики, возможно, принад­лежит Аль-Хорезми. Из Китая или Египта ими была

заимствована алхимия, явившаяся предшественницей химии.

Наиболее активно передача арабских знаний осу­ществлялась через Испанию. Испанские мавры (Moorish Spain) мирно уживались и плодотворно сотрудничали с представителями испанской, маври­танской и еврейской культур. Здесь был достигнут высокий уровень ремесленного мастерства и процве­тала промышленность. Мавры разработали крупные ирригационные системы, что позволило достичь до­селе небывалой продуктивности сельского хозяй­ства. Однако достигнув материального благополу­чия, мавры утратили свой религиозный пыл и воин­ственность и не могли более противостоять агрессии европейцев, не желающих терпеть мусульман на сво­ей земле. Завоевав Испанию, европейцы открыли для себя огромное количество античных языческих текстов, переведенных на арабский язык, и немедлен­но начали переводить их на латынь. Большая часть этой работы была проделана иудейским (еврейским) населением Толедо после захвата этого города в 1085 г., поскольку иудеи владели необходимыми для перево­да языками. В 1492 г. католики изгнали иудеев, ко­торые расселились на Запад — в Нидерланды и вдоль восточного Средиземноморья, где они использовали свои ремесленные навыки, торговые связи и матери­альные богатства для развития заселенных ими тер­риторий. В определенной степени возрождению классического античного наследия также способство­вали монастыри Англии и Ирландии, где сохранял­ся живой греческий язык, а также южной Италии, где говорящее на греческом население продолжало под­держивать контакты с византийской Грецией.

Среди переведенных текстов были труды Аристо­теля, включая сочинения по биологии и психологии. Альберт Великий (1193 или 1206-1280) ознакомил Европу с учением Аристотеля, введя изучение его работ в Парижском университете, и предпринял по­пытку примирить это учение с христианской верой. Однако арабский комментатор Аверроэс (арабское имя Ибн-Рушд, 1126-1198) изложил взгляды Арис­тотеля в неоплатонической интерпретации, постро­енной на отрицании бессмертия души. В 1209 г. Со­вет Парижа (Council of Paris) объявил трактат Ари­стотеля «О душе» запрещенным, а в 1212 г. запретил также его «Метафизику» и «Физику», наряду с араб­скими комментариями к этим работам. Фома Аквин-ский (1225-1274), ученик Альберта, пытался защи­тить Аристотеля от августинианцев и последовате­лей Аверроэса, дав его работам христианскую

12 Фактически лишь небольшую часть населения, которое мы называем здесь «арабами», действительно составляли этнические арабы. Развитию торговли, коммерции, промышленного производства, архитектуры и науки способствова­ли многие народы, объединенные мусульманской религией и использовавшие в качестве общего языка арабский, по­добно тому как латынь использовалась в Европе. К этим народам принадлежали сирийцы, индусы, персы, египтяне, палестинцы, испанцы и т. д. Ни один из этих народов не был полностью мусульманским, хотя они и жили под мусуль­манским владычеством. В частности, среди ученых, внесших наибольший вклад в развитие «арабской» философии, на­уки, математики и технологии, было немало иудеев и индусов. Поскольку единственным объединяющим их фактором был арабский язык, мы условно называем их «арабами», признавая, однако, их этническое разнообразие.

48

интерпретацию и отведя разуму (reason) равное ме­сто с верой. Именно в этой искаженной интерпрета­ции психология Аристотеля и другие его работы вли­лись в русло классической европейской мысли.

Восстановление статуса науки. Со времен Отцов Церкви психология превратилась в служанку теоло­гии. Она была фактически узаконена в этой роли в средние века, в основном благодаря работам Фомы Аквинского. Таким образом, психология стала рас­сматриваться не как область научного исследования, а как арена метафизических спекуляций, касающих­ся свойств души. Даже физика, медицина и астроно­мия оказались привязанными к именам Аристотеля, Галена и Птолемея соответственно, как к неоспори­мым источникам истины. Рекомендации по исполь­зованию научного подхода, основанного на методах индукции и эксперимента, в отличие от исключи­тельно дедуктивного метода рассуждений, изложен­ного Аристотелем (который считал также правомер­ными и индуктивные процедуры), начинают появ­ляться в сочинениях Альберта Великого, а также в его наблюдениях и экспериментах, связанных с био­логией Аристотеля; в оптических экспериментах Роджера Бэкона (1214-1294); а также в работах Уитело/Витело (Witelo/Vittelo, ок. 1270), которому принадлежат значительные достижения в оптике. Большинство этих работ были направлены на укреп­ление теологии. Эти зачатки науки нельзя назвать абсолютно новыми достижениями: основания для них были заложены уже греками и развившими их идеи арабами. Постепенный прогресс науки продол­жался; его знаменательной вехой явился опублико­ванный в XVI столетии трактат Коперника (1473— 1543), где излагалась гелиоцентрическая теория, упразднявшая геоцентризм Птолемея. Идеи этой ра­боты перекликаются с появившейся семнадцатью ве­ками ранее теорией Аристарха и с сочинениями по­здних средневековых авторов, также выдвигавших гелиоцентрическую концепцию. Около 1600 г. Гали­лей (1564-1642) начинает проводить систематичес­кие физические эксперименты, приведшие к отрица­нию аристотелевой физики, что было очень важным достижением, поскольку догматическое отношение к позднейшим интерпретациям Аристотеля (non-Hellenic Aristotle) должно было отойти в прошлое, чтобы уступить место свободному развитию науки. Галилею принадлежат также первые наблюдения Луны, планет, звезд и Солнца с помощью телескопа; их результаты убедили его в истинности теории Ко­перника, в защиту которой он выступил. В 1616 г. церковь вынудила его под угрозой пыток отречься от утверждения, что Земля вращается вокруг Солнца. Хотя принуждение Галилея к отказу от своих убеж-