Смекни!
smekni.com

Рассказы 2 (стр. 3 из 193)

своего старого завещания, в котором оставлял все свои деньги жене, а в

случае, если умрет раньше брата, то своему брату Генри. Это завещание было

составлено много лет назад. Все это было не слишком-то красиво со стороны

мистера Энтони.

Постепенно Пуаро удалось увести разговор от неудовлетворенной

алчности миссис Хил и задать интересующие его вопросы. Конечно, поступок

мистера Энтони был бессердечен и несправедлив! Никто не может упрекнуть

миссис Хил за ее негодование и обиду по этому поводу. Всем известно, что

мистер Гаскон был скуп. Говорят даже, что покойный отверг помощь своего

единственного брата. Возможно, миссис Хил что-нибудь об этом известно.

- Вы спрашиваете о разговоре, ради которого сюда приезжал доктор

Рамзей? - уточнила миссис Хил. - Насколько мне известно, разговор

действительно шел о его брате, но я полагаю, что брат мистера Энтони

просто хотел с ним помириться. Они поссорились много лет тому назад.

- Я так понял, - спросил Пуаро, - что мистер Гаскон решительно

отказался от примирения?

- Совершенно верно, - кивнув, согласилась миссис Хил, - "Генри? -

довольно неуверенно проговорил он. - Так что там с Генри? Не видел его

целую вечность и не имею ни малейшего желания увидеть. Этот Генри -

скандальный тип". Так оно все и было.

И миссис Хил снова заговорила о своих печалях и горестях и

бесчувственности адвоката покойного мистера Гаскона.

Пуаро стоило немалого труда закончить этот разговор, не прервав его,

и удалиться.

И вот, сразу после ужина, он появился в резиденции доктора Джорджа

Рамзея по адресу Уимблдон, шоссе Дорсет, Элмкрест.

Доктор был дома. Пуаро провели в приемную, куда и спустился доктор

Джордж Рамзей. Было очевидно, что Пуаро оторвал док тора от ужина.

- Видите ли, доктор, я вовсе не пациент, - сказал Эркюль Пуаро. - И,

возможно, мой визит к вам можно посчитать наглостью, но во всяком деле я

предпочитаю решительность и прямоту. Не люблю юристов и их многоречивые

окольные методы.

Без сомнения, он заинтересовал доктора Рамзея. Доктор был чисто

выбритым мужчиной среднего роста. У него была коричневая шевелюра и

практически белесые ресницы, что придавало его-взгляду что-то змеиное. Он

производил впечатление человека живого и не без чувства юмора.

- Юристы? - проговорил он, удивленно подняв брови. - Ненавижу их! Мой

дорогой сэр, вы меня заинтриговали. Прошу вас, садитесь.

Пуаро не замедлил воспользоваться приглашением. Он вручил доктору

Рамзею свою визитную карточку с указанием профессии. Повтор заморгал

своими белесыми ресницами.

Пуаро наклонился вперед и конфиденциально сообщил доктору:

- Большинство моих клиентов - женщины.

- Вполне естественно, - подмигнув, ответил Джордж Рамзей.

- Как вы сами признали, это вполне естественно, - согласился Пуаро. -

Женщины не доверяют официальной полиции. Они предпочитают частное

расследование. Они не хотят, чтобы их проблемы были обнародованы.

Несколько дней тому назад у меня консультировалась пожилая дама. Она была

очень опечалена судьбой своего мужа, с которым поссорилась много лет тому

назад. Ее муж - ваш дядя, покойный мистер Гаскон.

Джордж Рамзей побагровел:

- Мой дядя? Что за чушью Его жена умерла много лет тому назад.

- Речь идет не об Энтони Гасконе, но о другом вашем дяде, Генри

Гасконе.

- Дядя Генри? Но он не был женат!

- Вы ошибаетесь, он был женат. - Пуаро лгал, не краснея. - В этом нет

никаких сомнений. Моя клиентка даже принесла с собой свидетельство о

браке.

- Это ложь! - закричал Джордж Рамзей. Его лицо стало цвета сливы. - Я

не верю ни единому слову! Вы - наглый лжец!

- Это ведь ужасно для вас, не правда ли? - сказал Пуаро. - Вы убили

напрасно.

- Убил? - голос Рамзея задрожал. Его прозрачные глаза смотрели на

Пуаро с ужасом.

- Кстати, - продолжал Пуаро. - Я вижу, вы снова ели пирог с черной

смородиной. Это весьма неумная привычка. Говорят, что в ягодах черной

смородины много витаминов, но иногда их употребление может быть смертельно

опасно. Я полагаю, что в настоящем случае они помогут затянуть петлю на

шее человека - вашей шее, доктор Рамзей.

- Видите ли, друг мой, вы допустили ошибку, строя свои рассуждения на

неверном предположении.

Эркюль Пуаро лучезарно улыбнулся через стол своему другу мистеру

Бонингтону, сопровождая свои объяснения жестикуляцией.

- Находящийся в шоке человек никогда не будет делать того что он не

делал раньше. В таком состоянии люди действуют рефлекторно, по привычке.

Человек, который чем-то очень расстроен может прийти на ужин в пижаме, но

это будет его пижама, а не чужая. Мужчина, который не любит густой суп,

пудинг с почками и пирог с черной смородиной однажды вечером это все вдруг

заказывает. Вы утверждаете, что он так поступает потому, что думает о

чем-то своем. Но я утверждаю, что поглощенный своими мыслями человек

автоматически закажет то, что заказывал всегда. Хорошо, какое же в этом

случае возможно объяснение? Я не находил ответа и потому был обеспокоен.

Здесь что-то было не так. А потом вы сообщили мне, что этот человек исчез.

Впервые за долгие годы он пропустил свои традиционные вторник и четверг.

Это мне еще больше не понравилось. У меня возникли подозрения. Если я был

прав, то он должен был быть мертв. Я навел справки. Он действительно был

мертв. Смерть его была весьма ловко и аккуратно обставлена. Другими

словами, это была подпорченная рыба. прикрытая соусом!

Его видели на Кингз Роуд в семь вечера. Он ужинал здесь, в ресторане

в семь тридцать, за два часа до смерти. Все указывало на это - и

содержание кишечника, и письмо в кармане халата. Слишком много соуса! Рыбу

совсем не увидишь..

Любящий племянник написал письмо, у любящего племянника алиби на

время смерти. Смерть произошла очень просто - падение с лестницы.

Несчастный случай? Или убийство? Все указывало на убийство.

Любящий племянник - единственный родственник. Любящий племянник будет

наследником... но есть ли, что наследовать? Ведь дядя был нищ, как

церковная мышь.

Но ведь есть еще второй брат. А он в свое время женился на-очень

богатой женщине. И этот брат живет в большом богатом доме на Кингстон

Хилл, следовательно, можно предположить, что эта богатая жена завещала все

свое состояние мужу. Явно наблюдается цепочка: жена-богачка оставляет

деньги Энтони, от Энтони деньги переходят к Генри, а от него к Джорджу.

- На словах все выглядит логично, - сказал мистер Бонингтон, - но

каковы же были ваши действия?

- Если суть дела ясна, все остальное - дело техники. Генри умер через

два часа после приема пищи. По сути, это все, что смогло выяснить

следствие. Но, вполне возможно, что этот "прием пищи" - обед, а вовсе не

ужин. Поставьте себя на место Джорджа. Ему крайне нужны деньги. Энтони

Гаскон умирает, но племянник. не извлекает из нее никакой выгоды. Деньги

Энтони переходят к Генри, а он может жить еще долгие годы. Следовательно,

Генри тоже должен умереть, и чем скорее, тем лучше. Но умереть он должен

после Энтони и тогда, когда у Джорджа будет алиби. Привычка Генри ужинать

в ресторане два раза в неделю и навела Джорджа на мысль о том, как

организовать себе алиби. Джордж - человек осторожный, и, прежде чем

действовать, он проверил выполнимость своего плана. Как-то в понедельник

он посетил ресторан под видом своего дядюшки. Все прошло без сучка без

задоринки. Все приняли его за дядю. Племянник удовлетворен проверкой.

Осталось дождаться, когда дядя Энтони отойдет в мир иной. И вот - час

настал. Второго ноября пополудни Джордж отправляет дяде Генри письмо, но

датирует его третьим ноября. Он приезжает в город третьего утром, звонит

Генри, договаривается о встрече и приводит свой план в действие. Резкий

толчок и бедный дядя Генри летит вниз с лестницы.

Джордж находит свое письмо и засовывает его в карман халата мистера

Гаскона. В семь тридцать он уже в ресторане "Гэлант Эндивор". Борода,

густые брови - полный маскарад. Ни у кого нет сомнений, что в семь

тридцать мистер Генри Гаскон еще жив. Затем следует поспешное переодевание

в туалете и племянник мчится в своей машине на полной скорости в Уимблдон

на партию бриджа. Это идеальное алиби.

Мистер Бонингтон взглянул на Пуаро.

- А как же штемпель на письме?

- Ну, это просто. Штемпель был запачкан. Почему? Потому что число на

нем было переправлено со второго на третье черной краской. Вы бы никогда

не обратили на это внимание, если бы не подозревали этого. И наконец -

черные дрозды.

- Черные дрозды?

- Помните детскую загадку? Двадцать четыре черных дрозда занесли в

пирог. Или, если вы хотите точности, ягоды черной смородины. Как вы

понимаете, Джордж оказался не слишком хорошим актером. Он выглядел, как

дядя, и ходил, как дядя, и разговаривал, как дядя, и у него были такие же

борода и брови как у дяди, но он забыл, что надо еще есть, как дядя.

Племянник заказывал еду по своему вкусу.

Черная смородина окрашивает зубы. Но, хотя все считали, что Генри

Гаскон ел в тот вечер пирог из черной смородины, его зубы не были

окрашены. И среди содержимого его желудка не было черной смородины. Я это

проверял сегодня утром. К тому же Джордж был столь глуп, что сохранил

бороду и весь свой маскарадный костюм. О! Улик против него предостаточно.

Я с ним сегодня встретился и напугал его. Это довершило дело. Кстати, он

снова ел черную смородину. Весьма прожорливый тип - уделяет слишком

большое внимание еде. И, если я не ошибаюсь, из-за этой прожорливости его

и повесят.

Официантка принесла им две порции пирога с яблоками и черной

смородиной.

- Унесите это, - сказал мистер Бонингтон. - Надо быть осторожным.

Принесите мне маленькую порцию сагового пудинга.